«Деловая Босния и Герцеговина»

— раздел базы данных 1998–2019гг. Polpred.com Обзор СМИ.

Экономика и право. Электроэнергетика. Миграция. Туризм. Интернет-доступ на все материалы по стране, 12 месяцев — 49000 руб.
Босния и Герцеговина Новости и аналитика (723 документа) • Авиапром, автопром  число статей в наличии 3 / по этой отрасли с 1.8.2009 по 17.1.2019 читателями скачано статей 13Агропром 33 / 939Армия, полиция 105 / 925Внешэкономсвязи, политика 373 / 3711Госбюджет, налоги, цены 25 / 911Легпром 1 / 9Леспром 4 / 245Медицина 12 / 176Металлургия, горнодобыча 17 / 47Миграция, виза, туризм 30 / 159Недвижимость, строительство 11 / 71Нефть, газ, уголь 41 / 683Образование, наука 1 / 0СМИ, ИТ 10 / 59Транспорт 13 / 94Финансы, банки 10 / 38Химпром 1 / 13Экология 17 / 469Электроэнергетика 3 / 44 | Главное | Персоны | Все новости


Персоны: ньюсмейкеры, эксперты, первые лица — по теме «Босния и Герцеговина» в Polpred.com Обзор СМИ, с указанием числа статей по данной стране в нашей базе данных. В разделах "Персоны", "Главное" по данной стране в рубрикаторе поиска на кнопке меню слева "Новости. Обзор СМИ" с 1.8.2009 по 17.01.2019 размещено 37 важных статей, в т.ч. 8 VIP-авторов, с указанием даты публикации первоисточника.
Топ-лист
Все персоны

Погода:

Точное время:
Сараево: 07:42

Нерабочие дни:
07.01 Рождество Христово
15.02 День государственности Сербии (День первого сербского восстания)
01.03 День независимости
01.04 Пасха (2018)
01.05 Праздник труда (День труда)
09.05 День Победы
21.11 День Общего рамочного договора о мире в Боснии и Герцеговине
25.11 День государственности Боснии

bosnia.polpred.com. Всемирная справочная служба

Официальные сайты (79)

Экономика (12) • Агропром (3) • Внешняя торговля (11) • Законодательство (6) • Инвестиции (4) • Книги (5) • Образование, наука (8) • Политика (3) • Сайты (1) • СМИ (1) • Таможня (1) • Телевидение (9) • Транспорт (1) • Туризм, виза (10) • Финансы (3) • Энергетика (3)

Представительства

Инофирмы

Электронные книги

На англ.яз.

Ежегодники «Деловая Босния и Герцеговина»

Экономика и связи Боснии и Герцеговины с Россией →

Новости Боснии и Герцеговины

Полный текст |  Краткий текст


Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 18 декабря 2018 > № 2830085

Avangarda (Босния и Герцеговина): Балканы между НАТО и Россией

Боснийская «Авангарда» соглашается с утверждением западных изданий, что следующим плацдармом соперничества США и России станут Западные Балканы. Издание пишет о возросшей напряженности в регионе, особенно в БиГ. Автор традиционно клеймит Россию за продвижение своего влияния на Балканах, Сербию — за поддержку России, ЕС — за бездействие, а все лавры также традиционно достаются НАТО, которая обязательно «спасет» Балканы.

Сафет Мушич (Safet Mušić), Avangarda, Босния и Герцеговина

«Следующий военный конфликт между НАТО и Россией возможен в самом разделенном балканском государстве» — под таким заголовком 13 декабря 2018 года вышла статья авторитетного американского «Блумберга», и ее содержание не сулит гражданам Боснии и Герцеговины счастья в новом году. В последние годы геостратегическое соперничество Соединенных Штатов Америки и России максимально обострилось, чего не бывало со времен распада «Варшавского договора» (и фазы стагнации российской военной и политической мощи), и затронуло нескольких уязвимых с геостратегической точки зрения регионов.

Три важные российские военные интервенции за последние десять лет

Однако за последние десять лет произошло сразу три события, которые как будто ушли от внимания американских стратегов. Первое — это российская военная интервенция в Грузии (в 2008 году), ясный сигнал о том, что Россия хочет вернуть себе статус великой военной и политической державы, а может, и сверхдержавы. Напомню, что война в Грузии разразилась в августе 2008 года в Южной Осетии и Абхазии. Стороны обвиняли друг друга во враждебных действиях, и Грузия рассматривала возможность привлечь силы НАТО. Та короткая война унесла сотни жизней, а десятки тысяч людей выгнала из их домов. Сегодня стороны живут в состоянии замороженного конфликта. Непродолжительная война повлекла за собой далекоидущие последствия. Россия выступила за признание Южной Осетии и Абхазии независимыми государствами, но западные лидеры осудили это решение. Тем не менее российские войска остались в обоих регионах.

Интересно, что уже тогда, в августе 2008 года, издание «Экономист» логично констатировало, что нападение на Грузию планировалось давно, поскольку Москва не хочет мириться с распространением западного влияния в бывших республиках Советского Союза, таких как Украина и Грузия. Кроме того, Россия не допустит, чтобы они вошли в НАТО. Издание тогда написало, что возрождение российского империализма не предвещает ничего хорошего соседним государствам, посетовало над тем, что Запад не смог ничего противопоставить российской агрессии в Грузии, и призвало к ряду дипломатически шагов против России. Также «Экономист» тогда отметил, что Европейский Союз должен сохранить единство в отношениях с Россией.

Однако такие меры, как визовые ограничения, ужесточение надзора за российским капиталом на Западе и исключение Москвы из некоторых международных организаций, не принесли особых плодов и не остановили процесс восстановления глобальной российской военной и политической мощи. Это подтвердило второе событие, которое произошло во время украинского кризиса. Сегодня этот конфликт (тоже) заморожен, однако сложившаяся ситуация полностью соответствует стратегическим целям России. Пророссийские силы продолжают удерживать под контролем регион близ российской границы, а Россия полностью контролирует оккупированный полуостров Крым.

Третье событие, которое явным образом изменило прежнюю геостратегическую конфигурацию, — это сирийский конфликт, в котором силы сирийского режима, воспользовавшись поддержкой России, взяли под контроль большую часть страны. В Сирии вооруженные силы России дислоцированы как минимум в пяти областях: в портах Латакия и Тарту, в Хмеймиме и Шайрате (военные базы), а также в Дамаске. Кроме того, Россия поставила Сирии мощные зенитно-ракетные комплексы С-300, благодаря которым Сирия дополнительно обезопасила и собственное, и прилегающее воздушное пространство, как то недавно подтвердил ракетный обстрел израильских самолетов.

Анализируя последние десять лет с точки зрения этих трех важнейших военных интервенций, приходишь к выводу, что военное влияние России в мире значительно усилилось. Тут стоит также вспомнить недавний российский ход, который многие сочли дерзким: в Каракас были отправлены два ракетоносца Ту-160 для участия в военных учениях в Венесуэле.

Российское влияние на Балканах и в Боснии и Герцеговине

По мнению многих серьезных мировых военных аналитиков, следующим плацдармом для соперничающих США и России станут именно Западные Балканы. Поэтому тех, кто следит за ситуацией, совершенно не удивляет заголовок «Блумберга». Особенно если учесть, что российское влияние на Балканах усилено военной помощью Сербии в виде партии военных самолетов МиГ-29, пока 30 единиц танков Т-72 и другой военной техники. Кроме того, ведется совместная подготовка кадров, и работает сомнительный российский «гуманитарный» центр в Нише. Многие уверены, что этот центр используется для проведения разведопераций. Сербские вооруженные силы также участвовали в совместных с россиянами и белорусами военных учениях под названием «Славянское братство 2018».

В последние два года Балканы, как полагают многие аналитики, стали местом гибридной войны, которая в такой же форме предшествовала и украинскому кризису. Противостоящие стороны соперничали, стараясь упрочить свое влияние в Черногории и Македонии. В результате эти две страны обвинили Россию в причастности к событиям, с помощью которых она пыталась спровоцировать беспорядки и привести к власти пророссийских политиков. Чтобы остановить или по крайней мере ограничить распространение российского влияния на Балканах, НАТО принял Черногорию в свои ряды как полноправного члена, и сейчас готовится почва для вступления Македонии в этот военный альянс уже в июле будущего года.

В докладе британского Комитета по международным отношениям говорится, что такие страны, как Россия, Китай и Турция, заполнили пустоту, образовавшуюся на Западных Балканах в последние десять лет, когда Европейский Союз предоставил регион самому себе. Россия постепенно упрочивается на Балканах, но в целом ее влияние слабо из-за незначительного экономического присутствия, если сравнивать его с китайским или турецким. Российское присутствие на Балканах связано, в первую очередь, со шпионскими и разведывательными операциями. Самый влиятельный россиянин, отвечающий за Балканы, — это Николай Патрушев, бывший глава Совета безопасности России. Второй главный балканский стратег — Леонид Решетников, тоже когда-то работавший в Совете безопасности. Именно эти двое — ключевые фигуры, продумывающие шаги для российского «возвращения на Балканы».

В статье о стратегических играх на Балканах газета «Нью-Йорк таймс» писала: «Колыбель Первой мировой войны Балканы были тем местом, где империи, этнические группы и представители разных религий боролись и соперничали, а теперь аналитики предупреждают, что этот регион превращается в плацдарм для новой холодной войны». Далее в материале «Нью-Йорк таймс» говорится: «Россия распространяет свое влияние и поддерживает этническую напряженность в балканских странах, которые надеются войти в Европейский Союз. Деятельность России в этом регионе уже подтолкнула Брюссель к тому, чтобы вернуться к отложенным планам по расширению».

Об усилении влияния России и других стран на Балканах в последние месяцы не раз заявляли и американские конгрессмены и сенаторы. Один из них, сенатор Бен Кардин, недавно сказал: «Я, разумеется, признаю, что Путин стремится взять регион под контроль. Тактики, которые он применяет и которыми известен, напоминают методы, уже примененные Россией в других регионах». Министр иностранных дел Болгарии Екатерина Захарьева отметила, что на Западных Балканах присутствуют внешние факторы, влияющие на некоторые страны, и ответственность за это несет Европейский Союз, который в свое время не проявил должной активности.

Российская стратегия на Балканах

Экономическое влияние России на Западных Балканах распространяется всего на несколько стратегических секторов, таких как энергетика, банковский сектор, металлургия и недвижимость. Россия по максимуму пользуется зависимостью этих стран от газа, который она им экспортирует, и основывает на этом свое политическое влияние. Одно из балканских государств, куда еще в 2006 году потекли российские инвестиции, — Черногория, где Россия входит вместе с Норвегией и Италией в тройку крупнейших инвесторов. Российская Федерация инвестировала в Черногорию 1,3 миллиарда евро. В Черногории зарегистрировано 1 722 компаний, принадлежащих российским гражданам, а турпоток из России достиг 316 тысяч человек в год. Россияне провели в Черногории в общей сложности 2,87 миллионов ночей и принесли ее казне 240 миллионов. Они скупают в Черногории дома и квартиры и выплачивают ей до 24 миллиона евро в виде налогов на недвижимость.

Кроме того, Россия упрочивает свое влияние на Балканах, финансируя СМИ, работающие в регионе, и поддерживая медиа-кампании и пропаганду.

Еще одно важное направление российской стратегии на Балканах — это поддержка предпринимателей, пользующихся экономическим или политическим влиянием в некоторых частях региона. Зачастую в качестве рычага используется информация о подставных счетах и деньгах, полученных из других источников, которые потенциально связаны с организованной преступностью. Экономическое влияние России в Боснии и Герцеговине распространяется, в первую очередь, благодаря инвестициям в энергетическом и банковском секторе, через которые воздействие оказывается на политические и культурные процессы.

Сейчас сразу несколько факторов указывает на геостратегические игры вокруг Боснии и Герцеговины. О том же свидетельствует возросшая на прошлой неделе напряженность, вызванная тем, что министры иностранных дел Североатлантического альянса активировали План действий по членству (MAP), к которому НАТО не возвращался на протяжении десяти лет. Альянс рассматривает возможность принять новых членов с Балкан и тем самым остановить распространение влияния России, которая осуждает расширение западного военного союза за счет ее «сферы влияния». В начале декабря министр иностранных дел России Сергей Лавров обвинил НАТО и Европейский Союз в том, что «НАТО и Евросоюз наращивают усилия по дальнейшему „освоению" региона», навязывая балканским странам «ложный выбор», то есть вынуждая их выбирать между Россией и Западом.

Госсекретарь США Майк Помпео нисколько не сомневается в том, что Россия, предпринимая агрессивные действия, стремится укрепить свои позиции на Балканах, а администрация президента Трампа намерена ей помешать. «Угроза того, что россияне продолжат агрессивно продвигать свое влияние на Балканах, реальна, и мы обязаны противодействовать этому», — сказал Помпео на слушаниях в Комитете по иностранным делам Сената.

Опросы общественного мнения

Среди бывших югославских республик только Сербия, согласно опросам общественного мнения, не поддерживает идею о вступлении в НАТО. Против членства в альянсе выступает, по результатам опросов CeSISD, проведенных в июне 2015 года, 73% граждан Сербии. Напротив, в Косово более 90% граждан хотят вступления страны в НАТО. В Македонии этот показатель достигает 70%.

Опрос проводился и в Боснии и Герцеговине в августе 2018 года. Исследование, организованное ассоциацией «Центр лоббирования», показало, что вступления Боснии и Герцеговины в НАТО хочет 56% граждан, а 37% поддерживают военный нейтралитет государства. 7% граждан хотели бы, чтобы Босния и Герцеговина стала членом какого-нибудь другого союза. Что касается данных по городам, то больше всего сторонников военного нейтралитета в Баня-Луке (76%), а вступление в НАТО там поддерживает 13% респондентов. 11% видят Боснию и Герцеговину в другом военном альянсе. В Сараево НАТО поддерживает 72% опрошенных, а в Мостаре — 74%.

Вступление в НАТО обеспечило бы Боснии и Герцеговине финансовую стабильность и рост в банковском рейтинге. Также Босния и Герцеговина приобрела бы массу преимуществ на международной арене и принимала бы более активное участие в принятии важных решений. Все это наводит на мысль, что атлантическую интеграцию Боснии и Герцеговины должны активнее поддерживать научная и экспертная общественность и сами граждане, а не только политики.

Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 18 декабря 2018 > № 2830085


Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > rg-rb.de, 12 октября 2018 > № 2772865

Балканская республика определилась с властью

В Боснии и Герцеговине в минувшее воскресенье, 7 октября, прошли выборы в президиум страны и парламент. В состав президиума входит один серб, один хорват и один босниец-мусульманин. Председатель меняется по ротации каждые восемь месяцев.

Со стороны сербов победил президент Республики Сербской Милорад Додик (Milorad Dodik), который считается фаворитом России и Владимира Путина. Додик выступает за отделение его региона от Боснии, с этой целью планирует провести референдум и имеет поддержку из Москвы. За несколько дней до выборов Додик встречался с Путиным, а за две недели глава МИД России Сергей Лавров посетил не только столицу страны Сараево, но и административный центр Республики Сербской Банью-Луку, где подверг критике Евросоюз, заявив, что он оказывает давление на население, настраивая его против России.

От хорватов победил Желько Комшич (Željko Komšić) из Демократического фронта, а от боснийцев – Шефик Джаферович из Партии демократических действий.

Действующий премьер-министр Республики Сербской Желька Цвиянович (Željka Cvijanović) победил в борьбе за пост президента республики.

Власти США заявили, что обеспокоены, как прошли выборы в Боснии и Герцеговине.

«Возникают сомнения по поводу точности составления списков избирателей, беспристрастности наблюдателей, равного доступа к СМИ, а также правильного расходования государственных средств. Возникшие вопросы противоречат заверениям боснийских властей, обещавших провести абсолютно честные и прозрачные выборы, и мы призываем боснийские государственные институты устранить недостатки, на которые обратили внимание наблюдатели ОБСЕ», – отмечается в заявлении руководителя пресс-службы Госдепартамента Хезер Науэрт (Heather Nauert).

Евросоюз пообещал учесть «уровень проведения всеобщих выборов в Боснии и Герцеговине» при оценке заявки страны на членство в сообществе, говорится в совместном заявлении главы дипломатии ЕС Федерики Могерини (Federica Mogherini) и еврокомиссара по расширению и политике соседства Йоханнеса Хана (Johannes Hahn).

Могерини и Хан выразили надежду, что «все политические лидеры будут участвовать в формировании правительств на всех уровнях, работая конструктивно вместе в интересах граждан своей страны».

Кирилл Балберов

Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > rg-rb.de, 12 октября 2018 > № 2772865


Босния и Герцеговина. Косово. Македония > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 октября 2018 > № 2754733

Босния и Герцеговина, Косово и Македония: как «неоконченные» кризисы могут поджечь регион (Geopolitika.news, Сербия)

Ядранка Полович (Jadranka Polović), Geopolitika.news

Ведущие мировые СМИ все чаще сообщают о возобновлении конфликта на Балканах, называя этот регион новым очагом геополитической напряженности. Все более очевидно, что англо-американский проект устройства бывшей Югославии, созданный после холодной войны, себя изжил. По прошествии почти трех десятилетий управления «сверху», применения разнообразных концепций и стратегий Запада и повторения мантры о «европейской перспективе» так называемые Западные Балканы не продвинулись ни на пядь. Нет ни обещанного процветания, ни стабильности: в наследство от проведенной западной политики осталась бедность, очень высокая безработица, эмиграция, провал государственной политики и непрерывное разрушение экономики, а также рост напряженности в кризисных очагах: Боснии и Герцеговине, Косово и Македонии.

Мы видим, как еще недавно замороженные конфликты на Западных Балканах стремительно «размораживаются», из-за чего регион превращается в территорию все более ожесточенного соперничества между Западом и Россией. В последние годы их отношения, самые плохие за весь период после холодной войны, ознаменованы острым противостоянием, которое привело к эскалации ряда кризисов. Так, украинский кризис (аннексия Крыма) и война в Сирии, разумеется, серьезно повлияли на геополитическое перераспределение сил на Балканах. Дело в том, что «новая холодная война» (или тлеющая настоящая), которая ведется на Ближнем Востоке, в Черноморском регионе и Персидском заливе, распространяется на весь Средиземноморский бассейн, а значит и на Балканы. Каждая из противостоящих сторон, как и Турция, Китай, Иран и Саудовская Аравия, стремится трансформировать свою геополитическую роль и значение на Балканах, и полностью (или хотя бы частично) вовлечь их в сферу собственных интересов. У слабых балканских государств (это или слабые члены ЕС: Словения, Хорватия, Румыния, Болгария и Греция, — или слабые государства Западных Балкан) нет общих институциональных механизмов для дипломатического, политического, оборонного и экономического сотрудничества, благодаря которым Балканы могли бы стать геополитическим субъектом. Поэтому наш регион уже много десятилетий остается всего лишь злополучным геополитическим объектом и экспериментальным «горшком», в котором державы готовят варево без проверенного рецепта.

После холодной войны США и НАТО прибрали Балканы к рукам. Но затем, погрузившись в другие дела (читай войны), они передали Балканы «великому магу» — Европейскому Союзу, который должен был возродить экономику и ценности региона. Эта имперская компания не только максимально истощила Западные Балканы (начиная с экономических ресурсов и заканчивая «людским капиталом»), но и позволила поживиться кое-кому другому (России и Турции). Поэтому американцы, британцы и НАТО решили вновь все взять в свои руки. В связи с этим страны, находящиеся на разоренной территории бывшей Югославии, в самом скором времени, по доброй воле или силой, должны стать членами НАТО, потому что времени ждать больше нет.

Два года назад началась активная работа по «продвижению демократии» на Балканах, которое представляет собой дипломатическое убеждение и давление, иногда угрозы, иногда смену власти (в Македонии), театрализованные государственные перевороты (Черногория) и блуждание сотрудников многочисленных спецслужб по региону. В 2017 году Черногория вошла в НАТО, что стало стратегической победой альянса. Однако не присоединенными по-прежнему остаются Косово, Македония, Сербия (она настаивает на военном нейтралитете), а также Босния и Герцеговина. Ситуацию осложняет и российское «вредное влияние» на Балканах, поскольку в последние годы эта евразийская держава расширила свое военное, экономическое и политическое присутствие в регионе, который НАТО считает своей епархией. Балканы, несомненно, важны для России (в качестве выхода к Адриатическому морю), но не так, как Украина (Крым играет ключевую роль в контроле над Черным морем) или Сирия (из-за российских военных баз на Средиземном море). Хотя Россия больше не рассматривает Балканы как регион, входящий в ее сферу интересов, она не собирается уходить оттуда, прежде всего из-за ограниченных, но при этом очень важных целей. Для России, сосредоточенной на энергетическом секторе, Балканы являются важным центром для транзита российской нефти и газа в страны Западной Европы. Благодаря трассе через Балканы Россия обходит Украину, и для Москвы это чрезвычайно важно. С другой стороны, Балканы, с которыми Россию связывают традиционные православные и панславянские узы, — это регион, с помощью которого Россия может дополнительно усилить свое международное влияние и постепенно вернуться на трон международной политики.

Россия возражала против членства Черногории в НАТО. Россия также выступает против вступления Македонии в альянс и хочет, чтобы Сербия сохранила нейтральный статус. Однако, поскольку военный и другой потенциал этих стран крайне ограничен, Россия не считает, что их вступление в НАТО — прямая угроза ее национальным интересам. Поэтому Москва не предпринимает активных действий. Тем не менее Россия старается предотвратить дальнейшее расширение НАТО за счет Украины и Грузии, чье вступление в альянс представляло бы реальную угрозу для российской безопасности. Поэтому сейчас Россия пытается замедлить, а если представится шанс, и остановить дальнейшее расширение НАТО на Балканах. Россию устраивает статус-кво, то есть тот хаос, который устроили в нашем регионе евроатлантические силы. Три тлеющих кризиса на Балканах (Косово, Македония и Босния и Герцеговина) разгораются в меньшей степени под влиянием существующей этнической напряженности и нетерпимости и в большей — из-за конфликтующих во многих сферах (прежде всего торговой) интересов держав и их попыток полностью (США, НАТО, ЕС) или частично (Россия, Турция) прибрать Балканы к рукам.

Если говорить о Косово, то инициативы Александра Вучича и Хашима Тачи (о корректировке границ или разделе Косово) «подсказаны» им державами, и под их давлением двум президентам пришлось, себе во вред, представить эти идеи общественности. По мнению Вучича и Тачи, а также их зарубежных спонсоров, подобный договор решит одну из самых взрывоопасных проблем на Балканах. Однако обе инициативы, несмотря на их различия, приведут к изменению границ между сербами и албанцами, что на самом деле предполагает обмен территориями и населением между двумя государствами. Это означает, что договор между Вучичем и Тачи может дать импульс тектоническим процессам в регионе (встанет вопрос о границах Боснии и Герцеговины и Македонии). Тогда не миновать новых конфликтов, жертв, а кроме того, по мнению некоторых, может подняться миграционная волна. До двух миллионов беженцев могут потребовать убежища — и где еще, как не в странах Европейского Союза, включая Хорватию.

Недавно в Македонии проводился референдум по, казалось бы, несуразному, но из-за своей двусмысленности исключительно опасному вопросу «Поддерживаете ли Вы членство в ЕС и НАТО, принимая соглашение между Республикой Македонией и Греческой Республикой?». Македонцы ясно выразили свое несогласие. «Это лучшее, что мы можем сейчас сделать… Да, нас оккупировали, но мы, отказавшись подписывать смертный приговор, спасаем нашу собственную историю», — к такому выводу пришла македонская интеллектуальная общественность. Македонцы действительно хотят вступить в Европейский Союз и НАТО, но столкнулись с тем, что мировые державы навязывают им изменение названия государства, пересмотр собственной идентичности и истории. Поэтому македонцы решили дать задний ход. Новый обман и великолепный примел фейка, появившегося в СМИ, — заявление премьера Заева (главного македонского «американца») о том, что большая часть избирателей (невероятные 91,2%), пришедших на референдум, ответила положительно на заковыристый вопрос, а значит, одобрила новое название Республика Северная Македония. Поскольку более 90% граждан проголосовало за (из них более 60% — голоса албанцев), Собрание (парламент Македонии) должно поддержать волю большинства, как полагает Заев. Небольшая проблема в том, что даже избирательная комиссия объявила референдум несостоявшимся. Ведь македонцы решили не терять чести и бойкотировать изменение названия, поэтом на референдум явилось всего 36,91% избирателей. Для признания референдума этого не достаточно. Македонцы, очень симпатизирующие Европейскому Союзу и НАТО, отказались обсуждать собственную историю, и в этом смысле референдум явился своеобразным плебисцитом против режима Зорана Заева, а также против сильнейшего давления, которое на македонцев оказывают Соединенные Штаты, Европейский Союз и НАТО. Когда не так давно президент Георге Иванов с трибуны ООН призвал бойкотировать референдум, стало понятно, что македонцы сплотятся в сопротивлении.

Несмотря на то, что спор между Грецией и Македонией ведется уже давно, одной из главных политических сил, добивающейся изменения, являются албанцы, чья политическая позиция постоянно укрепляется. Они контролируют одну треть парламента и располагают несколькими очень влиятельными партиями. Албанцы, как известно, требуют пересмотра истории и указывают на тот факт, что территория современной Македонии на протяжении многих веков относилась к Османской империи. Поэтому идея Великой Албании цветет пышным цветом, и ее реализация зависит от «смерти», федерализации или распада Македонии.

Наконец, выборы в Боснии и Герцеговине грозят новой нестабильностью в регионе. После подписания Дейтонского мирного соглашения прошло более 15 лет, и сегодня очевидно, что международному сообществу так и не удалось стабилизировать Боснию и Герцеговину, а тем более создать функционирующее государство с действующими едиными институтами. Дейтонское соглашение стало результатом компромисса воюющих сторон и международных игроков. В нем учитывалось сложившееся (в результате конфликтов и этнических чисток) этническое разделение Боснии и Герцеговины и закреплялся международный суверенитет страны в существующих границах. Это противоречие, вытекающее из Дейтонского соглашения, со временем привело к полной дисфункции государства (протектората). На Всеобщих выборах в Боснии и Герцеговине баллотировались 58 партий, 36 коалиций и 34 независимых кандидата, и граждане выбирали более чем из семи тысяч кандидатов. Во время кампании встало несколько потенциально взрывоопасных вопросов, в частности о разграничении с Сербией (в контексте разграничения Сербии и Косово), о внутренней структуре (устранении конститутивности как основы равноправия трех народов и утверждении принципа «один человек — один голос») и о создании третьего энтитета (после чего у каждого народа появилось бы свое «государство в государстве»). Сомнительные списки избирателей, рост числа проголосовавших за рубежом, на 200 тысяч больше избирателей, чем выданных удостоверений личности — вот лишь некоторые штрихи к картине нынешних выборов, самых важных, по мнению многих, выборов в Боснии и Герцеговине со времен подписания Дейтонского соглашения в 1995 году.

Босния и Герцеговина. Косово. Македония > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 октября 2018 > № 2754733


Босния и Герцеговина. Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 октября 2018 > № 2754531

Dagens Nyheter (Швеция): Боснийские выборы — борьба между Россией и Турцией

Пока ЕС и США сосредоточились на решении других проблем, свои позиции на Балканах продвигают Россия и Турция, считает шведский журналист. Но, описывая ситуацию в Боснии, главное внимание он уделяет действиям Москвы. И с явным сожалением констатирует: она добилась того, что дорога в ЕС и НАТО для Боснии остается закрытой, и присоединиться к европейским санкциям против России страна тоже не может.

Ингмар Невеус (Ingmar Nevéus), Dagens Nyheter, Швеция

За две недели до выборов Баню-Луку, столицу боснийской части государства Республики Сербской, посетил высокопоставленный гость: российский министр иностранных дел Сергей Лавров приехал в город, чтобы торжественно открыть российский культурный центр и посетить строительство православной церкви.

На самом деле этот визит для Москвы был способом продемонстрировать свою поддержку Республике Сербской и ее националистическому президенту Милораду Додику.

«Я люблю и уважаю Россию», — заявил Додик на пресс-конференции.

Неделей позже, во время предвыборной гонки, он съездил в Сочи, где посмотрел соревнования «Формулы-1» и поговорил с президентом Владимиром Путиным — это была их одиннадцатая встреча с 2011 года.

Выборы в Боснии — это сложная история. Избиратели выбирают президентов и парламент в Республике Сербской, а также в Федерации Боснии и Герцеговины — боснийской (мусульманской) и хорватской части страны.

На национальном уровне назначается парламент и три члена боснийского президиума, который всегда состоит из одного боснийца, одного хорвата и одного серба.

Вот на этот сербский пост Милорад Додик и выдвинул свою кандидатуру. Он — бывший либеральный политик, который с годами становится все более активным сербским националистом. Сегодня он восхваляет осужденного Ратко Младича, отрицает уничтожение мусульман в Сребренице и постоянно высказывается в пользу независимости республики Сербской.

Додик, который внесен в санкционный список Вашингтона, водит дружбу с верным Кремлю байкерским клубом «Ночные волки», которых он принимал в Бане-Луке.

В то время как Додик открыто выражает свою пророссийскую позицию, лидер боснийцев Бакир Изетбегович (Bakir Izetbegovic) — сторонник турецкого президента Реджепа Тайипа Эрдогана (Recep Tayyip Erdogan). Турецкое авторитарное правительство вкладывает в Боснию много средств — не только в мечети, но и в школы и инфраструктуру.

Боснийский хорват Драган Чович (Dragan Covic), фаворит на хорватское место в президиуме (по итогам выборов в президиум не прошел, прим.ред.), тоже часто разыгрывает сепаратистскую карту. Он высказывался за то, чтобы хорватская часть Федерации отделилась от боснийской, и во время предвыборной агитации его партии премьер-министр Хорватии Андрей Пленкович выступал приманкой для избирателей.

23 года прошло с тех пор, как Дейтонские соглашения положили конец войне в Боснии, но этническая и религиозная принадлежность до сих пор остается вопросом, затмевающим все остальные. Проблем при этом по-прежнему хватает: безработица среди молодежи более 50%, здравоохранение и инфраструктура в упадке.

Многие в Сараево считают, что США и ЕС бросили Боснию на произвол судьбы. На встречах ЕС в этом году за ни к чему не обязывающими словами о будущем членстве не последовало никаких конкретных мер. США Трампа, похоже, совершенно потеряли интерес к Балканам.

Именно в этот образовавшийся вакуум и стремятся Путин и Эрдоган. Министр иностранных дел Лавров во время своего визита заявил, что Россия не вмешивается в боснийские выборы, и высказался против раскола страны.

Информации о каких-то масштабных атаках троллей тоже нет. Но своей поддержкой политиков вроде Додика Москва добивается очень многого: дорога к членству в ЕС и НАТО для Боснии остается закрытой, и присоединиться к европейским санкциям против России страна тоже не может.

Сложные выборы

Босния и Герцеговина объявила о независимости от Югославии в 1992 году. Нынешняя структура страны сформировалась после того, как в 1995 году были подписаны Дейтонские соглашения, которые завершили длившуюся три года кровавую гражданскую войну.

Столица называется Сараево. Население составляет примерно 3,8 миллиона и состоит на 50% из боснийцев (мусульман), 35% сербов и 15% хорватов.

Государство разделено на две части: боснийско-хорватская Федерация и сербская Республика Сербская.

Воскресные выборы состоялись на государственном уровне (здесь избирались члены парламента и президиума) и на уровне десяти так называемых кантонов в рамках Федерации (у каждого из них есть свои локальные парламенты и правительства).

Босния и Герцеговина. Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 октября 2018 > № 2754531


Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 октября 2018 > № 2752838

Уходящий президент Республики Сербской Боснии и Герцеговины (РС БиГ) Милорад Додик провозгласил победу своей кандидатуры на выборах одного из трех членов президиума БиГ в избирательном штабе своей партии.

Граждане Боснии и Герцеговины выбирали в воскресенье трех членов президиума, депутатов парламента страны и заксобраний двух составляющих ее частей, а также местных представительных органов власти из всего 7,5 тысячи кандидатов. Избирком БиГ зарегистрировал 3,35 миллиона граждан с правом голоса. Голосование проходило на 5 тысячах 794 участках и 314 передвижных пунктах с 7.00 (8.00 мск) места для голосования были закрыты в 19.00 (20.00 мск).

Додик, известный своей пророссийской и антинатовской позициями, провел три мандата на посту премьера РС, два в качестве президента, и конституция не позволит ему избираться на третий президентский срок подряд. Правящая в Баня-Луке партия "Союз независимых социал-демократов" выдвинула его кандидатом на пост одного из трех членов президиума страны.

В воскресенье он заявил РИА Новости, что ожидает, что получит около 70% голосов, а партия СНСД около 40% голосов.

"На основании обработанных 85% голосов я получил 56% или 330 тысяч 890 голосов, а Иванич 44% или 250 тысяч 197 голосов. Разница почти в 75 тысяч голосов. Это непреодолимая разница", — заявил Додик собравшимся.

Ранее избирком БиГ призвал общественность не слишком доверять данным из штабов партий и кандидатов.

Президент России Владимир Путин в конце сентября на встрече в Сочи пожелал Додику и его сторонникам успехов на предстоящих выборах. В свою очередь президент РС снял с лацкана своего пиджака и подарил Путину значок в виде флага Республики Сербской, отметив, что фактически это "перевернутый флаг России".

Глава МИД РФ Сергей Лавров совершил 21 сентября рабочий визит в Сараево и Баня-Луку, где ему был вручен орден Республики Сербской и российский министр провел совместную пресс-конференцию с Додиком. В ходе визита Лаврова прошла церемония установки закладного камня в русско-сербский храм Преображения Господня, один из престолов которого посвящен семье российского императора Николая II Романова. Проект российско-сербского культурного центра и пятикупольного храма в русском архитектурном стиле на площади в 6,5 тысячи квадратных метров в настоящее время реализуется в Баня-Луке.

В Республике Сербской в воскресенье также прошли выборы президента (фаворитом гонки является выдвинутый правящей СНСД нынешний премьер Желька Цвиянович) и выборы вице-президентов.

Босния и Герцеговина 21 ноября отметит 23-летие Дейтонского соглашения, которое остановило жестокую гражданскую войну между хорватами, сербами и мусульманами 1992-1995 годов. По разным оценкам, в ходе конфликта погибло свыше 100 тысяч человек.

Соглашение определило государственное устройство: энтитеты Федерацию Боснии и Герцеговины и Республику Сербскую, особый округ Брчко, а также представительство всех трех наций в трехчленном президиуме страны, который заменяет президента, и в общих органах власти.

Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 октября 2018 > № 2752838


Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 7 октября 2018 > № 2762958

В Боснии и Герцеговине /БиГ/ в воскресенье стартовали всеобщие выборы. Избиратели проголосуют за трех членов Президиума и депутатов парламента разных уровней.

Голосование стартовало в воскресенье в 7:00 утра по местному времени и завершится в 7:00 вечера в тот же день. По всей стране работают 5794 избирательных участка, зарегистрированы 3,38 млн избирателей. Итоги выборов должны опубликовать вечером в тот же день.

Всеобщие выборы БиГ проходят каждые четыре года. В этот раз 58 партий, 36 альянсов и 34 независимых кандидата принимают в них участие; 7497 кандидатов претендуют за 518 постов в правительстве разных уровней.

Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 7 октября 2018 > № 2762958


Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 28 сентября 2018 > № 2744417

Telegram (Хорватия): Путин встретится с Вучичем и Додиком. Что это означает для текущей ситуации на Балканах?

Младен Плеше (Mladen Pleše), Telegram, Хорватия

Почти одного за другим в начале октября российский президент Владимир Путин примет в Москве и в Сочи президента Сербии Александра Вучича и президента Республики Сербской Милорада Додика. Подобной демонстрации российской силы и присутствия на Балканах прежде не бывало. По мнению Белграда, так Москва отвечает на попытки Запада присвоить себе Балканы в качестве собственной сферы интересов.

На прошлой неделе министр иностранных дел России Сергей Лавров посетил Боснию и Герцеговину, в том числе Республику Сербскую. Тем самым Россия дала понять Западу, что не позволит вытеснить себя с Балкан. Более того, Москва не скрывает, что на территории бывшей Югославии у нее есть свои интересы и она готова их отстаивать.

Додик надеется, что Россия защитит Республику Сербскую

Недавние шаги Москвы можно также интерпретировать как прямой ответ британскому премьер-министру Терезе Мэй, которая во время недавнего визита в Македонию заявила, что главная цель политики Великобритании (а вместе с ней и США, и ЕС) — устранить российское влияние на Балканах. Примечательно, что всего четыре месяца назад, в мае, Александр Вучич уже ездил в Москву и договорился там с российским президентом о поставках военной техники для Сербии и о стратегии Белграда в отношении Косово.

Бывший министр иностранных дел Югославии Владислав Йованович отметил, что очередной аналогичный визит Вучича и Додика в Россию подтверждает, что «сербский геополитический фактор обретает все больший вес в условиях, когда западные державы сосредоточились на Балканах и спешат завершить то, что „задумали 20 лет назад". Они хотят превратить Балканы в сферу своих интересов». Президент Республики Сербской Милорад Додик не скрывает воодушевления от предстоящей встречи с российским президентом в Сочи.

«Для меня честь побеседовать с Путиным, и я горд тем, что могу говорить от имени Республики Сербской с одним из важнейших мировых лидеров страны, которая поводит миролюбивую политику по всему миру, но также умеет прекрасно защищать свое достоинство, как и достоинство своего народа и своих друзей. Нам очень приятно, что президент Путин заявил после военных учений, которые прошли на Дальнем Востоке, что все это „делается ради обороны российского народа, российского государства и обороны наших друзей". Я уверен, что мы их друзья».

Вучич ожидает, что Путин поддержит косовскую политику

В Баня-Луке убеждены, что приглашение Владимира Путина является подтверждением государственности Республики Сербской, ее самостоятельности в международных отношениях и способности независимо проводить свою внешнюю политику. Александр Вучич также выразил благодарность Путину за приглашение и ожидает, что в ходе беседы российский президент выразит поддержку его плану по разделу территорий между Белградом и Приштиной, который мог бы стать решением косовской дилеммы.

Официальный Белград предполагает, что «президент России сделает все от него зависящее, чтобы повлиять на немецкого канцлера Ангелу Меркель и помочь решить нам этот вопрос, и что Россия выразит свою стопроцентную поддержку Белграду». Германия выступает решительно против изменения границ между Сербией и Косово, полагая, что это может привести к эффекту домино на Балканах и ввергнуть регион в новый вооруженный конфликт. Но вчера Александр Вучич фаталистически заявил, что его политика, направленная на то, чтобы Сербия сохранила хоть что-то в Косово и Метохии, потерпела крах.

«Эта политика не увенчалась успехом, поскольку сербы больше любят плакать над тем, что давно утрачено, чем возвращать себе что-то… Все, что мы могли получить, мы упустили и потеряли из-за реакции граждан Сербии, которые осудили все мои попытки проводить косовскую политику. В первом раунде верх взяла „Сербия плача", а не Сербия, которая побеждает. Боюсь, однако, что второго шанса у нас не будет», — сказал Вучич. Он отметил, что располагает доказательствами совершенно бесцеремонного вмешательства западных сил в выборы в Республике Сербской, и заявил об обоснованных опасениях в связи с «жестоким столкновением конфликтующих интересов держав». Вучич также сказал, что трудно предсказать, к чему в скором времени все это приведет.

Москва: без России кризис в Боснии и Герцеговине не преодолеть

Визит Сергея Лаврова в Республику Сербскую и приглашение Милорада Додика на переговоры в Сочи свидетельствуют о росте заинтересованности Москвы в энтитете, который выстроен на преступлениях, совершенных сербами в Боснии и Герцеговине. Лавров несколько раз подчеркнул, что Москва участвовала в подписании Дейтонского соглашения, и без нее в Боснии и Герцеговине никаких мер предпринимать нельзя. Кроме того, он дал понять, что больше нет необходимости в работе Верховного представителя по Боснии и Герцеговине, поскольку эта должность оспаривает политический и международно-правовой суверенитет Боснии и Герцеговины.

Интересно, что с этим тезисом согласен и Драган Чович, глава Хорватского демократического содружества (HDZ) Боснии и Герцеговины, а также член Президиума Боснии и Герцеговины. Он также разделяет мнение Милорада Додика о том, что нужно упразднить практику, когда трех судей Конституционного суда для Боснии и Герцеговины выбирает председатель Европейского суда по правам человека. Чович и Додик требуют создания паритетного механизма принятия решений, в рамках которого любой вердикт должны подтверждать хотя бы три судьи, представляющие каждый из трех конституционных народов. С этим в корне не согласны боснийские партии, поэтому, скорее всего, данное предложение реализовано не будет.

Додик также утверждает, что Конституционным судом в его сегодняшнем виде злоупотребляют для достижения определенных политических целей. А Чович уверен, что с иностранцами в органах власти Боснии и Герцеговине не удастся стать членом Евросоюза. «Борьба за иностранцев в институтах Боснии и Герцеговины — это борьба против нее самой», — отметил Чович.

Россия всегда противилась вступлению Боснии и Герцеговины в ЕС

Насколько Москва заинтересована в том, чтобы как можно глубже проникнуть во все поры Республики Сербской, свидетельствует и то, что российский нефтяной гигант Газпром постепенно берет под контроль большую часть нефтяной промышленности в Республике Сербской. Аднан Хускич, профессор международных отношений из Сараево, заявил, что «Россия никогда не скрывала, что противится интеграции западнобалканских государств в Европейский Союз и НАТО. Поддерживая военно-политический „нейтралитет" Боснии и Герцеговины по образцу Сербии, Россия ставит под вопрос и вступление этой страны в Европейский Союз. Точнее говоря, встает вопрос, является ли европейская интеграция единственно возможным вариантом для Боснии и Герцеговины. Москва в этой связи не оказывает прямого давления и, похоже, довольна статусом-кво — не только в Боснии и Герцеговине, но и в регионе в целом».

Активное вмешательство России в политические процессы в Боснии и Герцеговине дополнительно осложняет ситуацию в этой стране, расширяя круг замешанных в ней иностранных игроков. Поскольку Загреб и Белград защищали интересы хорватского и сербского народа в Боснии и Герцеговине, бошняки начали искать политического покровительства и спонсорства у Турции и ее лидера Реджепа Тайипа Эрдогана. После того как во все эти чрезвычайно сложные отношения вмешалась еще и Москва, ситуация начала драматически обострятся. Особенно интересно будет узнать, какую позицию в отношении Сараево займут Турция и Россия, если учесть, что они являются партнерами на международной арене, но их интересы в Боснии и Герцеговине принципиально различаются. Дополнительная проблема в том, что Турция все больше отдаляется от Запада и становится все более радикальной в религиозном отношении страной. Это, разумеется, неминуемо отразится на боснийской политике в Боснии и Герцеговине.

Милорад Додик никогда не скрывал, что его конечной целью является отделение Республики Сербской от Боснии и Герцеговины. Эту политику Додика полностью поддерживает Белград, а также Москва. Поэтому президенту Республики Сербской на руку хаос, ведь он хочет доказать, что Босния и Герцеговина — нефункционирующее государство, которое не пройдет испытания временем. Хотя Белград не хочет в этом откровенно признаваться, но если бы ему удалось договориться с Приштиной об обмене территориями, у него появился бы сценарий, открывающий возможность изменить границы в Боснии и Герцеговине, а также провозгласить Республику Сербскую независимой.

Европейский Союз не допустит создания мусульманского государства в сердце Европы

Поскольку бошняки не хотят и слышать о подобном развитии событий, любая попытка отделиться приведет к новой жестокой войне, которая неминуемо распространится за пределы Боснии и Герцеговины. Поэтому Россия и Сербия сейчас не спешат настаивать на таком варианте. Высокопоставленный представитель Евросоюза, который пожелал остаться анонимным из-за занимаемой им должности и который в свое время вплотную занимался проблемой Боснии и Герцеговины, заявил нашему изданию, что Европейский Союз совершенно точно никогда не допустит распада Боснии и Герцеговины.

«Помимо того, что это привело бы к новой кровавой войне, которую мы уже видели, в результате в сердце Европы появилось бы мусульманское государство. Учитывая традиционную нетерпимость, которую в Боснии и Герцеговине хорваты и сербы проявляют в отношении бошняков, со временем это новое государство максимально радикализовалось бы и превратилось бы в источник постоянной нестабильности не только на Балканах, но и во всей Европе. Уже сейчас часть бошняков все больше надежд возлагает на Эрдогана, хотя это, несомненно, равно политическому самоубийству. Ведь турецкая политика так же пагубна для Боснии и Герцеговины, как и политика российская, которая кроется за сепаратистскими устремлениями Республики Сербской. К сожалению, хорваты в Боснии и Герцеговине, как и официальный Загреб, так и не отказались от идеи Туджмана о Герцег-Босне.

Загреб по-прежнему проводит политику двойных стандартов в отношении Боснии и Герцеговины, а хорватское правительство никак не поймет, какие последствия для политики и безопасности Хорватии повлек бы за собой распад Боснии и Герцеговины и какими бы были последствия образования самостоятельной Республики Сербской. Совершенно точно Белград вернулся бы к своим амбициям и мечтам о создании Великой Сербии. Последние выступления Александра Вучича и его похвалы в адрес преступника Слободана Милошевича это подтверждают. Поэтому меня удивляет политическая слепота Загреба, который является заложником политики части хорватов Боснии и Герцеговины, как будто он не способен распознать их некритическую симпатию к скомпрометировавшему себя Милораду Додику. Вместо того чтобы вместе с бошняками выступить против территориальных претензий сербов, хорваты Боснии и Герцеговины выражают полную поддержку правителю в Баня-Луке, которого у власти удерживают обещания о том, что он сделает Республику Сербскую независимой».

Российские спецслужбы попытались организовать государственный переворот в Черногории

Россия распрощалась с Черногорией и Македонией, поскольку ее политика в этих государствах потерпела полное фиаско. Поэтому в фокусе российской политики на Балканах оказалась Босния и Герцеговина. В 2012 году российские спецслужбы попытались организовать путч против правительства Черногории, чтобы предотвратить вступление этой страны в НАТО. Две расследовательские журналистские организации, «Билингкэт» (Bellingcat) и «Инсайдер Рашиан» (Insider Russian), выяснили, что полковник Эдуард Шишмаков, офицер российской разведывательной службы ГРУ, который был главным организатором переворота в Черногории, тесно связан с Александром Петровым и Русланом Башировым. Их обвиняют в попытке отравления бывшего российского шпиона Сергея Скрипаля в Англии.

У всех трех паспорта одной серии (разница — лишь в несколько цифр). В прошлом Шишмаков занимал должность военного атташе в Польше, но польские власти выслали его из-за шпионажа. После того как в последний момент удалось предотвратить государственный переворот, путчистов арестовали, и они признались, что действовали по распоряжению офицеров КГБ и ГРУ. В конце концов, Черногория все-таки вошла в НАТО. Что касается Македонии, то россияне пытались всеми способами помешать тому, чтобы македонцы поддержали изменение названия страны, поскольку речь идет об условии необходимом для вступления в НАТО и Европейский Союз. Выборы 30 октября покажут, насколько успешными оказались все эти попытки. Опросы свидетельствуют о том, что македонцы все же могут выбрать Запад, а не Россию.

Во время визита в Баня-Луку Лавров подчеркнул, что Россия не вмешивалась в референдум в Македонии, в отличие от западных политиков, которые беспрестанно приезжали в Скопье и требовали от македонцев согласиться на название Республика Северная Македония. Россияне считают, что совершенно неприемлемо навязывать Македонии, а также другим балканским странам, выбор «или вы с нами, или вы с Россией». Из-за всего выше сказанного единственным оплотом Москвы на Балканах осталась Республика Сербская и, разумеется, Сербия. Насколько это опасно для всего региона, в частности для Хорватии, подтверждает попытка государственного переворота в Черногории. Это более чем наглядно доказывает, что Москва не остановится ни перед чем, когда речь идет об интересах России и ее союзников.

Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 28 сентября 2018 > № 2744417


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 28 сентября 2018 > № 2746464

Red Rock Resources остановила ферросплавный завод в Боснии и Герцеговине

Горнопромышленная компания Red Rock Resources сообщила, что компания Steelmin Ltd, в которой Red Rock владеет 22%-й долей, продлила остановку завод по выпуску ферросилиция в Боснии и Герцеговине для модернизации системы охлаждения и в связи с высокими ценами на электричество, которые были предложены Steelmin. Завод был остановлен в сентябре.

Red Rock также заявила об изучении вопроса продажи актива.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 28 сентября 2018 > № 2746464


Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 сентября 2018 > № 2741132

Avangarda (Босния и Герцеговина):Кремль удерживает Сербию и Республику Сербскую в заложниках, с их помощью дестабилизируя регион

В каком-то смысле Балканы — это зеркало, отражающее беспомощность международного сообщества, прежде всего Европы, считает председатель Хельсинкского комитета по правам человека в Сербии Соня Бисерко. Кремль удерживает Сербию и Республику Сербскую в заложниках, так как с их помощью дестабилизирует Балканы, что, по словам Бисерко, является главной целью России. В своем интервью боснийскому изданию "Авангарда" правозащитница подробно рассматривает ситуацию в Сербии, перспективы проекта раздела Косово и предстоящие выборы в Боснии и Герцеговине.

Тамара Никчевич (Tamara Nikčević), Avangarda, Босния и Герцеговина

Председатель Хельсинкского комитета по правам человека в Сербии Соня Бисерко (Sonja Biserko) рассказала порталу «Авангарда» (Avangarda), что победа Милорада Додика на выборах означала бы для Боснии и Герцеговины. «Став членом Президиума, Додик сможет блокировать многие важные для Боснии и Герцеговины решения. Например, он мог бы осложнить работу Президиума тем, что вообще не являлся бы на его заседания… До сих пор Додик делал все, чтобы помешать внутренней интеграции Боснии и Герцеговины. Он развалил все те институты, которые начали функционировать после 2008 года… Если его выберут членом Президиума, то, я боюсь, Додик может лишить этот институт всякого смысла», — заявила Бисерко. Она также объяснила, как Сербия относится к Боснии и Герцеговине: «Для Белграда Босния и Герцеговина несравнимо важнее, чем Косово. Сербия рассчитывает на то, что „компенсирует" утрату Косово разделом Боснии и Герцеговины… В течение всего 20 века Белград предъявлял территориальные претензии Боснии и Герцеговине. Кстати, война в 90-х велась из-за территорий, и Белград (если на него не давить) никогда не откажется от своих претензий». Соня Бисерко также рассказала, является ли заявление Младана Иванича о том, что руководство Сербии «вовлечено» в предвыборную кампанию в Боснии и Герцеговине, сигналом, свидетельствующим об обнадеживающем повороте боснийских сербов к Сараево, или же речь идет об элементарной политической борьбе между Додиком и Иваничем. «Иванич представляет оппозицию, которая уже давно заявляет о криминальном характере власти Додика. Однако нам всем очень хорошо известно, как поступает сам Иванич, когда речь идет о Боснии и Герцеговине и ее будущем».

В середине прошлого месяца несколько гражданских организаций Сербии и Косово направили письмо высокопоставленному руководителю Европейского Союза Федерике Могерини. В письме ее призвали высказаться против раздела Косово и обмена территориями между Косово и Сербией по этническому принципу. В письме говорится, что именно из-за этнических проблем регион «несколько раз переживал кровавые конфликты». Авторы письма убеждены, что этнический раздел неминуемо вызовет цепную реакцию в других балканских государствах. Прозвучат новые требования об изменении границ на Балканах, и это создаст условия для новых конфликтов.

«Этнически чистые государства — изжившая себя модель 19 века, и она не должна быть целью чьей-то политики. Международное сообщество не должно относиться к таким государствам терпимо и поддерживать их», — говорится в письме, на которое Могерини, насколько известно, не ответила.

Председатель Хельсинкского комитета по правам человека в Сербии Соня Бисерко заявила порталу «Авангарда», что, если предложение президентов Александра Вучича и Хашима Тачи о «разграничении» Сербии и Косово будет реализовано, это станет своеобразным посланием сербам и албанцам, которые проживают «не на той стороне», о необходимости переселиться в «свое» этническое государство. Это, в свою очередь, может спровоцировать еще один массовый исход населения на Балканах.

Соня Бисерко: Сейчас о Балканах говорят как о «незавершенной проблеме» (unfinished business). К сожалению, наш регион по-прежнему считают пороховой бочкой, территорией, угрожающей новым конфликтом. В каком-то смысле Балканы — это зеркало, отражающее беспомощность международного сообщества, прежде всего Европы, и подтверждающее сбои в международном либеральном порядке, на ценностях которого с 2000 года базируется балканская архитектура. Все это было ожидаемо, учитывая, что на Балканах активизировались разные международные игроки. Разграничение Сербии и Косово, которое в последнее время предлагается в качестве решения проблемы, — это рискованный шаг, который может не только подорвать стабильность Балкан, но и ослабить саму Сербию. Ведь тот же принцип можно применить и внутри нее самой.

Avangardа: Западное международное сообщество, главным образом Соединенные Штаты, занимало на протяжении долгого времени в этом вопросе весьма жесткую позицию, однако теперь очевидны определенные перемены. Что им поспособствовало?

— Причин несколько. Финансовый кризис 2008 года, миграционный кризис 2014, рост ультраправых партий, Брексит, победа Дональда Трампа, радикализация националистических политиков… Кроме того, Россия совершила прорыв на Балканах. Вместе с миграционным кризисом это вернуло Балканам значимость в глазах Запада, который озаботился собственной безопасностью.

Победа Дональда Трампа на президентских выборах в США и смена американского курса во внешней политике (все еще непродуманного в части отношений не только с Балканами, но и с Европой) оставляют открытым вопрос, какой окончательный вид эта политика примет в будущем. Пока ясно, что американская политика изменилась во многих аспектах, и трудно предсказать последствия этих изменений для международного порядка. Я говорю о выходе США из договора о климате, об отказе от торгового соглашения с Канадой и Мексикой, о критике Международного уголовного суда (МУС)…

Если говорить о Балканах, то до сих пор американская администрация руководствовалась в нашем регионе приоритетами, утвержденными в последние двадцать лет. Однако после встречи Трампа с Путиным в Хельсинки пошли разговоры об изменениях, связанных с Балканами.

— Обоснованы ли эти спекуляции, как Вы думаете?

— Содержание встречи двух лидеров осталось неизвестно широкой общественности, но заявления некоторых высокопоставленных лиц, например Джона Болтона, дают определенную пищу для размышлений. Тем не менее все еще нет убедительных доказательств того, что американская политика в отношении Балкан действительно изменилась.

Дэниел Сервер, профессор университета Джона Хопкинса и большой знаток и Балкан, и американской политики, отмечает, что пока американцы только выслушали аргументы, но на Балканах это, разумеется, восприняли как поддержку «разграничения». Сервер утверждает, что сам он не заметил в Вашингтоне поддержки раздела Косово, и уверен, что в итоге американцы решительно отклонят эту идею. Кроме того, Сервер считает, что идея о «корректировке границ», обмене территориями (или как бы все это ни называли) не может быть реализована без поддержки Германии.

— «Я бы сказала, что Германия провела красную линию, тем самым обозначив, насколько далеко может зайти в решении проблемы Сербии и Косово», — заявил недавно американский сенатор-республиканец и председатель Комитета по внутренней безопасности Рон Джонсон.

— Германия — самая важная и самая влиятельная страна Европейского Союза, и ее позиция очень важна, прежде всего потому, что Балканы — это европейская проблема. Ни Россия, ни США не играют для нашего региона такой роли, как Европейский Союз. Поэтому я надеюсь, что, несмотря на многие ошибки и кризисы, с которыми он столкнулся, ЕС все же устоит.

Если говорить об отношениях Сербии и Косово, то большое беспокойство вызывает параллельный канал, созданный для решения косовской проблемы.

— Вы говорите о…

— Я говорю об Институте Восток — Запад во главе с бывшим послом США в Сербии Кэмероном Мантером, о Соросе, Вольфганге Петриче, Иване Вейводе, Елене Милич, Иване Крастеве и других. Недавно в Австрии состоялся Форум, на котором откровенно говорили об изменении границ. Вместе с тем эти идеи поощряет Федерика Могерини и Йоханнес Хан, хотя на то у них нет мандата… В общем, я опасаюсь, что трио Александра Вучича, Хашима Тачи и Эди Рама разыграло чрезвычайно рискованную партию, начавшуюся два года назад, когда заменили главного переговорщика Приштины Эдиту Тахири. С тех пор брюссельский диалог практически стоит на месте. Ясно, что изменение границ, о котором говорят три президента, подпитывает сербский национализм. Но по сути это не решает ничего! Кстати, ни один из президентов до сих пор не сказал, как в реальности выглядело бы «разграничение», как оно реализовывалось бы на практике. Вместо этого все сводится к торгам. В конце концов, предложение о «разграничении», которое поддерживают Вучич, Тачи и Рама, может стать серьезной угрозой для многонациональной концепции, которую избрал для себя весь наш регион, пусть даже на практике часто ее нарушает. Меньшинства будут существовать всегда, поэтому разграничением ничего не решить.

— А каким тогда может быть решение?

— Решение — в реализации той политики в отношении меньшинств, которая прописана и утверждена во всех конституциях и законах стран-наследниц Югославии.

— Что разграничение Сербии и Косово означало бы для Боснии и Герцеговины? Официальный Белград утверждает, что «эффекта домино» на Балканах не будет, но Милорад Додик давно грозится присоединить энтитет Республики Сербской к Сербии.

— Начиная с момента провозглашения косовской независимости в 2008 году, Милорад Додик систематически расшатывает Боснию и Герцеговину, способствуя ее разрушению и обессмысливанию. Для этого Додик использует любой шанс, чтобы приравнять право на самоопределение Косово к правам Республики Сербской. Сербия сейчас старается как можно крепче привязать к себе Республику Сербскую экономическими, информационными и культурными средствами, тем самым демонстрируя, что для Белграда Босния и Герцеговина несравненно важнее Косово.

— Почему?

— Потому что Сербия рассчитывает на то, что «компенсирует» утрату Косово разделом Боснии и Герцеговины. В течение всего 20 века Белград предъявлял территориальные претензии Боснии и Герцеговине. Кстати, война в 90-х велась из-за территорий, и Белград (если на него не давить) никогда не откажется от своих претензий

— Станет ли этому противиться Хорватия, если учесть, какую радушную поддержку официальный Загреб оказывает главному «компаньону» Додика — уважаемому Драгану Човичу?

— Будучи членом ЕС и НАТО, Хорватия несет ответственность за то, что недостаточно влияет на хорватских политиков в Федерации и не заставляет их отказаться от деструктивного поведения. Позиция официального Загреба в отношении Герцег-Босны все еще благосклонна и до конца не ясна. От Хорватии ожидали конструктивных действий в регионе, а она, к сожалению, так и не захотела отстраниться от популистских политиков.

В целом плохо то, что будущее Боснии и Герцеговины зависит от ее соседей, точнее от того, насколько решительно эти соседи будут реализовывать свою стратегию. Чтобы стать функционирующим государством Босния и Герцеговина должна, помимо боснийской индентичности, принять и другие национальные идентичности, которые были бы равноправны. Дейтонское соглашение, к сожалению, закрепило этнический раздел (Приложение 7 к соглашению так никогда и не было реализовано), тем самым позволив оценивать Боснию и Герцеговину только с территориальных позиций. Конечно, большой проблемой является политизация религии, которую всегда использовали для разобщения боснийцев.

— Как?

— Этническую принадлежность приравнивали к религиозной, то есть боснийское православие приравнивалось к сербской национальности, а боснийский католицизм — к хорватской. Все это часть механизма, который сохранялся на протяжении 19 и 20 веков. Сегодня боснийцы с подозрением относятся к религиозному фундаментализму, и громче всех свои претензии предъявляют сербские национальные проектанты, которым так удобно оправдывать войну в Боснии. По их словам, мусульманский фундаментализм явился главной причиной распада Югославии. Сегодня, как они отмечают, такая же угроза нависла над Сербией. Поэтому Санджак находится под постоянным давлением… Все это подтверждает, что Босния и Герцеговина, к сожалению, остается заложником незавершенного процесса стабилизации региона, а также амбиций Белграда. Пока будут существовать ничем не ограниченные территориальные претензии Белграда, стабильность в регионе останется шаткой, и Босния и Герцеговина будет по-прежнему заложником этих претензий. Балканам крайне необходимо разобраться в причинах распада Югославии, а также уяснить для себя роль сербских элит в подготовке к войне. Важно узнать обо всех преступлениях, когда-то совершенных на территории бывшей Югославии. И Сербия в этой связи представляет собой самую большую проблему.

— Почему?

— Потому что нравственное оздоровление Сербии затянется. Оно зависит от готовности Белграда публично осудить тех, кто спланировал войну 90-х. А эти люди, к сожалению, все еще оказывают влияние на принятие решений, стратегически важных для будущего не только Сербии, но и Боснии и Герцеговины. Боюсь, Сербия вряд ли откажется от Республики Сербской, и от Америки, как от главного автора Дейтонского соглашения, будут зависеть коренные изменения. Они возможны, если США усилят давление на Белград.

— Насколько вообще возможно нравственное оздоровление Сербии, о котором Вы говорите, если вспомнить, что недавно в своей «исторической речи» в Косово сказал президент Вучич? Если президент Сербии называет намерение Слободана Милошевича реализовать фашистский проект Великой Сербии «лучшим»…

— Речь Вучича отражает его глубокое разочарование из-за неудачного продолжения брюссельского диалога седьмого сентября, когда Вучич отказался встретиться с Хашимом Тачи. Вучич понимает, что проект раздела Косово терпит крах, и что всем трем упомянутым президентам, поддержавшим этот проект, предстоит сформировать «исходную стратегию». Белград и Приштина обязаны вернуться к брюссельскому диалогу (на это, конечно, уйдет время), поскольку только он может привести к нормализации отношений между Приштиной и Белградом, то есть Сербией и Косово. Кстати, с идеей президента Косово о способе решения конфликта с Сербией не согласны многие косовские граждане.

Если говорить о Вучиче, то через день после неудачных переговоров в Брюсселе, он отправился в Косово в Косовскую-Митровицу, где собирался выступить, по его собственному выражению, с исторической речью. Вместо этого он заявил косовским сербам, что никакого решения пока нет, и что когда-нибудь кто-нибудь достигнет компромисса с албанцами… «Решения в обозримом будущем нет, но я молю бога, чтобы хотя бы в ближайшие десять — двадцать лет оно появилось».

— Я спрашивала Вас об отношении президента Вучича к Милошевичу.

— Вучич заявил, что Милошевич был великим сербским лидером, а его намерения так или иначе были лучшими, но результаты оказались намного хуже замысла. «Это произошло не потому, что он не хотел, а потому что его желания были нереализуемыми, и мы пренебрегли и недооценили интересы и стремления других народов. Поэтому мы очень дорого поплатились. Мы не стали больше, или, лучше сказать, мы не стали больше в том смысле, в каком кто-то предполагал. Сегодня без капли крови кого бы то ни было, нам это удалось… Когда проигрываешь в войне, приходится расплачиваться. По самой высокой цене. И мы, сербы, сегодня делаем вид, как будто ничего не произошло. Мы делаем вид, что не сами, не по собственной глупости и не под давлением западного мира участвовали в доказывании собственной вины в конфликте в Косово и Метохии», — заявил Вучич.

Ясно, что уже долгое время образ Милошевича «нормализуется», и к нему относятся как к великому государственнику, которому Сербия обязана. Эта часть речи Вучича вызвала возмущение в нашем регионе и критику за рубежом.

— Если учесть процитированные заявления, а также политику, которую Александр Вучич проводит в Сербии и в отношениях с соседями, можете ли Вы сказать, что является его политической целью — Сербия в составе ЕС или крепкий союз с Россией?

— Учитывая требования, выдвинутые Европейским Союзом и касающиеся, в первую очередь, верховенства закона, судебной системы, СМИ и прочего, можно сказать, что Сербия очень далека от членства в Евросоюзе. Для большей части представителей политической элиты создание правового государства означает политическую смерть. В этой связи, отдаляясь от ЕС, Вучич получает возможность по-прежнему вести себя как полновластный хозяин Сербии. Помогают ему и авторитарные тенденции в самом ЕС, так что Вучич не ощущает острого одиночества. С другой стороны, отказ от всеобъемлющего договора с Косово подтвердил бы тот факт, что Сербия вообще не хочет в Европейский Союз. Вместе с тем ясно, что Вучич не хочет лишаться поддержки Берлина, тем более что речь идет не только о политической, но и о финансовой и экономической поддержке. Чтобы сохранить ее, Вучич воспользуется теми незначительными возможностями для шантажа, которые у него есть.

— О каких возможностях Вы говорите?

— Вучич понимает, что Сербия — центральная страна, от которой зависит стабильность в регионе.

— Я упомянула о связях между Россией и Сербией. Известно ли Вам, что, по словам некоторых аналитиков, главной опорой России на Балканах является не Александр Вучич, а Милорад Додик. Согласны ли Вы с этим мнением?

— Сербская политика, точнее «сербский проект», никогда не носила персонального характера — она всегда была вопросом государственным. Возможны разные нюансы, разные роли в разные периоды. Тем не менее все сводится к одному: Республика Сербская воспринимается как «военный трофей» Сербии, от которого она не откажется, пока у Белграда будет возможность манипулировать международным сообществом. Войну в Боснии и Герцеговине Белград по-прежнему считает освободительной войной сербов в Боснии. К сожалению, сейчас все делается для того, чтобы преуменьшить совершенные во время войны преступления, прежде всего геноцид в Боснии и Герцеговине. Этому способствует и то, что сейчас США отрицают и оспаривают решения Международного уголовного суда (МУС) в Гааге. Известно, что некоторые западные государства убеждают африканские страны отказаться от участия в МУС, а это большая угроза для международного порядка. Подобная политика очень благоприятна для Белграда, а также некоторых других стран.

— Почему для Москвы столь важна Республика Сербская?

— Во-первых, Милорад Додик остается у власти благодаря своей преданности России. Во-вторых, сербская элита недостаточно хорошо знает Россию, чтобы отстаивать собственные интересы. Сербская власть, вообще поддавшаяся иллюзии о каком-то многовековом братстве с русским народом, действует исключительно в собственных, а не в государственных или национальных интересах. При этом Сербия забывает о том, что у России есть масса своих интересов в Хорватии (в нее, кстати, россияне инвестируют больше всего), в Болгарии, в Черногории, в Македонии… Кремль удерживает Сербию и, главное, Республику Сербскую в заложниках, так как с их помощью дестабилизирует Балканы. А в настоящий момент в этом заключается основная цель России. Иными словами, Москва заинтересована в том, чтобы помешать НАТО расширяться на Балканах и не позволить балканским странам идти по европейскому пути.

— Удается ли России добиваться поставленной цели?

— Факт в том, что Россия постоянно дестабилизирует обстановку в регионе, а Западные Балканы смогут процветать, только если создадут единую платформу. Такая политика придала бы Балканам особый вес, что позволило бы им играть более значимую роль в международных отношениях. В противном случае Балканы останутся лишь объектом самых разных манипуляций и интересов, которые не совпадают с собственными интересами региона.

Только у Балкан под одним «зонтиком» — под зонтиком ЕС — есть будущее и перспективы.

— Накануне выборов в Боснии и Герцеговине глава российского МИДа посетит Баня-Луку, где встретится с Додиком и откроет Российско-сербский центр. Президент Вучич, накануне предвыборного дня тишины, также планирует приехать в Баня-Луку, где откроет школу. Все это прямая поддержка Додика или?..

— Похоже, что победа Милорада Додика на выборах под большим вопросом, поэтому ему потребовалась столь мощная поддержка России. Белград явно устраивает статус-кво, и так будет до тех пор, пока не сложатся условия для решительных действий. Кстати, такую же политику в отношении Додика и Республики Сербской проводил предшественник Вучича президент Борис Тадич.

— Сербский член Президиума Боснии и Герцеговины Младен Иванич недавно заявил, что Милорад Додик «слишком втягивает руководство Сербии в предвыборную кампанию», и что Сербии «не стоит вмешиваться в выборы в Боснии и Герцеговине». Как Вы прокомментируете это заявление? Свидетельствует ли оно об обнадеживающем повороте боснийских сербов к Сараево, или же речь идет об элементарной политической борьбе между Додиком и Иваничем?

— Иванич представляет оппозицию, которая уже давно заявляет о криминальном характере власти Додика. Однако нам всем очень хорошо известно, как поступает сам Иванич, когда речь идет о Боснии и Герцеговине и ее будущем. С другой стороны, факт в том, что Республика Сербская находится в очень плохом экономическом состоянии, и предстоящие выборы пройдут в очень напряженной общественной обстановке. Граждане очень недовольны. Убийство Давида Драгичевича взбудоражило Республику Сербскую, и протесты становятся все масштабнее. При этом у Додика все еще нет механизмов контроля над избирательным процессом, которые могут гарантировать ему победу. И, разумеется, теперь все зависит от граждан Боснии и Герцеговины.

— Если Додик не признает Боснию и Герцеговину, то почему он борется за место в ее Президиуме?

— Став членом Президиума, Додик сможет блокировать многие важные для Боснии и Герцеговины решения. Например, он мог бы осложнить работу Президиума тем, что вообще не являлся бы на его заседания. До сих пор Додик делал все, чтобы помешать внутренней интеграции Боснии и Герцеговины. Он развалил все те институты, которые начали функционировать после 2008 года… Если его выберут членом Президиума, то, я боюсь, Додик может лишить этот институт всякого смысла.

— Что это означало бы для Боснии и Герцеговины и для Балкан вообще? Вы сами сказали, что наш регион снова превратился в «пороховую бочку»… Опасаетесь ли Вы нового вооруженного конфликта на Балканах?

— Это один из возможных вариантов. Однако, как я полагаю, мир не допустит нового вооруженного конфликта на Балканах. Даже США. Недавно сенатор Роджер Уикер поднял в американском Сенате вопрос Боснии и Герцеговины, потребовав, чтобы Соединенные Штаты вернулись в Боснию и Герцеговину и остановили процесс ее дезинтеграции. Уикер предложил даже ввести санкции против некоторых политиков Республики Сербской из-за коррупции и нарушений Дейтонского соглашения. По мнению Уикера, то же самое должен сделать и Европейский Союз. Хотя Босния и Герцеговина еще не готова стать членом НАТО, Уикер полагает, что нужно немедленно перейти к реализации Плана действий по вступлению Боснии и Герцеговины в альянс. Наконец, американский сенатор требует, чтобы сразу после выборов в Боснии и Герцеговине международное сообщество стимулировало формирование парламента и правительства на всех уровнях. За этим последовали бы реформы для устранения дискриминационных критериев при отборе на государственные посты. По-моему, предложения сенатора Роджера Уикера звучат очень многообещающе.

Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 сентября 2018 > № 2741132


Босния и Герцеговина. Россия. Черногория > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 сентября 2018 > № 2740053

Jutarnji list (Хорватия): Визит Лаврова к Додику перед выборами в Боснии и Герцеговине подтверждает, что он является «главной опорой» России на Балканах

Сергей Лавров неслучайно приехал перед самыми выборами в Баня-Луку к Додику. В Москве не скрывают, что Додик является ее «главной опорой» на Балканах. После того как Черногория перебежала на сторону НАТО, акции Боснии и Герцеговины стали расти, пишет хорватский «Ютарни лист». Для России Республика Сербская — подарок с небес: не нужно никого уговаривать, Додик и сам делает все, что полезно для Москвы.

Владо Вурушич (Vlado Vurušić), Jutarnji.hr, Хорватия

Российский министр иностранных дел Сергей Лавров посетил Сараево, а затем отправился в Баня-Луку. Если говорить начистоту, именно Республика Сербская была главной целью его визита. Напомню, что, согласно первоначальным сообщениям, путинский дипломат номер один собирался посетить только столицу Республики Сербской, но потом все же включил в программу своего визита в Боснию и Герцеговину Сараево. Немаловажен и тот факт, что визит Лаврова почти совпал с выборами в Боснии и Герцеговине (они запланированы на седьмое октября).

В стране царит довольно напряженная предвыборная атмосфера. Хорватское демократическое содружество (HDZ) потребовало изменить избирательную систему, так как боится, что бошняки «не выберут хорватского члена президиума». Также звучат робкие просьбы о создании третьего энтитета. Милорад Додик по-прежнему грозит референдумом об отделении. Кроме того, общественность обеспокоена последствиями, которые повлекла бы для Боснии и Герцеговины возможная «корректировка границ» между Сербией и Косово. Говорят и о дополнительной гомогенизации бошняков на линии «унитаризации» Боснии и Герцеговины как механизме, способном защитить и их самих, и государство в целом. В общем, обстановка напряженная.

Хотя после войны прошло 20 с небольшим лет, Босния и Герцеговина так и не продвинулась вперед, а теперь, ко всему прочему, превратилась в один из инструментов международного (западно-российского) соперничества на Балканах. Сергей Лавров неслучайно приехал перед самыми выборами, да еще и в Баня-Луку к Додику. Все это завуалированное послание, сигнал и знак поддержки Милораду Додику. Напомню, что за день до известного референдума о Дне государственности Республики Сербской Путин принял Додика у себя в Кремле. О референдуме они якобы не разговаривали, но в этом и не было необходимости. Главное — фотография, на которой Додик и Путин пожимают друг другу руки. Уже сам выбор момента для встречи достаточно убедительно подтвердил: Россия поддерживает Додика и его намерения.

Вот и теперь, когда Додик баллотируется на пост сербского члена Президиума Боснии и Герцеговины, Москва дает понять, кто ее фаворит в этом регионе и на кого она делает ставку. В конце концов, в Москве даже не скрывают, что Додик является ее «главной опорой» на Балканах (даже более крепкой, чем Александр Вучич). Сам же Додик не утаивает, что он — «кремлевский игрок на скамье запасных», как он сам себя называет. И в Москве, и в Белграде говорят о том, что Республика Сербская и Додик «препятствуют расширению НАТО (а также Европейского Союза) на восток», то есть в Боснии и Герцеговине.

Москва, конечно, выступает за единство Боснии и Герцеговины и за ее территориальную целостность (напомню, что Москва также поддерживает территориальную целостность Украины, но без Крыма). Но при всем при этом Россия выступает за укрепление государственности Республики Сербской и против ее, как говорит Лавров, «демонизации».

После того как Черногория перебежала на сторону НАТО (а вскоре за ней последует и Македония), акции Боснии и Герцеговины на кремлевском политическом рынке стали расти. Для России, проигрывающей партию с Западом, в которой на кону — влияние и контроль над Балканами, Республика Сербская — подарок с небес. России даже не нужно ничего делать, чтобы привлечь Республику Сербскую на свою сторону. Нет необходимости особенно уговаривать Додика. Он и так делает все, что полезно для Москвы.

Таким образом, Москва показала, что не собирается так просто упускать Боснию и Герцеговину из рук, точнее Республику Сербскую, в которой видит некий собственный бастион и инструмент в этой части мира. С помощью него Москва всегда сможет в нужный момент дестабилизировать обстановку, и эта нестабильность может повлиять также на соседние страны (все помнят, насколько велика протяженность границы Хорватии с Боснией и Герцеговиной, а тем более это граница с Республикой Сербской). Так что же будет, если Милорад Додик, человек, который откровенно отрицает государственность Боснии и Герцеговины, станет одним из трех ее президентов?

Босния и Герцеговина, разумеется, является одним из ключей к Балканам, и ее значимость только возросла, когда маятник качнулся от Македонии, с которой Россия распрощалась, в сторону самой Боснии и Герцеговины. Не стоит забывать тот факт, что в Баня-Луке Лавров посетит место строительства русско-сербского православного храма, который будет назван в честь последнего русского царя Николая Второго. Таким образом Республика Сербская утверждает себя в качестве верного пророссийского игрока.

Республика Сербская видит в России своего большого брата и защитника, вместе с которым можно дразнить бошняков и хорватов, а также Брюссель и Вашингтон. В контексте этого запутанного боснийского клубка главным вопросом остается позиция, которую займут хорватские политики в Боснии и Герцеговине, а также та политика, которую они изберут с учетом возможных изменений границ, пересмотра Дейтонских договоренностей, влияния России и других игроков, а также с учетом ожидаемых провокаций Додика, который грозит референдумом об отделении в самые критические моменты.

Босния и Герцеговина. Россия. Черногория > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 сентября 2018 > № 2740053


Босния и Герцеговина. Македония. Грузия. Весь мир. ПФО > СМИ, ИТ > regnum.ru, 6 сентября 2018 > № 2731487

Третий фестиваль Мартина МакДонаха в Перми: Запад на границе с Востоком

Третий международный фестиваль Мартина МакДонаха состоится в Перми с 1 по 7 октября 2018 года, в нем примут участие театральные коллективы из Ирана, Чехии, Грузии, Молдавии, Боснии и Герцеговины, Македонии, Венгрии, Румынии и, разумеется, из многих городов России

В первых числах октября в Перми состоится долгожданное событие: Третий международный фестиваль крупнейшего современного английского драматурга, ирландского происхождения Мартина МакДонаха.

Впервые о великом ирландце в России узнали в 2004 году, когда Пермский театр «У Моста», являющийся организатором фестиваля, поставил пьесу МакДонаха «Сиротливый Запад». С тех пор драматург полюбился российскому зрителю, его произведения ставились многими театрами страны, но только пермский театр может похвастаться полным комплектом из восьми пьес драматурга в своем репертуаре.

Третий фестиваль МакДонаха, который пройдет с 1 по 7 октября 2018 года, примет на Пермской земле значительное количество театров из России, ближнего и дальнего зарубежья. Символично, что именно «Сиротливый Запад», с которого началось победоносное шествие МакДонаха по стране, станет наиболее популярным спектаклем фестиваля, в программе которого предполагается шесть его постановок.

Спектакль покажут театры из Молдавии, Грузии, Боснии и Герцеговины, Венгрии, Ирана и, разумеется, из России.

Само произведение, как отмечают критики, является наиболее любимым у МакДонаха. Действие его происходит в небольшом ирландском поселке Линэн, по словам героя пьесы священника Уэлша, не попадающем под юрисдикцию Бога.

Темой произведения являются, по словам исследователя творчества МакДонаха Патрика Лонергана, власть и вера:

«В «Сиротливом Западе» рассматриваются два полюса власти — полномочные права и добровольная ответственность. Однако в этой пьесе авторитет, которому брошен вызов, — сам Бог: нам предлагается выяснить, каковы наши обязательства перед Богом и каковы обязательства Бога перед нами».

В творчестве МакДонаха, казалось бы, очень много насилия и жестокости, настолько много, что порой может сложиться впечатление, что он им упивается, что оно самоценно, однако это не так. Несмотря на то, что в произведениях писателях редко встретишь исключительно положительного персонажа, которому хочется симпатизировать, вся драматургия его пьес направлена на создание особенного чувства, непременно ведущего к нравственному очищению зрителя.

Однако МакДонах настолько тонок, что в интерпретации его творчества легко скатиться в ныне модный постмодернизм, к которому он отнюдь не сводим: малейшая утрата связи с автором, потеря «контакта», может быть подобна эффекту разорвавшейся бомбы. Не случайно некоторые постановки вызывали ярость публики, способствовали появлению чувства ненависти лично к писателю.

В этой связи театр «У Моста», известный своей тщательной проработкой первоисточника, ставит пьесы английского драматурга с тонким пониманием смысла, заложенного автором. Художественный руководитель театра Сергей Федотов подчеркивает, что пьесы МакДонаха полны света и оптимизма, несмотря на атмосферу обреченности и пессимизма, которая присутствует в его произведениях.

Во время фестиваля у пермского зрителя будет возможность взглянуть на другие интерпретации творчества крупнейшего современного драматурга, которые, несомненно, будут дополнены национальными характерами стран, представляющих постановку.

Иранский Бужнард Арт Театр — взгляд на «Запад» с Востока

Особый интерес представляет творческий коллектив Bojnourd Art Theatre из Ирана. Восточный дух исламской республики любопытен своим серьезным религиозным контролем за театральным искусством, что создает интересные формы.

Дело в том, что иранские актрисы не могут выступать на сцене без хиджаба, не могут прикасаться к мужчинам и вообще сквернословить. Как все это соблюсти, работая с пьесами МакДонаха, понять сложно. Для этого необходимо обладать уникальным мастерством, которое и продемонстрируют нам гости из Ирана.

Альтернативный венгерский театр «Солтис Лайос» — о «Западе» с запада Венгрии

Любопытство вызвает постановка «Сиротливого Запада» гостями из Венгрии. Данный театр, как правило, привык выступать на открытом воздухе, однако это не самое лучшее решение для октябрьских дней в Перми, поэтому гостям придется приспосабливаться.

«Быть альтернативной театральной группой всегда нелегко, но мы стараемся сделать все возможное, чтобы достичь театрального идеала, используя все наши силы и опыт. Если мы хотим создать что-то, будь то постановка, или даже просто декорации для постановки, костюмы, или если мы хотим отправиться в тур, мы должны работать над задумкой с кровью, потом и слезами», — отмечает режиссер Петер Иштван Наги.

Впервые на фестивале — грузинский «Открытый театр»

Творчество грузинского режиссера Вахтанга Николава хорошо известно пермскому зрителю, так как в репертуаре Пермского театра «У Моста» идет его спектакль «Зурикела».

Южный темперамент гостей из Грузии может придать особый лоск суровой и сиротливой ирландской действительности.

«Диалоги «Сиротливого Запада», вполне возможно, кажутся грузинам недостаточно эмоциональными — ведь даже разговор о погоде грузинских «мачо» — это как минимум страсти, эмоции, объятия и возможность конфликта, который затем можно урегулировать за хлебосольным столом», — отмечают организаторы фестиваля.

Взгляд на Запад «С улицы Роз»: театр из Молдавии исцеляет смехом

Артисты из Молдавии славятся своей способностью вызывать катартический смех, который на первый взгляд может показаться банальной реакцией на черный юмор, однако вскоре он обнаруживает свое исцеляющее свойство.

«Они доводят зрителя до полного исступления. Ты ловишь себя на мысли, что гомерически хохочешь над такими событиями, от которых в реальной жизни можно сойти с ума от горя и святотатства происходящего. А потом понимаешь, что этот смех исцеляющий, дающий «глоток воздуха», что, если ты смеешься над этими проблемами, значит, ты их победил. Потому что градус юмористического накала зашкаливает в область чего-то сверхчеловеческого», — отмечают поклонники молдавского театра.

Женский взгляд на «Сиротливый Запад» из Боснии

Спектакль с Балканского полуострова, поставленный женщиной-драматургом Белиндой Божицкович, исследует с помощью творения МакДонаха проблему отчуждения людей друг от друга, тяжелую болезнь нашего времени, которая не только не обсуждается, но и поощряется СМИ и прочими институциями общества потребления.

«Когда на протяжении нескольких лет среди людей возрастает градус ненависти, из-за неспособности сказать «прости меня» люди становятся отчужденными и одинокими. Если бы люди знали, как важно и просто говорить «прости меня» и насколько сильны эти слова, мы бы все жили в более здоровом обществе. На самом деле, вопрос прощения — это то, что заинтриговало нас во время работы над этой пьесой, вопрос о том, когда мы стали такими холодными, далекими и неспособными любить. Если два брата не могут сесть, поговорить и простить друг друга за все плохие слова и ситуации, создателями которых сами являются, то как мы можем надеяться на мир?» — отмечает драматург.

Ирландская глубинка в интерпретации театра из российской глубинки

Конечно же, совершенно невозможно представить фестиваль без российских театров, в этом году спектакль «Сиротливый Запад» представит коллектив из небольшого города Шадринска, по праву считающийся одним из лучших периферийных театров всего Южного Урала.

Молодой и талантливый режиссер Илья Роттенберг определяет жанр спектакля как «мрачная комедия», главным в его постановке будет игра актеров и сюжетные перипетии. Автор убежден, что пьеса касается не далекой от нас Ирландии, но также и каждого из нас. В этом он сходится с исследователем творчества МакДонаха Патриком Лонерганом, считающим, что «Сиротливый Запад» есть трагедия мира, а не небольшого городка Линэн.

Постановка спектакля «Сиротливый Запад» — это лишь малая часть того, что ожидает пермского зрителя во время фестиваля, приближающегося к нам с неумолимой скоростью. Не меньший интерес представляют другие спектакли, которые привезут к нам театры из Казахстана, Македонии, Чехии и иных городов и стран, где ценится творчество английского драматурга.

Не случайно фестиваль ирландца МакДонаха проходит именно в России, о сходстве двух стран в понимании театрального искусства давно говорят многие драматурги и критики.

«Пьесы Чехова вдохновили таких ирландских драматургов, как Том Мерфи, Томас Килрой и, в частности, Брайан Фрил. Все они адаптировали пьесы Чехова, перенося место действия в Ирландию, предполагая, что, поставив пьесу о России, мы можем многое узнать о нашей собственной стране», — замечает Лонерган.

Творчество же МакДонаха порой связывают с такими российскими авторами, как Федор Достоевский и Виктор Пелевин. Таким образом, наблюдается взаимная диффузия двух отдаленных друг от друга культур, которая напрямую порой и незаметна, но проявляется в удивительных случайностях, благодаря которым Ирландия внезапно врезается в культурное пространство России.

Дело в том, что Сергей Федотов увидел впервые постановку пьесы МакДонаха в Чехии, спектакль поразил его своей глубиной и светом. Художественный руководитель театра «У Моста» не задумываясь поставил пьесу в России, открыв ей путь для покорения драматургом нашей страны. Быть может, эта встреча России и Ирландии произошла не случайно и подобная реакция на МакДонаха была предопределена схожестью двух культур?

«В том, что пьесы, действие которых происходит в Голуэе (на западной границе Европы), ставятся в Перми (на восточной границе Европы), есть тонкая симметрия. И поскольку МакДонах всегда заставляет ощущать себя в двух разных местах одновременно, вполне правомерно, что российский город сможет воссоздать дух ирландской провинции», — подчеркивает Лонерган.

Слова ирландского специалиста по творчеству МакДонаха были с успехом подтверждены двумя фестивалями, прошедшими в 2014 и 2016 годах. Третий фестиваль, который пройдет с 1 по 7 октября в Перми, превращает данное событие в добрую традицию, которая будет способствовать сближению двух культур, что, в свою очередь, будет иметь далеко идущие последствия во всех сферах. Именно так и закладываются основы дружбы между двумя государствами.

Антон Исаков

Босния и Герцеговина. Македония. Грузия. Весь мир. ПФО > СМИ, ИТ > regnum.ru, 6 сентября 2018 > № 2731487


Босния и Герцеговина. Сербия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 30 августа 2018 > № 2718077

Dnevni list (Босния и Герцеговина): ЕС не знает, что делать с Западными Балканами

ЕС не понимает, как распутать балканский узел, пишет боснийский Dnevni list. В настоящее время Западные Балканы зависли между небом и землей: никто не понимает, что делать с этим регионом, но каждый хотел бы прибрать его к рукам. Автор критикует ЕС, который только обещает, но ничего не делает. А ведь Балканы могут легко и быстро развернуться в сторону других игроков, к которым относятся и Россия.

Драган Брадвица (Dragan Bradvica), Dnevni list, Босния и Герцеговина

Пустые обещания Европейского Союза о том, как быстро мы будем продвигаться и однажды станем частью этого сообщества, не сопровождаются никакими конкретными действиями. Это отбивает охоту даже у тех, кто «проповедует» учение ЕС на Западных Балканах. Поддержка евроинтеграции среди населения постепенно ослабевает, и крепнет позиция тех, кто предпочитает вернуться в мрачное прошлое. Я уже не говорю о том, что «за углом» притаились Китай, Россия и Турция…

Одно из редких позитивных явлений, характерных для всех стран Западных Балкан в последние годы, — это, конечно, тот факт, что местные политические элиты, а также большинство граждан, выступают за европейскую интеграцию и вступление в оборонный альянс. Все это может способствовать прогрессу в регионе.

Помимо всех тех проблем, от которых страдает ЕС, он по-прежнему существует. У него крепкая экономика, и ЕС по-прежнему есть что предложить своим гражданам. В Евросоюзе укрепляется система образования, упрощается перемещение. И уже одним этим ЕС объединяет Европу и снижает вероятность конфликта. Тем не менее этот «экономический джин, политический карлик и военный муравей» до сих пор явно не понимает, как распутать «балканский узел», и делает то, что в чувствительной геополитической обстановке, возможно, хуже всего. Евросоюз пытается сохранить статус-кво. Понятно, что «шкодливые балканские дети» все еще очень далеки от того, чем является Европейский Союз. Ясно, что реформы они проводят неохотно и не спешат превращаться в государства закона и порядка. Однако пустые обещания Европейского Союза о том, как быстро мы будем продвигаться и однажды станем частью этого сообщества, не сопровождаются никакими конкретными действиями. Это обескураживает тех, кто «проповедует» учение ЕС на Западных Балканах. Поддержка евроинтеграции среди населения постепенно ослабевает, и крепнет позиция тех, кто предпочитает вернуться в мрачное прошлое.

А ведь, в конце концов, Болгария и Румыния уже вошли в Европейский Союз, хотя ему пришлось «не то, чтобы зажмурить один глаз, а руками закрыть себе оба». Я уже не говорю о том, что «за углом» притаились Китай, Россия и Турция…

Другие «игроки»

Многие полагают, в том числе и самые убежденные «европейцы», что Европейский Союз столкнулся с проблемами потому, что долгое время политическая интеграция не поспевала за экономической. Действительно, сейчас ЕС мучительно принимает самые банальные решения — так в нем разросся бюрократический аппарат. Все громче звучат голоса тех стран, которые хотят возвращения суверенитета в рамках национальных государств (Вышеградская группа). Ситуацию еще больше усложнил миграционный кризис и укрепление позиции популистских и ультраправых и ультралевых движений. Ответа на эти вызовы пока нет. Говорилось о нескольких вариантах «нового ЕС» (идею продвигают Макрон и Меркель), чаще всего в виде «многоскоростной Европы» (но против выступают страны Вышеградской четверки, а с ними и некоторые другие). Пока дела обстоят таким образом, и ничего не меняется, Европейский Союз слабеет, а влияние других «игроков» растет. И здесь мы подходим к Западным Балканам, которые в настоящее время зависли «между небом и землей», и никто не знает, что делать с этим регионом, но каждый хотел бы прибрать его к рукам. В подобной ситуации, если учесть, что многим политикам в балканских странах не чужда автократия, клиентелизм и кумовство и, напротив, чуждо правовое государство, становится ясно, насколько легко и быстро они могут развернуться в сторону других «игроков».

Влияние России в Сербии и Боснии и Герцеговине уже давно ощутимо, и оно растет. Турция, в свою очередь, тоже все чаще заявляет о себе в этом регионе (не только посредством Боснии и Герцеговины), а Китай входит со своим капиталом, о чем прямо сказал Йоханнес Хан, европейский комиссар по вопросам расширения и политики добрососедства. Он заявил, что Китай может превратиться в «троянского коня» в тех странах, которые когда-нибудь станут членами Европейского Союза.

По его словам, китайское сочетание капитала и политической диктатуры может привлечь некоторых балканских лидеров на юго-восточном крыле континента. Министр иностранных дел Словакии Мирослав Лайчак еще в 2017 году причислил к означенным «игрокам» Саудовскую Аравию, сказав, что не стоит винить в чем-то эти страны, поскольку они поступили логично, а вот ЕС стоит задуматься, что и как делать дальше.

Нужны конкретные шаги

Несмотря на все это, Евросоюз по-прежнему «блуждает по балканскому лабиринту», и его обещания по-прежнему выглядят пустыми. Ведь совершенно ясно, что такие страны, как Франция и Нидерланды, мягко говоря, не поддерживают расширение Европейского Союза, о чем несколько раз говорил французский президент Эммануэль Макрон. Сначала они хотят реформировать ЕС, а также увидеть, как масштабные реформы реализуются в странах Западных Балкан, а уж потом говорить о членстве.

Таким образом, сейчас ситуация такова, что в Македонии, еще недавно балансировавшей на грани гражданской войны, обстановка меняется, постепенно решаются острые проблемы, ищется решение давних споров с Грецией. Европейская комиссия обещала Македонии за все это «дать зеленый свет» на начало переговоров о вступлении, тем не менее этого не происходит. В такой же ситуации оказалась Албания, которая уже давно ждет начала переговоров, и неизвестно, сколько она еще будет готова ждать.

Черногория прошла через все и вся и даже пережила покушение на президента Мило Джукановича из-за его проевропейской и пронатовской политики. И после всего этого Черногорию будто обдали «холодным душем», когда президент Дональд Трамп назвал ее народ агрессивным. Черногорцы уже открыли на переговорах подавляющее большинство разделов, касающихся вступления в ЕС, но мало из них закрыли. Поэтому большим вопросом остается, сможет ли Черногория к 2025 году стать частью «европейской семьи» (согласно новой стратегии ЕС для Западных Балкан, в том же году в Евросоюз может войти и Сербия).

Босния и Герцеговина мучительно борется со своими проблемами, и, честно говоря, ее руководство ничего не делает для того, чтобы ускорить вступление в ЕС. Но так же честно стоит признать, что Европейский Союз сам не знает, как набросить на Боснию и Герцеговину «смирительную рубаху», и предложить он может только разговоры.

А они не приносят ничего, кроме массового переселения наших граждан. Вступление в ЕС — это единственное, с чем согласны все, однако, к сожалению, из-за всего выше перечисленного поддержка европейской интеграции снижается. Не так давно войти в Европейский Союз хотело 76%, а в 2018 году — уже 56,6%.

Сербия лавирует между западом и востоком. На словах она выступает за членство в Европейском Союзе, но также в качестве партнеров ее привлекают Россия, Китай и Турция. Остается нерешенным вопрос Косово, однако неразрешенные пограничные споры с соседями есть у всех западнобалканских государств.

Итак, ЕС продолжает заявлять, что Западные Балканы во всех смыслах являются частью Европы, что у них большие перспективы, что Евросоюз Балканы не забудет, и даже отправляет деньги и предпринимает попытки сделать этот регион своеобразным щитом для защиты от мигрантов. Но все это уже просто не действует. Европейский Союз должен дать ясные ответы, ясные указания и представить ясную перспективу, поскольку одни слова ничего не стоят. Даже те граждане, которые больше доверяли европейским политикам, чем собственным, теряют оптимизм по поводу Европейского Союза. Дипломатичные разговоры о том, что ЕС видит в странах Западных Балкан партнеров, а не членов, нужно просто прекратить, иначе мы начнем скатываться к новым распрям и опасно приблизимся к точке «размораживания замороженного конфликта». Ведь балканские политики умеют править, проводя только политику страха и шантажом. Если действительно у «европейского зала ожидания нет выхода», то наши элиты найдут его где-нибудь в другом месте, где не хватает демократии, прав человека, свободы СМИ и слова, но предостаточно диктатуры, преступности и коррупции, а также «порабощенных институтов». В этом балканские политики — мировые лидеры.

Босния и Герцеговина. Сербия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 30 августа 2018 > № 2718077


Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 4 августа 2018 > № 2779143

Главный вопрос для Боснии и Герцеговины: можно ли одновременно жить в мире и в демократии?

Семир Гамбо (Semir Hambo), Klix, Босния и Герцеговина

Деян Йович, авторитетный профессор факультета политологии университета Загреба и аналитик, комментирует в интервью Klix.ba самые разные актуальные события, в том числе связь спорта и политики, а также национализма и болельщиков. Кроме того, профессор Йович рассказывает о позиции Западных Балкан в контексте ЕС-интеграции и НАТО, говорит о роли Великобритании на Балканах, о политических отношениях между странами бывшей Югославии и о многом другом.

<…>

Klix.ba: Как Вы прокомментируете такой феномен: в Хорватии, Сербии, а также Боснии и Герцеговине актуальными политическими темами остаются Независимое государство Хорватия, усташи, четники, их преступления и жертвы. Стоит ли ожидать каких-то изменений, и насколько эти темы намеренно и осознанно используются в политических целях?

Деян Йович: Возвращение к прошлому — составная часть националистической и консервативной политики. Само ее название подсказывает, что в прошлом она ищет примеры для будущего, веруя в то, что «история — учитель жизни». Однако под «учением» сторонники подобной политики подразумевают бездумное возрождение прежних так называемых традиций, а в будущем видят «возвращение в прошлое» или его продолжение. Напротив, прогрессивные политики требуют отстраниться от прошлого, в особенности, если оно было трагическим (а таким в целом было все прошлое Европы в 20 веке). Европейский Союз — это попытка сделать возрождение прошлого невозможным, чтобы сформировалась новая, миролюбивая и демократическая Европа. Это не означает, что прошлое надо забыть, но стоит критически к нему относиться, особенно к тем его аспектам, которые привели к войнам и жертвам. Дополнительная причина для нас — война в 90-х, которая для многих была «второй» Второй мировой войной — только исход ее отличался от конца «первой» Второй мировой войны. В 90-е годы в политический и общественный лексикон вернулись такие слова, как усташи и четники, вернулось понятие меньшинства, и, к сожалению, возродились фашистские практики: этнические чистки, геноцид, насилие и так далее. Только партизан не было, так как они потерпели поражение 1989 году (не только у нас, но и по всей Европе). Как я написал в своей книге «Война и мир», в Хорватии войне 90-х не дают закончиться, а поддерживают ее, оперируя тезисом о «войне за интерпретацию войны» и создавая миф о Гражданской войне. Правда, у этого поддержания войны есть интересный аспект, поскольку в Хорватии проживает до полумиллиона зарегистрированных участников той войны. Есть и идеологическо-политический аспект, и с его помощью политики зарабатывают голоса. Вообще Хорватия не единственная страна, где тема войны стала центральной в современной идентичности. Скажем, как говорит мой коллега Тихомир Ципек, российская политика в области истории отказалась от прежнего советского прославления Октябрьской революции и сосредоточилась на Второй мировой войне. Теперь в России возрождают память об антифашизме, что предполагает также обвинения в адрес других, например украинцев, в фашизме. Темы, связанные с прошлым, доминируют в общественном дискурсе в странах Прибалтики и Польше, поскольку на этой основе выстраивается политика идентичности и безопасности. В Италии тоже, по словам коллег, которые занимаются этой проблемой, вопрос послевоенных оптантов, как мы называем их по эту сторону Адриатики, с 1994 года остается на первом плане. Прошлое переоценивается почти во всей Европе, но настоящего пика этот процесс достигнет в Германии. У войны, возможно, есть конец как у события со строчной «с», но не как у События с прописной. Воспоминания о нем, быть может, только «дремлют», но их всегда легко разбудить.

— Существуют ли, по-Вашему, между странами бывшей Югославии искренние политические отношения?

— Интересный вопрос. Во-первых, трудно дать определение «искренности», и трудно сказать, возможна ли искренность в политике. Политика — это своего рода базар, где каждый торговец хочет продать свой товар и заработать на нем. В долгосрочной перспективе в торговле лучше всего руководствоваться принципом «Honesty is the best policy» («Искренность — лучшая политика»), но всем нам известно, что те торговцы, которые не собираются задерживаться, о долгосрочной перспективе не думают, а заботятся прежде всего о конкретном и скором результате. Так же бывает и с демократическими политиками, ведь в демократии политик может рассчитывать на четыре, максимум восемь лет власти и заботится он только о том, что будет во время его мандата, и редко — о том, что будет после. Только диктаторы строят планы на вечность. Демократические политики иногда готовы продать «брак», только чтобы заработать. Но все-таки, по-моему, уж лучше такие политики, чем диктаторы, которые совершают более безнравственные преступления и истощают общества и государства. Если бы в международных отношениях присутствовала искренность, это было бы прекрасно, но, боюсь, тех, кто на нее рассчитывал бы, слишком часто постигали бы разочарования. Другой стороне можно доверять лишь отчасти, поскольку никогда не знаешь, будет ли она тоже придерживаться соглашений, и станет ли следующее правительство, которое придет после этого, соблюдать все договоренности. Вы сами видите, что происходит с американской политикой по отношению к Ирану при Трампе, или с хорватско-словенскими отношениями в связи с арбитражем из-за Пиранского залива, или вокруг соблюдения и несоблюдения прошлых договоренностей относительно ядерного арсенала и территориальной целостности между Россией и Украиной. Но вернемся к вопросу о странах бывшей Югославии. Думаю, что проблема не столько в недостатке искренности, сколько в недостатке дружественности в отношениях. Война нарушила прежние связи, которые были теплыми и, я бы даже сказал, братскими. Теперь же дружбу делают невозможной восхваление войны, чувство несправедливости из-за ненаказанных преступников и страх, что война может повториться, так как партии и некоторые фигуры, замешанные в разжигании той войны, по-прежнему пользуются авторитетом и даже активно действуют на политической арене. Нельзя дружить со страной, которую вы обвиняете в преступлениях против самих себя. А чтобы та или иная страна убедительно доказала, что у нее больше нет злых намерений в отношении остальных, она должна совершенно критически оценить свое мрачное прошлое. Не только на словах, но и осудив преступления и преступников. Не порвав с прошлым и войной, не осудив решительно преступления (без всяких «но»), прогресса не добиться. К сожалению, мы видим, что воли для того, чтобы вот так порвать с прошлым, недостаточно.

— Как Вы оцениваете нынешнее положение стран Западных Балкан в свете их перспективы вступить в ЕС и НАТО? Мы оказались в трудной ситуации. Знают ли на самом деле Европейский Союз и НАТО, чего хотят? Черногорию приняли в НАТО, и теперь мы слышим очень политически некорректные заявления Дональда Трампа об этом. Македонию вознаградили за положительные изменения, начав с ней переговоры о вступлении в альянс. Как Вы оцениваете эти взаимоотношения?

— С 2014 года я откровенно говорю о том, что Европейский Союз должен немедленно открыть свои двери перед всеми странами Западных Балкан и взять на себя риск принять их такими, какие они есть сейчас. При этом ЕС следует задуматься над тем, как он может повлиять на их политику после того, как эти государства войдут в ЕС. Риторика и практика осмысления все более сложных и нереальных требований к кандидатам на сегодня совершенно контрпродуктивна. Она заставляет кандидатов изображать и симулировать реформы, а в реальности вызывает у обществ только новые разочарования, и они поворачиваются в другую сторону: сербы — к России, босницы и албанцы — к Турции и США. Вторгшись на Украину, Россия обозначила восточную границу Европейского Союза. Тем самым она дала понять, что хочет помешать дальнейшему расширению и НАТО, и Европейского Союза на постсоветском пространстве. Турция сама себя лишила возможности вступить в Европейский Союз. Остались Западные Балканы. Европейский Союз может расшириться за счет них и поступает совершенно нелогично, не делая этого, но выставляя все новые требования и колеблясь. Политики, которые стоят у власти на Западных Балканах, ведут двойную игру. С одной стороны, они сохраняют проевропейскую риторику, и им выгодно преподносить себя единственными гарантами европейской ориентации их стран. Вместе с тем им все труднее поддерживать в обществе желание вступить в ЕС, и они заигрывают с внешними силами: Турцией, Россией и Соединенными Штатами. Так Европа теряет намного больше, чем выигрывает. Долгое ожидание в своеобразной «очереди» вызывает волнение и разочарование, и это только укрепляет антилиберальные и антиевропейские тенденции в обществе. Получился «зачарованный круг»: Европейский Союз утверждает, что, поскольку тенденции неблагоприятны, принять эти страны он не может, а тенденции неблагоприятны потому, что эти страны еще не приняли в Евросоюз, а оставили ждать у моря погоды. Если Кипр может быть в составе ЕС, то почему Босния и Герцеговина — нет? Если Венгрия в Евросоюзе, то почему бы не принять и Черногорию? Я понимаю, что никто не хочет «новый Кипр» и «нового Орбана», однако эти проблемы внутри ЕС можно решить новой политикой санкции против членов, но не стоит тормозить процесс вступления новых членов. Кстати, Европе нужны успехи, а вхождение всех стран Западных Балкан в ЕС стало бы хорошим ответом на выход Великобритании, а также на критику Трампа, Путина и Эрдогана в адрес Европы.

— Как Вы оцениваете позицию Великобритании на Западных Балканах. Она покидает ЕС и заявляет о расширении присутствия на Балканах. Компенсирует ли ей это уход из Евросоюза? Принесет ли это пользу региону?

— Британия сама себе выстрелила в ногу, а теперь делает вид, что ничего не произошло. Она организует саммит о Западных Балканах, а сама уходит из ЕС из-за собственного ксенофобского национализма. Я прожил в Великобритании 16 лет и сожалею о ее крайне неразумном решении покинуть Европейский Союз. Решение было демократическим, но народ часто принимает совершенно неразумные решения и только потом понимает, что на самом деле они были вредными. Британцы тоже от этого не застрахованы. Сейчас Великобритания пытается сконструировать «Европу за пределами ЕС», создав, таким образом, геополитическое пространство, в котором выступит главным игроком, прежде всего в сфере безопасности. Это пространство охватило бы и Западные Балканы, если государства этого региона вскоре не войдут в Европейский Союз. Кроме того, это пространство распространяется и на постсоветские государства. В этом, кстати, заключается главная причина антагонизма с Россией. Британцы хотят сблизиться с США, но, насколько я вижу, Трамп нисколько не заинтересован в этом, что подтверждает его недавняя критика в адрес Мэй в Лондоне. Великобритания, конечно, останется великой страной, но она сама выбросила себя из самого крепкого ядра Европы на периферию, и это ослабит британское влияние. Правда, если Европейский Союз сам не распадется. Такое трудно себе представить, но вероятность этого существует. Будет интересно наблюдать и за НАТО, в котором три самые мощные военные силы (американская, британская и турецкая) относятся к тем странам, которые сейчас наиболее скептически настроены к Европейскому Союзу. Решится ли ЕС создать собственные вооруженные силы или по-прежнему будет полагаться на НАТО, вопрос открытый.

— Если говорить об отношениях Турции с Балканами, с одной стороны, и Европейского Союза с Балканами, с другой, то кто больше выиграет? Есть ли у разговоров о создании единой экономической системы в регионе основа?

— Турки все говорят, но ничего особенно в Балканы не инвестируют. В отличие от Турции, Европейский Союз — крупный инвестор. Скажем, с 1990 по 2015 годы Турция инвестировала в Боснию и Герцеговину 187 миллионов евро, а одна только Австрия — миллиард и 272 миллиона. Сербия и Хорватия вложила каждая по миллиарду. В списке инвесторов Турция стояла на десятом месте. В 2016 году она стала восьмым крупнейшим партнером в общем объеме экспорта и импорта Боснии и Герцеговины. В последнее время (в прошлом и текущем году) растет турецкий экспорт на Балканы, прежде всего в Болгарию, Грецию, Словению и Сербию, меньше — в Боснию и Герцеговину и другие страны. И тем не менее присутствие Турции не так масштабно, как у стран ЕС. Что касается налаживания экономических взаимосвязей в регионе, то подобная политика и стратегия была бы разумной. Особенно если балканские страны останутся за пределами ЕС, но повернутся друг к другу.

— Одна из актуальных тем в Боснии и Герцеговине сегодня — изменение избирательного законодательства, и политики ведут споры вокруг идеи гражданской, религиозной и национальной идентичности. Насколько оправдана формулировка «конститутивный народ» применительно к стране, которая стремится войти в ЕС? Является ли гражданская модель наиболее приемлемой, и насколько, по-Вашему, в политике Боснии и Герцеговины силен гражданский и этнонациональный компонент?

— Отношения гражданского и этнического компонентов сложны и в теории, и на практике. Гражданское иногда лишь маскируется под этническое доминирование самого большого народа (так не только у нас, но и по всей Европе). Однако факт в том, что Босния и Герцеговина сформирована в большей степени по этническому, чем по гражданскому принципу, как было и в бывшей Югославии. Когда она в итоге оказалась в глубоком кризисе, это только усугубило его, если не спровоцировало. Поощрение этнонационализма всегда вредит интеграции и равенству. Таким образом воплощаются страхи, сфабрикованные в прошлом. Так было в Югославии, и так есть сегодня в Боснии и Герцеговине. Она находится в особенно трудной ситуации, поскольку не может сама решать вопрос о своей конституции вследствие того, что Босния и Герцеговина утратила контроль над собственным суверенитетом, когда он переходил к ней от Югославии. Внешние силы, которые решали судьбу Боснии и Герцеговины в Дейтоне, обоснованно опасались, что возвращение ей полного суверенитета во внутренних вопросах может спровоцировать продолжение вражды. Главной целью Дейтона был мир, а не демократия, и, к счастью, эта цель достигнута. Но в долгосрочной перспективе нация, которая не решает свою судьбу сама, остается в подвешенном состоянии, в котором не может справиться с причинами собственной разрозненности. Боснии и Герцеговине следует формировать чувство единения на основе особой боснийской идентичности. Но, насколько я вижу, этого не делает ни один из лидеров трех наций в ней. Они лишь следуют советам, поступающим извне, и на то есть своя причина: они хотят сохранить статус-кво. Но без отстранения от прошлого не достичь прогресса. Главный вопрос для Боснии и Герцеговины такой: можно ли одновременно жить в мире и в демократии? Причем в такой демократии, в которой никто не будет чувствовать себя изгоем и ни в ком не будут видеть врага. Вот какой вопрос стоит перед Боснией и Герцеговиной. Если ее граждане на самом деле хотят определять судьбу своей страны, то они должны честно задать себе этот вопрос.

Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 4 августа 2018 > № 2779143


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 23 июля 2018 > № 2725557

Steelmin Limited запустила ферросилициевый завод в Боснии и Герцеговине

Компания Red Rock Resources заявила, что Steelmin Limited, в которой Red Rock владеет 22%-й долей, запустила в коммерческое производство завод по выпуску ферросилиция в г. Яйце (Босния и Герцеговина). В Steelmin рассчитывают на получение позитивных показателей EBITDA уже в июле.

В настоящее время производственная мощность предприятия составляет 29 тыс. т ферросилиция и 5800 т микрокремнезема в год. После запланированной модернизации второй печи, мощность завода вырастет, по оценкам, до 48720 т и 9700 т ферросилиция и МКЗ соответственно.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 23 июля 2018 > № 2725557


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 10 июля 2018 > № 2671503

ArcelorMittal Zenica завершила реконструкцию доменной печи

Как сообщает MarketWatch, компания ArcelorMittalZenica,расположенная в Боснии и Герцеговине, завершила проект стоимостью €30 млн. на реконструкцию доменной печи и модернизацию других участков завода, в том числе энергетических, агломерационных и сталелитейных заводов и прокатного стана.

Последние проекты приносят общий объем инвестиций в завод Zenica более €200 млн. Реконструкция означает, что интегрированное производство стали может продолжаться в Зенице на срок до 20 лет.

Завершение проекта было отмечено церемонией в центре сталелитейного завода, в которой приняли участие более 200 гостей, в том числе премьер-министр Федерации Боснии и Герцеговины, Фадиль Новалик и Миральм Галиясевич, премьер-министр Зеницко-Добойского кантона. Августин Кочупарампил и Лутц Бандуш присутствовали от имени ArcelorMittal Europe.

Обращаясь к гостям, федеральный премьер-министр Новалич прокомментировал: «Это шаг, который гарантирует конкурентоспособность на очень бурном рынке стали. Прямо или косвенно, от этой компании зависит 12 000 человек, что, без сомнения, является крупнейшей компанией в Боснии и Герцеговине ».

Генеральный директор ArcelorMittal Zenica Биджу Наир подчеркнул важность проекта для будущего города: «Мы будем продолжать инвестировать в инфраструктуру завода, улучшая нашу экологическую производительность и наши производственные возможности.

«В то же время мы будем продолжать поддерживать, развивать и поощрять молодых менеджеров, инженеров и производственных сотрудников, которые напишут следующую главу в истории о стали в Зенице».

Ведущим подрядчиком, ответственным за доставку проекта, была специализированная голландская компания Danieli Corus, поддерживаемая многими местными подрядчиками.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 10 июля 2018 > № 2671503


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > minprom.ua, 2 июля 2018 > № 2665570

Миттал вложил 30 млн евро в модернизацию метзавода в Боснии

Концерн ArcelorMittal завершил проект модернизации своего металлургического завода Zenica в Боснии и Герцеговине.

Проект стоимостью 30 млн евро включал капитальный ремонт доменной печи, продливший срок ее функционирования еще на 20 лет, а также реконструкцию аглофабрики, электростанции, конвертерного цеха и прокатного стана.

Завод ArcelorMittal Zenica является крупнейшим промышленным предприятием в Боснии и единственным в стране производителем стали. Его мощность составляет немногим менее 1 млн т сортового проката в год.

Ранее ArcelorMittal завершил 3 инвестпроекта на ArcelorMittal Zenica. На аглофабрике комбината были установлены гибридные фильтры, разработанные ArcelorMittal совместно с датской инжиниринговой компанией FLSmidth.

В рамках другого проекта, выполненного по технологии британской компании John M. Henderson Machines, достигнуто резкое сокращение выбросов пыли и эмиссии углекислого газа при загрузке коксовых батарей.

Наконец, производственная мощность одного из двух сортовых станов ArcelorMittal Zenica была увеличена с 300 тыс. т до 320 тыс. т в год, а его сортамент расширен за счет освоения выпуска арматуры в бунтах.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > minprom.ua, 2 июля 2018 > № 2665570


Босния и Герцеговина. Сербия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 25 мая 2018 > № 2621344

Босния и Герцеговина: сербские националисты видят в руках Трампа и Путина билет к независимости

Марк Маккиннон | Globe and Mail

В течение 23 лет ООН наблюдает за Боснией и Герцеговиной с помощью высокого представителя, который олицетворяет стремление международного сообщества удержать эту многонациональную страну от насилия. Валентин Инжко, седьмой человек на этом посту, сказал The Globe and Mail, что тщательно выстроенный мир в этой стране дает слабину, стабильности становится все меньше и за последний год процесс значительно ускорился.

Инжко винит в основном президента Республики Сербской (образование в составе Боснии и Герцеговины. - Прим. ред.). Милорад Додик, неоднократно прославлявший как героев Радована Караджича и Ратко Младича, вызвал обострение напряженности, закупив 2,5 тыс. автоматов для своей полиции, передает корреспондент Марк Маккиннон.

"Они даже не пытаются скрытничать. Президент Додик открыто говорит об армии для Республики Сербской, - заявил Инжко изданию. - Он хочет, чтобы у шести тысяч его полицейских было 6 тыс. автоматов. Для сравнения, в суверенном государстве Словения всего пять тысяч солдат".

Додик пообещал также провести референдум о независимости Республики Сербской. В 1992 году, отмечается в статье, объявление независимости Караджичем спровоцировало почти четыре года боев, в результате которых погибли около 100 тыс. человек, а международный словарь пополнился термином "этническая чистка".

В интервью изданию Додик высмеял мысль о том, что 2,5 тыс. автоматов представляют угрозу стабильности страны. Он обвинил Инжко в демонизации боснийских сербов для сохранения должности и шестизначной зарплаты. "В какой-то момент Додик заявил, что продолжит интервью, только если The Globeand Mail согласится зафиксировать, что он назвал высокого представителя ООН придурком, который защищает интересы мусульман", - пишет корреспондент.

"Додик не определил конкретных сроков проведения референдума, - сообщает далее Маккиннон. - Но он похвастался своими близкими отношениями с президентом России Владимиром Путиным и заявил, что, по его мнению, боснийским сербам представился удобный момент (возможно, считанные годы) реализовывать свое стремление к независимости, пока международную повестку задают Путин и другой мировой лидер, которым Додик открыто восхищается: президент США Дональд Трамп".

"Трамп великолепен, и Путин тоже... Я думаю, если они могут свободно выстраивать мир, это на благо стабильности", - сказал Додик. "Я не сторонник какого-либо насилия, но уверен, что Босния и Герцеговина продолжит существовать лишь до тех пор, пока не рухнет. Единственное, что может самостоятельно функционировать в Боснии и Герцеговине, это Республика Сербская", - заявил он.

Дейтонские соглашения, по словам Додика, были навязаны. "Мы находимся в искусственно созданной ситуации, - сказал он. - Большинство населения в Боснии и Герцеговине, большинство сербов и хорватов, не поддерживают такую Боснию и Герцеговину".

The Globe and Mail пишет: "Наиболее значительной переменой на Балканах с тех пор, как в 2008 году Косово объявило о независимости от Сербии, является возвращение российского и турецкого влияния".

Мир в регионе поддерживался с помощью пряника - возможного членства в ЕС - и кнута - американской военной мощи. Но, поскольку ЕС испытывает трудности в связи с "Брекзитом" Британии и внутренним расколом, вызванным притоком беженцев, неясно, предлагается ли еще пряник. Трамп же практически ничего не говорил о Балканах, что позволило некоторым сделать вывод об исчезновении кнута. В этот вакуум шагнули Путин, который стремится извлечь выгоду из многовековой дружбы между Россией и Сербией, и Эрдоган, желающий, чтобы боснийцы вспомнили, что их страна некогда входила в Османскую империю, говорится в статье.

"Эрдоган и Путин осознают, что с Балканами очень легко и незатратно заигрывать, - сказал изданию Ясмин Мужанович, сотрудник аналитического Института Восток-Запад в Нью-Йорке. - Можно пойти и создать всевозможные проблемы, можно повысить этих деревенских громил до военачальников и создать кризисы, которые США и ЕС будут вынуждены урегулировать. Нам всем нужно помнить, что игра с огнем выходит из-под контроля, особенно в Боснии".

Россию обвиняют в подготовке сербских военизированных групп, состоящих из ветеранов войн 1990-х, продолжает журналист. Лидер сербского националистического формирования "Честь отчизны" Бранислав Окука заявил, что в его группе - 17 тыс. бывших офицеров югославской полиции. Цель, по его словам, "оградить Республику Сербскую" от тех, кто желает создать унитарную Боснию и Герцеговину.

Военный аналитик из Белграда Александр Радич называет такие группы частью российской спецоперации. По его словам, хотя сейчас Россия обладает широким влиянием в Сербии и Республике Сербской, оно может уменьшится, если Сербия и Косово достигнут мирного урегулирования или если боснийских сербов начнет устраивать их место в Боснии и Герцеговине. "Для России это, возможно, последний шанс нанести удар по стабильности ЕС. Это игра. У России есть ограниченное время, чтобы подготовить операцию", - сказал Радич.

Президент белградского неправительственного Форума по этническим отношениям Душан Янич считает, что Косово и Босния и Герцеговина рискуют быть втянутыми в конфликт, подобный украинскому. "На пророссийской стороне в этом конфликте воевали десятки, а может сотни сербских бойцов, и это вызвало опасения, что они могут попытаться перенести эту тактику на север Косово с преимущественно сербским населением или в Республику Сербскую", - передает корреспондент. "Моделью является Донбасс", - сказал Янич

Босния и Герцеговина. Сербия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 25 мая 2018 > № 2621344


Босния и Герцеговина. Евросоюз. США. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 18 мая 2018 > № 2613039 Елена Пономарева

Куда идут Балканы

«Пороховую бочку Европы» могут вновь взорвать.

За Балканами, находящимися на перекрёстке путей и цивилизаций, прочно закрепилось название «пороховая бочка Европы». Религиозные и этнические противоречия, выгодное географическое положение, стремление более сильных стран подмять регион под себя и многое другое не раз превращало Балканы в поле жестоких сражений. Неспокойно на Балканах и сегодня. О том, какие политические процессы там происходят и к чему они могут привести, наш обозреватель беседует с известным российским балканистом, доктором политических наук профессором МГИМО МИД РФ Еленой ПОНОМАРЁВОЙ.

– Елена Георгиевна, 27 апреля в Брюсселе состоялась встреча глав внешнеполитических ведомств стран НАТО, на которой одной из центральных тем был вопрос об «открытых дверях на Балканах». Его же будут обсуждать и 17 мая, но уже на саммите Евросоюза, который пройдёт в Софии. Чем вызвано столь пристальное внимание Запада к Балканам?

– Разрушив в начале 1990-х годов по жёсткому сценарию Югославию, Запад на этом не успокоился. Он стал интенсивно навязывать балканским странам так называемый европейский вектор развития. Более того, в последнее время Запад значительно активизировал свои действия в этом направлении. Так, в начале февраля 2018 года Еврокомиссия представила новую стратегию по ускоренному включению в ЕС шести балканских стран – Албании, Боснии и Герцеговины, Македонии, Сербии, Черногории и даже частично признанного Косова.

Европейской перспективе региона посвящён и очередной саммит ЕС, который открылся в четверг в Софии. Основное внимание на нём уделено вопросам укрепления связей между ЕС и Западными Балканами.

Чем можно объяснить стремление Евросоюза быстрее втянуть в свои ряды балканские страны? На мой взгляд, свою роль в этом играют несколько факторов. Прежде всего желание руководства Евросоюза продемонстрировать всему миру, что Брексит не подорвал позиций объединения, что ЕС не только живёт, но и расширяется. А поскольку продвижение на восток ограничено Россией, то вектор расширения Евросоюза был направлен на юг. Хотя и здесь сработал антироссийский фактор: Евросоюз не хочет допускать сохранения и тем более укрепления позиций Москвы на Балканах.

Ещё одним фактором является тесная интеграция Евросоюза и НАТО. По сложившейся уже схеме сначала новые члены принимаются в Североатлантический альянс, а затем, пройдя ряд процедур и проведя существенные внутриполитические реформы, фактически лишающие государства национального суверенитета, и в ЕС. К примеру, Болгария членом НАТО стала в 2004 году, а Евросоюза – в 2007 году. Хорватия оказалась в НАТО в 2009 году, а членом ЕС стала в 2013 году.

Интерес к Балканам подогревает и экономический фактор. Ведь это дополнительный рынок в 20 миллионов человек. Недра Балканского полуострова богаты каменным и бурым углем. Месторождения нефти и природного газа редки, зато часто встречаются месторождения руд цветных металлов. Через Балканы проходят важнейшие энергетические маршруты.

Наконец, в Евросоюзе очень бы хотели, приняв балканские страны в свои ряды, отвести им роль «паркинга для мигрантов». То есть снизить за счёт Балкан миграционный поток в центр континента и другие его регионы.

– Американцы в 1999 году разбомбили Союзную республику Югославию, а потом отошли в сторону, предоставив европейцам возможность восстанавливать разрушенное. А какую роль в своих геополитических планах США отводят Балканам на данном этапе?

– После 1999 года американцы прочно закрепили за собой не только право главного арбитра, но и главного игрока в регионе. Именно американские политики, военные, транснациональные компании играют здесь первую скрипку. Брюссель занимается фасадными работами (права человека, гей-парады и тому подобное), а начинка вся в американских интересах. Не случайно в Косове построены две крупнейшие в юго-восточной Европе военные базы – Кэмп Бондстил и Кэмп Филмсити.

Ещё одним – отложенным – итогом бомбардировок стал выход Черногории из союзных отношений с Сербией. В июне 2017 года эта самая малая по численности (626 тыс. жителей) и стратегически важная страна стараниями политических временщиков и прежде всего бывшего коммунистического лидера Мило Джукановича стала 29-м членом НАТО. Нелишне напомнить, что Черногория, не будучи членом ЕС, поддержала санкции против России.

Нельзя не отметить, что бомбардировки и фактическая оккупация балканских стран американскими и натовскими войсками позволили инициаторам и исполнителям этого серьёзным образом обогатиться. Французский исследователь Жан Дарбен написал целую книгу о том, как отторжение Косова обеспечивает интересы американских корпораций. Некоторые из них произвольно распоряжаются сербской и албанской государственной собственностью. Так, по итогам военной интервенции Мадлен Олбрайт стала основателем и владельцем контрольного пакета акций консалтингового холдинга «Олбрайт групп», зарабатывающего значительный капитал на телекоммуникационном бизнесе в Косове. Генерал Уэсли Кларк, командовавший силами НАТО в Косове, в настоящее время является владельцем канадской энергетической компании, активно использующей уголь и продукты синтетического топлива из Косова. Этот список можно продолжить. Главное – американские ТНК получили на Балканах солидный куш, от которого просто так никогда не откажутся.

– Единственная из стран региона – Сербия – имеет возможности альтернативного развития. При этом она находится под особо пристальным вниманием США и НАТО, на неё оказывается наиболее интенсивное давление. На ваш взгляд, удастся ли Сербии устоять под этим прессом?

– Положение руководства Сербии можно назвать политической эквилибристикой. Пока она приносит некоторые плоды, но такое положение не может длиться вечно. Причём не Россия, а Запад настойчиво требует от Белграда определиться, с кем он. Посудите сами. Накануне визита Сергея Лаврова в Сербию, который состоялся в феврале этого года и был приурочен к юбилею установления дипломатических отношений между нашими странами, имела место продолжительная беседа президента страны Александра Вучича с руководителем английской разведки Ми-6. Содержание разговора неизвестно, но уже сам факт такой встречи говорит о многом.

После отъезда Лаврова прошли переговоры Вучича с Ангелой Меркель, суть которых, кроме ничего не значащих фраз, тоже не была предана огласке. Затем состоялся визит помощника госсекретаря США Уэса Митчелла, который приехал в Белград с новым планом Вашингтона по Косову и Метохии. Показательно, что Митчелл сначала побывал в Приштине, где сделал чёткое заявление о том, что силы безопасности Косова будут трансформированы в «армию Республики Косово» и что в этом вопросе никто не обладает правом вето.

Это принципиально новый момент в американской политике, потому что до этого дипломатия США настаивала на том, что только в согласии с конституцией все национальные меньшинства должны дать добро на создание армии Республики Косово.

– Как свидетельствует нынешнее положение балканских стран, членство в Евросоюзе оказывается непростым, а в чем-то даже обременительным…

– Действительно, в социально-экономическом плане ситуация во всех балканских странах очень тяжёлая: высокий уровень безработицы, отсутствие социальной перспективы, нищета, общая деградация инфраструктуры и всех сфер жизни. По данным Всемирного банка, в 2016 году официальный уровень безработицы в регионе был в 2-3 раза выше, чем в среднем по ЕС.

Всё это дополняется фактической утратой суверенитета. Балканы окончательно превратились в мировую периферию, где всё время расширяются, по меткому выражению Эдуара Баладюра, «зоны неправа». Например, в Боснии и Герцеговине активно действуют 46 военно-террористических лагерей, хорошо известных в исламском сообществе как параджматы (деревни, где не соблюдаются законы БиГ). Там обучают боевиков, которые затем отправляются воевать на Ближний Восток. Все эти базы имеют тесные связи с «Аль-Каидой» и ИГИЛ, запрещенных в России. Аналогичные лагеря работают в Албании и Косове. Такое положение вещей, мягко говоря, не внушает оптимизма.

– Некоторые дотошные эксперты утверждают, что на Балканах существует 18 больших и малых дремлющих или даже недремлющих конфликтов, каждый из которых может взорвать регион.

– 18 возможных конфликтов, конечно, перебор, но то, что Балканы – конфликтогенный регион, – это факт. В силу исторических, культурно-религиозных, политических, социально-экономических и геополитических причин Балканы были и остаются особо уязвимой зоной мировой политики. В настоящее время регион превращается в важный стратегический узел международного терроризма, который имеет региональную специфику, проявляющуюся в двух пересекающихся процессах.

Первый – это албанский ирредентизм, который ставит своей целью объединение всех территорий, на которых проживают албанцы, в общее государство. Второй процесс развивается в рамках исламистского экстремизма (преимущественно это ваххабитское движение), проводники которого активно работают над созданием так называемого балканского халифата (БХ). Достижение данных проектных целей предполагает тесное взаимодействие их инициаторов и организаторов со структурами транснациональной организованной преступности и международного терроризма.

В результате в регионе формируется регионально-глобальный монстр, несущий угрозу безопасности и территориальной целостности балканских стран, а также существованию населения, не исповедующего ислам. Если в потенциальные границы БХ включаются территории Албании, Греции, Болгарии, Боснии и Герцеговины, Македонии, Сербии, включая Косово, Черногории, то сценарий албанизации может быть реализован по двум направлениям.

В одном случае это создание «Великой Албании», способной объединить Албанию, Косово, Западную Македонию (Республика Илирида), юго-восточную Черногорию (Малесия) и северо-западную Грецию (Чамерия). Второй вариант предполагает объединение территорий преимущественного проживания албанцев через ассоциацию исламских областей, которая должна стать мостом между Ближним Востоком, Турцией и Санджаком (юг Сербии). Этот проект фактически является частью более широкой стратегии «Аль-Каиды» и частично пересекается со сценарием БХ.

Очевидно, что попытки реализации подобных сценариев породят три главных конфликта: сербы – косовары и шире албанцы; сербы – боснийские мусульмане и македонцы – албанцы. Причём прежде всего речь идёт не о межнациональных конфликтах, а о межрелигиозных, когда православные народы вынуждены оказывать сопротивление экспансии радикального ислама.

Разрушив в начале 1990-х годов по жёсткому сценарию Югославию, Запад начал навязывать балканским странам так называемый европейский вектор развития

– Вы уже упоминали об уготованной Балканам роли в отношении миграции. А как сегодня в регионе справляются с потоком всех мыслимых и немыслимых мигрантов из Африки, Афганистана, с Ближнего Востока?

– С одной стороны, для Балкан миграция – привычная вещь. На протяжении всей истории людские волны прокатывались по Балканам и через них. А с другой – с 2015 года явление приобрело такие грандиозные масштабы, получило такие негативные последствия, с которыми балканские страны не в состоянии справиться даже на деньги ЕС. Дело в том, что этот миграционный поток может в корне изменить этнорелигиозную и политическую ситуацию в регионе.

– А кто они, эти мигранты, с социальной точки зрения?

– Подавляющее большинство мигрантов – мужчины в возрасте 27–30 лет, исповедующие ислам. Как правило, они не стеснены в деньгах. По всем признакам они могут формировать «спящие» террористические ячейки и активно включаться в реализацию сценариев – в строительство «балканского халифата» или всебалканского албанского государства.

Маршрут подавляющего большинства беженцев пролегает через Турцию, оттуда они морем попадают в Грецию, затем пересекают границу Македонии, далее движутся в сторону сербской границы, переходят её и направляются в небольшой пограничный город Прешево, 90 процентов населения которого – албанцы. Часть беженцев остаётся в Македонии, часть, перейдя границу, оседает на юге Сербии в районах с мусульманским большинством. Кто-то проникает в глубинные районы Сербии.

Основная же масса движется дальше в Европу. Важно, что под видом мигрантов в страны ЕС устремляются косовские албанцы, которые расширяют уже существующие и формируют новые криминальные сети.

– Есть еще проблема, сопровождающая миграцию. Это наркотрафик. Не являются ли нынешние Балканы ещё одним «окном в Европу» уже в этом смысле?

– Балканы – не просто наркотеррористическое «окно в Европу», это распахнутые настежь ворота. После оккупации НАТО в 1999 году Косово стало настоящим раем для наркоперевозчиков. По данным спецслужб, через руки албанских наркодилеров ежемесячно проходит от четырёх до шести тонн героина, произведённого из афганского сырья, а годовой доход преступных группировок от торговли зельем составляет несколько млрд долларов. И это официальные данные. Реальность намного страшнее. За поставки героина в Европу отвечают около 30 албанских наркокланов, каждый из которых контролирует свой участок наркотрафика.

В рамках «балканского маршрута» действуют пять основных каналов доставки наркотиков:

1. Албанский идёт через Албанию, Македонию, Косово и Метохию, Центральную Боснию и далее в Европу. Название этого канала транспортировки связано с тем, что он проходит преимущественно по территориям компактного проживания албанцев.

2. Зелёный («Зетра») начинается в Турции, проходит через населённую мусульманами Южную Болгарию, захватывает Македонию, использует как перевалочную базу Прешево в Южной Сербии и заканчивается в Боснии. «Зетра» (Турция – Босния), будучи одним из главных направлений криминального транзита, исторически является также магистральным путём проникновения ислама в Европу.

3. Маршрут «Д», или путь через Дубровник. Проходит через пограничный переход «Дебели брег».

4. Маршрут «Р», или путь через Риеку, используется только при наличии надёжных логистических центров в Хорватии и для прямых поставок наркотиков и оружия. Надо сказать, что албанские каналы криминальных связей, проходящие через Хорватию, а также Словению, существуют уже несколько десятилетий.

5. Северный маршрут обеспечивает поставку наркотиков с территории Балкан через Чехию в скандинавские страны.

Важнейшим фактором процветания наркоторговли является прямой интерес крупных компаний, разного рода структур и ряда семей/кланов мирового истеблишмента. Торговля наркотиками в мировом масштабе невозможна без поддержки банков, спецслужб, разведывательных структур как государственных, так и частных крупных корпораций. Поэтому военные базы США в Косово, на которые ежедневно прилетают по нескольку транспортных самолётов, уверена, включены в наркотрафик. На мулах и ослах невозможно доставлять тонны афганского героина в Европу. Сначала это всё доставляется в Косово, а потом уже по албанской цепочке во все европейские города.

– До сих пор мы вели речь о западных Балканах, но есть ещё Болгария. Она рядом с этими конфликтными зонами. В чём состоят болгарская специфика, особенности болгарской внешней политики?

– В политическом и социально-экономическом смыслах ситуация в Болгарии ничуть не лучше, чем на постъюгославском пространстве. Характеристику суверенной внешней политики страны можно выразить двумя словами: её нет. Болгария проводит линию, согласованную с Вашингтоном и Брюсселем, причём в первую очередь именно с Вашингтоном.

В этом вопросе сошлюсь на мнение авторитетного болгарского историка, искреннего друга нашей страны Дарины Григоровой. Кстати, недавно в издательстве «Книжный мир» вышла её книга «Русский феникс: от имперского прошлого к евразийскому будущему», где она размышляет не только о причинах трагических событий ХХ века в истории России, но и о возможностях грядущих наших побед.

Что же касается внешней политики Болгарии, то, по словам Григоровой, она на протяжении последних десятилетий направлена на отрыв болгар от России. При этом болгарские политики не столь агрессивны в своей риторике и действиях, как поляки или прибалты, но линию на разрыв проводят очень последовательно. Показательно, что даже в оценке освобождения Болгарии в ходе русско-турецкой войны правительство страны занимается подменой понятий.

Никто не умаляет значения подвига простых солдат и офицеров, какой бы национальности они ни были, но все они освобождали Болгарию под русскими знамёнами. А значит, акцентирование внимания на перечислении воевавших народов, а не на роли России – это в современных условиях политический акт, который укладывается в общую линию на «выдавливание» России из региона.

В то же время нынешний президент Румен Радев, хотя и не является русофилом, таких в политическом истеблишменте страны вообще нет, выступает за прагматику в мировой политике и публично неоднократно заявлял о необходимости разморозки болгаро-российских отношений. Однако президент – это представительная фигура. Болгария – парламентская республика, где главная роль принадлежит премьеру. Бойко Борисов играет в стиле Меркель – изменчивый и ненадёжный, не делает резких заявлений, но действует по американским лекалам. В Болгарии три американские базы (авиабазы Безмер и Граф-Игнатьево, полигон Ново-Село) – это и определяет внешнюю политику Софии.

– Между Россией и Балканами существуют глубокие исторические и культурные связи. Но насколько они прочны сегодня? Одни аналитики утверждают, что Балканы постепенно удаляются от России, другие – что это Россия уделяет мало внимания Балканам. А кто-то даже говорит, что Россия, наоборот, излишне вмешивается в дела балканских стран. А что вы скажете по этому поводу?

– Последнее утверждение ложное. Скажу так: чем меньше внимания Россия уделяет Балканам, тем больше они отдаляются от нас. Сотрудничество, как и несотрудничество, приносит свои плоды. И неважно, идёт речь о Греции, Болгарии или Сербии.

Напомню, что Россия никогда в истории Балкан не привносила в регион конфронтацию, а всегда старалась её ликвидировать и помочь балканским народам отстаивать национальные интересы, сохранять культурные и религиозные традиции.

Беседовал Александр ФРОЛОВ

Босния и Герцеговина. Евросоюз. США. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 18 мая 2018 > № 2613039 Елена Пономарева


Босния и Герцеговина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 мая 2018 > № 2592452

Российское наступление на Боснию и Герцеговину

Дженана Друшко (Dženana Karup Druško), Avangarda, Босния и Герцеговина

Ключевую роль для безопасности Боснии и Герцеговины, точнее, для поддержания мира и стабильности, сыграл бы План действий по членству (ПДЧ) Боснии и Герцеговины в НАТО. Это несколько дней назад подтвердил и Денис Звиздич, председатель Совета министров Боснии и Герцеговины. Однако в рамках своей предвыборной кампании Младен Иванич лоббирует в западных посольствах, а также с помощью Игоря Црнатко (министра иностранных дел Боснии и Герцеговины) отсрочку решения НАТО о ПДЧ для Боснии и Герцеговины. В противном случае избрание Иванича — под вопросом. В такой момент визит Валентины Матвиенко и та поддержка, которую она получила от Иванича, подтверждает, что он тоже (вероятно, несколько иначе, чем Додик) имеет отношение к тем усилиям, которые предпринимает Россия, чтобы предотвратить вступление Боснии и Герцеговины в НАТО. Решение о ПДЧ должны принять члены альянса, но что будет, если Германия и Франция, которые, по сведениям из посвященных источников, наиболее скептически относятся к приему Боснии и Герцеговины в НАТО, действительно его заблокируют, а на выборах победит Милорад Додик?

После Черногории и Македонии Босния и Герцеговина оказалась в центре внимания просербских, пророссийских, а теперь и непосредственно российских сил, которые, провоцируя проблемы на Балканах, вызывают кризис, чтобы таким образом усилить российское влияние в регионе и помешать балканским странам продолжать путь евроатлантической интеграции. В Македонии этой цели добиваются с помощью дипломатических угроз (в прошлом месяце посол Российской Федерации в Македонии «дипломатично» пригрозил, что Македония, став членом НАТО, может стать российской мишенью, поскольку вступление Македонии в альянс, по мысли дипломата, может «серьезным образом навредить региональной безопасности»). В Черногории Россия добивалась своего с помощью своих агентов, участвовавших в попытке государственного переворота и устранения Мило Джукановича. В Боснии и Герцеговине, судя по выступлению Валентины Матвиенко, Россия решила действовать открыто. Это подтверждают все заявления, сделанные председателем Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации во время визита в Боснию и Герцеговину. Матвиенко, злоупотребив государственными институтами, не скрывала целей российской политики в Боснии и Герцеговине. А они заключаются в уничтожении аппарата Верховного представителя (OHR), расширении роли энтитетов, реформе Конституционного суда и Прокуратуры, открытой поддержке Республики Сербской и Милорада Додика, а также в препятствовании Боснии и Герцеговине на ее пути к евроатлантической интеграции.

Интересно, что Огнен Тадич, который в конце прошлого года покинул партию SDS и основал «Народную партию», заявил, что Матвиенко приехала по его приглашению. Примечательно также, что Младен Иванич поддержал ее заявления, а Милорад Додик даже наградил. Ясно, что визит Матвиенко был хорошо спланированной и организованной акцией, нацеленной на поддержку просербской (пророссийской) политики, которую в равной степени поддерживаю все лидеры из Республики Сербской. Кто извлечет максимальную пользу из визита Матвиенко, покажут выборы, но, как кажется, Россия так или иначе будет в выигрыше.

Шахматная доска

В последние годы Россия ведет гибридную войну, которая охватила многие страны, и с помощью которой Россия стремится распространить свое влияние, чтобы навязать себя на международной арене в качестве крупного игрока. Путин не скрывает, что хочет вернуть России прежний статус мировой державы на шахматной доске, которым она обладала во времена холодной войны и Варшавского договора. Эта гибридная война предполагает вмешательство России в избирательные процессы в некоторых странах. Такое вмешательство стало возможно благодаря достижениям нашей цифровой эры. Скандал вокруг российского вмешательства в выборы в США и Франции на многое пролил свет, как и судебное разбирательство в Черногории, которое последовало за попыткой государственного переворота во время парламентских выборов 2016 года, а также после событий в македонском Собрании.

Черногория (пока) сумела защититься, и победа Мило Джукановича стала вторым поражением пророссийских сил в этой стране. Уход Николы Груевского, пророссийского игрока, с поста премьер-министра и приход на это место Зорана Заева, который всецело поддерживает вступление Македонии в НАТО, явился еще одним серьезным провалом РФ на Балканах. Но есть ли у этих стран, а также у Боснии и Герцеговины, силы, чтобы без поддержки Запада противостоять все более настойчивым попыткам России доминировать на Балканах при открытой поддержке от Сербии и Республики Сербской? Ведь благодаря им Москва оказывает большое влияние на Балканах, подбираясь к самым границам НАТО.

Могут ли Македония, а особенно Босния и Герцеговина, не вступая в НАТО, противостоять российскому натиску? Речь идет не только о политическом, но и об экономическом влиянии, которое Россия распространила в последние годы на Балканах. Даже Хорватия подпала под это влияние, что ясно подтвердил скандал вокруг фирмы «Агрокор».

Если по результатам следующих выборов в Боснии и Герцеговине в Президиум БиГ войдут Милорад Додик и Драган Чович, то, учитывая политику, которую они проводят сейчас, возникнет угроза того, что Босния и Герцеговина превратится в российскую губернию. Предостережения, высказываемые некоторыми авторитетными зарубежными аналитиками в связи с действиями, которые предпринимает Россия на Балканах, вызвали беспокойство у ряда европейских стран. Кроме того, обеспокоенность все более заметна и в США. Эксперты предупреждают, что Македония, Босния и Герцеговина, Черногория, а также Сербия должны как можно скорее войти в европейскую семью, но из-за проблем, которые становятся все очевиднее в Европе, в некоторых странах общественность высказывается против европейской интеграции.

Готова ли Европа отказаться от нынешней политики Брюсселя, который сделал Александра Вучича региональным лидером, позволив ему на протяжении многих лет сидеть на двух стульях (брюссельском и московском), а на самом деле превратить Сербию в главный фактор нестабильности на Балканах? Пока продолжаются переговоры о Косово, которые координирует Брюссель, проблемы во всех остальных государствах только усугубляются, а отношения в регионе осложняются. Это подтверждают и недавние разногласия между Белградом и Загребом. Риторика на Балканах становится все острее. Сербия вооружается с помощью России, а Милорад Додик превращает полицию Республики Сербской в настоящие вооруженные силы, которые обучают российские инструкторы. В такой обстановке нечего удивляться тому, что все чаще в серьезных анализах говорится о возможности новых конфликтов на Балканах. Россия, которая во всем этом участвовала по неофициальным и дипломатическим каналам, судя по выступлению Валентины Матвиенко, решила напрямую вмешаться в предстоящие в Боснии и Герцеговине выборы. Россия явно извлекла уроки из поражения в Македонии и Черногории, и на этот раз точно не собирается доверять все тайным агентам.

Извинение Човича и награда от Додика

Политический скандал, который спровоцировала Валентина Матвиенко своими заявлениями, сделанными во время визита в Боснию и Герцеговину, является не только прямым вмешательством во внутренние дела БиГ и ее внешнюю политику. Матвиенко также отправила откровенное послание Западу о том, насколько окрепла позиция России на Балканах. С трибуны в государственном парламенте Боснии и Герцеговины Матвиенко очень агрессивно раскритиковала политику Соединенных Штатов. Матвиенко утверждала, что Черногория насильно вошла в НАТО, хотя 50 процентов ее граждан были против. Кроме того, председатель Совета Федерации РФ косвенно запретила делать то же самое Македонии. Таким образом, Матвиенко из Сараево ясно дала понять, что Россия не позволит пройти Боснии и Герцеговине по пути евроатлантической интеграции.

За этим последовала резкая реакция некоторых политиков, заявления от аппарата Верховного представителя и посольства США в Сараево, сообщение о том, что Матвиенко входит в американский и европейский черный список из-за участия в аннексии Крыма. Однако также последовало заявление Драгана Човича, члена Президиума Боснии и Герцеговины, который извинился перед Матвиенко за «реакцию общественности»! Додик, в свою очередь, после скандала в Парламенте БиГ наградил российскую гостью в Баня-Лука якобы за «выдающиеся заслуги в развитии и укреплении сотрудничества и политических отношений между Республикой Сербской и Россией, а также за огромный вклад в борьбу за физическое и духовное существование и развитие Республики Сербской».

Напомним, что Додик наградил также Александра Залдостанова, лидера «Ночных волков», который тоже значится в американском черном списке из-за формирования полувоенных группировок на Украине во время конфликта в этой стране. Ясно, что Милорад Додик собирает вокруг себя ярких представителей американского санкционного списка, которые необходимы ему для достижения заветной цели. А она заключается в дальнейшем разложении Боснии и Герцеговины и обструкции евроатлантической интеграции. После выступления Матвиенко маски оказались сброшены: Россия напрямую включается в выборы в Боснии и Герцеговине, точнее в кампанию Милорада Додика в Боснии и Герцеговине, поддерживая коалицию Додик — Чович.

Россия и прежде пользовалась безусловной поддержкой Милорада Додика, и «ворота» в Республику Сербскую для нее всегда были распахнуты настежь. Но если Додик войдет в состав Президиума Боснии и Герцеговины, то Россия может рассчитывать на еще большее влияние, поскольку Президиум Боснии и Герцеговины отвечает за внешнюю политику государства, за все международные договоренности и за политику в области безопасности. В компетенции Президиума Боснии и Герцеговины находятся вооруженные силы, а также разведывательные службы, которые не без оснований вот уже год подвергаются обвинениям, сфабрикованным в Баня-Лука и Белграде. Дело в том, что спецслужбы Боснии и Герцеговины являются серьезным препятствием для российской подрывной работы и расшатывания безопасности страны. Напомним, что такому же удару подверглись Вооруженные силы, и Додик тогда не скрывал: он поступает так потому, что ему нужен полный контроль над ними.

В случае поддержки, которую Додику мог бы оказать Чович (сейчас она совершенно очевидна), хорватский член Президиума Боснии и Герцеговины, страну ожидает тяжелый период, возможно, более тяжелый, чем период 90-х годы, кульминировавший кровавой войной и страшнейшими преступлениями после Второй мировой войны в Европе.

Додик испытывает терпение западноевропейских политиков

Додик уже давно проводит свою пророссийскую политику, определяя границы и испытывая терпение западноевропейских политиков, которые реагируют вяло и не слишком беспокоятся из-за референдума в Республике Сербской, парада Вооруженных сил на праздновании Дня Республики Сербской, отрицания вердиктов Гаагского трибунала, касающихся военных преступлений и геноцида в Боснии и Герцеговине. Также европейских политиков не заботит то, что в Республике Сербской награждают осужденных военных преступников, не выполняются решения Конституционного суда, устраиваются «гуляния» русских казаков (во время прошлых выборов в Баня-Лука), а также звучат заявления о том, что Республика Сербская — отдельное государство. По Боснии и Герцеговине проезжают российские «байкеры», а власти Республики Сербии заявляют, что не признают государство Боснию и Герцеговину, но при этом Додик выдвигает свою кандидатуру на членство в Президиуме БиГ. В Республике Сербской звучит подстрекательская риторика, напоминающая риторику 90-х, и националистические высказывания, которые полны ненависти и способствуют новому, еще более глубокому, расколу общества в Боснии и Герцеговине. В Республике Сербской вооружается полиция, и делаются заявления, которые серьезным образом нарушают мир и безопасность в стране. И только Соединенные Штаты внесли Додика в санкционный список, а вот Европейский Союз, хотя это было бы ожидаемо, не предпринял аналогичных мер.

Европа занята своими проблемами, а США сосредоточены на горячих точках в других регионах мира. Все это создало на Балканах благоприятные условия для появления политиков вроде Милорада Додика, а также Александра Вучича, а также их ретроградской деятельности. Определенно, ситуацию не улучшает и та поддержка, которую Брюссель оказывает Вучичу, тем самым помогая таким персонам (под покровительством Вучича), как Додик или лидер черногорской оппозиции. Они воображают себя серьезными игроками на Балканах, которые могут разыгрывать шахматную партию с Путиным, хотя это было бы невозможно, если бы Сербия не была самым крепким оплотом российского влияния на Балканах.

Младен Иванич — еще один член Президиума Боснии и Герцеговины, который поддержал выступление Матвиенко, уточнив, что у России есть «право и даже обязательство высказывать свое мнение, когда речь идет о применении Дейтонских соглашений». Вероятно, он подразумевал то, что подчеркнула Матвиенко, прежде чем делать свои заявления: Россия является подписантом Дейтонских соглашений. Если принять аргументы Иванича и Матвиенко, тогда нужно пригласить и остальных подписантов Дейтонских договоренностей, чтобы они тоже высказали свое мнение о Боснии и Герцеговине. Речь идет о США, Франции, Великобритании, Германии и представителе Европейского Союза. Нужно напомнить, что никто из них не подвергает сомнениям суверенитет Боснии и Герцеговины и ее территориальную целостность, а также ее евроатлантическую ориентацию.

Кстати, это довольно часто повторяют и глава делегации ЕС в Боснии и Герцеговине Вигемарк, и Кормак, посол Соединенных Штатов в Боснии и Герцеговине. Американское посольство отметило это и теперь, выразив поддержку суверенной Боснии и Герцеговине. Кроме того, оно прокомментировало слова Мативенко, назвав их «лживыми, необоснованными» и не заслуживающими пристального внимания. Посольство США повторило: «Гражданам Боснии и Герцеговины известно, что Соединенные Штаты являются их подлинными друзьями и союзниками, и что США поддерживаю суверенную и многонациональную Боснию и Герцеговину, место которой — в Европейском Союзе». Однако, учитывая все более жесткие и конкретные действия, которые предпринимает Россия (теперь уже даже открыто), ясно, что и остальные подписанты Дейтонских соглашений должны предпринять конкретные шаги, если они хотят сохранить и в дальнейшем применять Дейтонские договоренности. Они должны сделать это, если не хотят, чтобы соглашения подстраивали под себя Милорад Додик и другие ретроградные лидеры Боснии и Герцеговины, а также всего региона в целом, желающие перекроить БиГ.

Обструкция вступления Боснии и Герцеговины в НАТО

Для начала ключевую роль для безопасности Боснии и Герцеговины, точнее для поддержания мира и стабильности, сыграл бы План действий по членству (ПДЧ) Боснии и Герцеговины в НАТО. Это несколько дней назад подтвердил и Денис Звиздич, председатель Совета министров Боснии и Герцеговины. Однако в рамках своей предвыборной кампании Младен Иванич лоббирует в западных посольствах, а также с помощью Игоря Црнатко (министра иностранных дел Боснии и Герцеговины) отсрочку решения НАТО о ПДЧ для Боснии и Герцеговины. В противном случае избрание Иванича — под вопросом.

14 лет назад Македония подписала ПДЧ и теперь спешно работает над своим вступлением в НАТО. Если Босния и Герцеговина в этом году не подпишет ПДЧ, то, по прогнозам спецслужб, она уже не сможет это сделать еще лет семь-восемь. В таком случае ничто не помешает России превратить Боснию и Герцеговину в свою губернию. Судьба БиГ сегодня — в руках Германии и Франции, которые все еще сомневаются, поддержать ли Боснию и Герцеговину в деле подписания ПДЧ. К сожалению, ясно, что Россия пользуется в Европе большим влиянием, чем может показаться на первый взгляд, или могут признать некоторые европейские страны.

Особенно беспокоит работа российских дипломатических и разведывательных служб в Боснии и Герцеговине, в особенности если учесть, что Россия может беспрепятственно отправлять снаряжение и людей на аэродром Баня-Лука, избегая любого контроля со стороны соответствующих институтов Боснии и Герцеговины. Россия явно не хочет повторить ошибки, совершенные во время переворота в Черногории. Более того, сейчас у РФ есть прямой и ничем не осложненный доступ к Республике Сербской, защищенный даже от контроля западных спецслужб. Так что в Боснии и Герцеговине Россия может организовать даже более опасные вещи, чем попытка государственного переворота в Черногории.

В такой момент визит Валентины Матвиенко и та поддержка, которую она получила от Иванича, подтверждает, что он тоже (вероятно, несколько иначе, чем Додик) имеет отношение к тем усилиям, которые предпринимает Россия, чтобы предотвратить вступление Боснии и Герцеговины в НАТО. Решение о ПДЧ должны принять члены альянса, но что будет, если Германия и Франция, которые, по сведениям из посвященных источников, наиболее скептически относятся к приему Боснии и Герцеговины в НАТО, действительно его заблокируют, а на выборах победит Милорад Додик?

Босния и Герцеговина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 мая 2018 > № 2592452


Босния и Герцеговина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 апреля 2018 > № 2583457

Цель России — оставить Боснию и Герцеговину слабым государством

Недим Побрич (Nedim Pobrić), Faktor, Босния и Герцеговина

О целях России в Боснии и Герцеговине порталу Faktor рассказал Сеад Турчало (Sead Turčalo), профессор геополитики и международной безопасности с факультета политических наук университета Сараево.

Сеад Турчало отметил: «Ясно, что Россия хочет, чтобы Босния и Герцеговина осталась слабой страной, в которой главную роль играют энтитеты, поэтому Россия помогает разрушать устоявшуюся систему государственного правосудия. Этим пользуется глава Республики Сербской. Одной из главнейших целей является изменение положения Конституционного суда так, чтобы этот центральный судебный орган перестал быть одним из ключевых механизмов, который может предотвратить дестабилизацию хрупкого государственно-правового порядка в Боснии и Герцеговине. Матвиенко откровенно заявила о сопротивлении НАТО, то есть сопротивлении ориентации Боснии и Герцеговины на Запад».

Российское влияние в Боснии и Герцеговине существует уже давно, но до вчерашнего выступления Матвиенко это влияние не демонстрировалось столь откровенными заявлениями российских официальных представителей.

«До сих пор это влияние демонстрировалось с помощью общественных деятелей и политических лидеров Республики Сербской и Сербии, которые так или иначе выполняли свою часть требуемой работы. Насколько вредно это влияние, стало понятно в Совете Безопасности ООН два раза подряд. Сначала, когда на резолюцию Великобритании о Сребренице РФ наложила вето, и потом, когда обсуждалось продолжение мандата международных миротворческих сил EUFOR. Тогда Россия дала понять, что она против интеграции Боснии и Герцеговины в ЕС, и уж тем более в структуры НАТО», — пояснил профессор международных отношений.

С другой стороны, сильное влияние России снова подогревает заинтересованность Запада к Боснии и Герцеговине. Евросоюз, США и НАТО активизируются в этом регионе.

«Своей новой Стратегией Евросоюз хочет исправить некоторые прежние ошибки, а также продемонстрировать декларативное желание с помощью новой „морковки" ослабить российское влияние в регионе. Это вредное влияние России неким образом простимулирует и заставит действовать и других игроков. Разумеется, самостоятельно им не справиться: им нужны партнеры в Боснии и Герцеговине, которые проявят безусловную волю к реформам», — отметил Турчало.

Он пояснил, что Россия успешно использует существующие замороженные конфликты в регионе, в том числе в Боснии и Герцеговине и Косово, и для достижения российских геополитических целей достаточно лишь сохранить статус-кво в Боснии и Герцеговине.

«России достаточно осложнять и пресекать любые попытки провести какие-то позитивные реформы. Если долгое время поддерживать такой статус-кво, когда вместо прогресса — только ослабляющиеся институты, то государство начинает разрушаться. То есть Россия может только поддерживать статус-кво, и ее цели будут достигнуты», — заявил профессор из Сараево.

Часть выступления Валентины Матвиенко, в которой она заявила, что для России дейтонское конституционное устройство является альфой и омегой, и что нет необходимости в изменении существующей конституционно-правовой системы, противоречит, как отмечает Турчало, всей остальной речи.

«Официальный представитель России сказала, что ее страна всецело поддерживает Дейтонские договоренности, а потом сделала несколько заявлений, полностью противоречащих сказанному ранее. Я имею в виду, например, ее комментарии по поводу того, каким должно быть наше государственное правосудие, как должен поступать Аппарат Верховного представителя (OHR). OHR — только часть целого пакета, и все это просто нельзя проигнорировать. Россия и ее игроки, предпринимающие ключевые шаги, активно и скоординированно ведут своего рода шахматную партию в нашем регионе», — заключил Турчало.

Босния и Герцеговина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 апреля 2018 > № 2583457


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 27 марта 2018 > № 2551238

ArcelorMittal реконструирует доменную печь в Боснии

Корпорация ArcelorMittal инвестирует $47 млн. в капитальный ремонт доменной печи на своем заводе в Боснии, расположенном в г. Зеница. Работы должны стартовать в ближайшие дни и завершиться к концу июня.

Как сообщает ArcelorMittal, ремонт станет крупнейшим модернизационным проектом на боснийском предприятии с 1989 г. Его проведение продлит срок эксплуатации печи еще на 15-20 лет.

В ходе ремонта компания планирует установить новые системы газоочистки, что позволит значительно сократить выбросы вредных веществ и пыли. В настоящее время сложная экологическая обстановка в Зенице вызывает серьезную тревогу у экологических активистов, которые давно критиковали ArcelorMittal за невнимание к этим вопросам.

Группа ArcelorMittal приобрела 51% акций боснийского предприятия в 2004 г. В прошлом году на нем было выплавлено 756 тыс. т стали.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 27 марта 2018 > № 2551238


Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 февраля 2018 > № 2507477

Политика России: все сербы на Балканах должны жить в одном государстве

Менсур Осмович (Mensur Osmović), Dnevna Gazeta, Босния и Герцеговина

«Новая стратегия Европейского Союза в отношении Западных Балкан усилила напряженность в регионе, прежде всего в Сербии. Эта страна ожидала, что будут установлены точные сроки ее вступления в ЕС, и рассчитывала, что это будет в 2025 году, однако… Европейский Союз, как было сказано позавчера, хочет расширяться за счет Западных Балкан, но также хочет от всех стран этого региона выполнения условий.

Подчеркивается, что действительно речь часто шла о 2025 годе, но «это не крайний срок, а перспектива».

Все это немедленно активизировало дискуссию в Сербии о том, что Евразийский экономический союз открыт для вступления этой страны. В этом путинском союзе Белград видит также Республику Сербскую, и понятно, что это спровоцирует новые политические потрясения в Боснии и Герцеговине.

В общем, разворачивается ожесточенная борьба между Европейским Союзом и Россией за Западные Балканы и полный контроль над этой частью Европы. За политическое, экономическое и финансовое влияние также борются Китай и Турция.

Недавно НАТО сформулировало четкую позицию: Западные Балканы имеют стратегическое значение для альянса.

Где во всем этом место Боснии и Герцеговины, и что будет с нашей страной?

Как нам заявили в сараевских дипломатических кругах, совершенно ясно, что Босния и Герцеговина будет страдать от потрясений, пока официальный Белград не признает Косово, пока не признает территориальную целостность и суверенитет Боснии и Герцеговины. И в Европейском Союзе это понимают.

Позавчера была представлена новая стратегия ЕС для Западных Балкан, а вчера в Сербии обсуждали заявление российского президента Владимира Путина, сделанное месяц назад. Он сказал, что переговоры Евразийского экономического союза и Сербии проходят хорошо, и до 2025 года Сербия может стать членом этого союза.

Для Белграда это означает и вступление Республики Сербской (части Боснии и Герцеговины) в связи с заявлением Путина о том, что самое лучшее решение — это позволить сербам из Республики Сербской самоопределиться так же, как американцы позволили создание независимого государства Косово.

Президент России подчеркнул, что Евразийский экономический союз и китайский проект «Один пояс, один путь» могут эффективно друг друга дополнять.

Интересно и еще более символично заявление Сергея Железняка, высокопоставленного представителя путинской партии «Единая Россия». Он сказал, что все, что делает Россия, на самом деле является ответом на «постоянно растущее давление на Белград и Баня-Лука, которых принуждают отказаться от политических, военных и экономических связей с Россией».

По мнению некоторых российских политических аналитиков, за всем этим кроется план и желание Москвы поддержать «объединение всех сербов на Балканах в одном государстве, если власти Сербии того хотят».

Разумеется, свою непосредственную роль тут играют и Соединенные Штаты, и, как нам сообщают наши источники из зарубежного дипломатического сообщества в Сараево, стоит ожидать, что Вашингтон приложит все усилия, чтобы «наконец завершить незаконченное дело в Боснии и Герцеговине».

О каких действиях может идти речь, они не говорят, отмечая только, что шаги могут быть «резкими, эффектными и эффективными».

Не стоит забывать, что недавно в американском Конгрессе прозвучало предложение немедленно провести «Дейтон-2» по Боснии и Герцеговине. Российский министр иностранных дел Сергей Лавров на это ответил, что Москва против, поскольку «Босния и Герцеговина не выдержит, если мы опять начнем ломать ее государственное устройство».

Как на все это отреагирует высшее руководство Боснии и Герцеговины, которое, кстати, к власти привели лидеры ЕС и США, а теперь испытывают их терпение, станет яснее весной, когда ожидаются драматические изменения в Боснии и Герцеговине, задуманные и подготовленные международным сообществом.

Президент Союза независимых социал-демократов (SNSD) и Республики Сербской Милорад Додик (Milorad Dodik) полностью полагается на Россию, которая оказывает ему поддержку во всех начинаниях, а также заручился поддержкой Драгана Човича (Dragan Čović), президента Хорватского демократического содружества (HDZ) и член Президиума Боснии и Герцеговины. Судя по всему, эти двое уже мнят себя будущими членами Президиума Боснии и Герцеговины.

Президент Партии демократического действия (SDA) и член Президиума Боснии и Герцеговины Бакир Изетбегович (Bakir Izetbegović) еще не определился, но, как говорят в народе, сердцем он с Турцией, которая перешла на сторону России.

Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 февраля 2018 > № 2507477


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 21 февраля 2018 > № 2505892

Red Rock Resources скоро запустит ферросилициевое предприятие в Боснии

Компания Red Rock Resources сообщила о росте курса ее акций после того, как она заявила, что полностью выплатила долг в размере €4,3 млн ($5,3 млн) компании Steelmin Ltd. Red Rock также заявила, что заем был использован на финансирование модернизации и перезапуска завода по выпуску ферросилиция в Боснии. В Steelmin прогнозируют начало производства на предприятии в апреле. Red Rock владеет 22%-й долей в Steelmin.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 21 февраля 2018 > № 2505892


Босния и Герцеговина. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 9 февраля 2018 > № 2490907

Присоединение Боснии и Герцеговины к ВТО отвечает российским интересам

7 февраля в Женеве российская делегация приняла участие в заседании Рабочей группы по присоединению Боснии и Герцеговины к ВТО, а также провела двусторонние переговоры по доступу на рынки товаров и услуг и системным вопросам с делегацией Боснии и Герцеговины (БиГ).

Обсуждая условия присоединения БиГ к ВТО, Российская Федерация, в том числе, добивается отмены имеющихся ограничений для российских операторов, не отвечающих букве и духу Организации. Это, прежде всего, касается некоторых требований общенационального и регионального законодательства БиГ в сфере торговли нефтепродуктами. Мы надеемся на скорейшее внесение нашими боснийскими коллегами поправок в нормативные акты, которые обеспечили бы единообразное применение правил ВТО на всей территории страны.

Переговоры по условиям присоединения Боснии к ВТО будут продолжены.

Босния и Герцеговина. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 9 февраля 2018 > № 2490907


Босния и Герцеговина. Россия > Агропром > fruitnews.ru, 26 января 2018 > № 2490062

Россельхознадзор запретил ввоз яблок из Боснии и Герцеговины

Россельхознадзор с 22 января 2018 года ввел временные ограничения на ввоз яблок из Боснии и Герцеговины, в том числе через третьи страны. Решение останется в силе до проведения двухсторонних переговоров на экспертном уровне с компетентной службой Боснии и Герцеговины.

Боснийская продукция, отгруженная до 22 января подвергается углубленному карантинному фитосанитарному контролю с полной выгрузкой из транспортных средств.

В Россельхознадзоре заявили, что решение об ограничении поставок было принято после того, как в ходе контроля партии из 18,925 тонн яблок из Боснии и Герцеговины инспекторы службы заметили этикетки и следы перемаркировки яблок, говорящие о том что продукция была выращена в Польше. При этом партия прибыла в сопровождении фитосанитарного сертификата № 213417 от 10.01.2017, выданного Национальной организацией по карантину и защите растений Боснии и Герцеговины.

"Данные факты свидетельствуют о неисполнении Боснией и Герцеговиной своих обязательств, согласно статье IV Международной конвенции по карантину и защите растений (Рим, 1951, в редакции 1997), требований, установленных Международным стандартом по фитосанитарным мерам ISPM № 12 «Руководство по фитосанитарным сертификатам» (Рим, 2011 г.), требований Положения о порядке осуществления карантинного фитосанитарного контроля (надзора) на таможенной границе Евразийского экономического союза, утвержденного решением Комиссии Таможенного союза от 18.06.2010 № 318", - говорится в сообщении ведомства.

Босния и Герцеговина. Россия > Агропром > fruitnews.ru, 26 января 2018 > № 2490062


Босния и Герцеговина. Евросоюз. Россия > Агропром > agronews.ru, 24 января 2018 > № 2467610

Какие страны поставляют в Россию яблоки?

Санкционные фрукты не дают покоя Россельхознадзору. 22 января ведомство ввело временные ограничения на ввоз яблок из Боснии и Герцеговины. Сколько яблок мы потеряем и в каких странах сейчас закупаем эти фрукты?

Несмотря на то, что Россия в последние годы активно вкладывается в сельское хозяйство и наращивает валовый сбор многих культур, плодово-ягодную отрасль уже который год обделяют вниманием. Объемы сбора многих видов фруктов и ягод у нас в статистике урожая даже не фигурируют. С яблоками, которые мы все потребляем регулярно, все не намного лучше.

В целом по России промышленное производство яблок в 2017 году оценивается «АБ-Центром» в 800-850 тысяч тонн. Если все собранные яблоки пустить только на внутреннее потребление, то на каждого россиянина получится всего по 5,8 кг за целый год. При том, что даже по Минздраву официальная годовая норма потребления на человека составляет 50 кг яблок. А если учесть, что около трети от валового сбора фруктов и ягод уходит на переработку (по данным Росстата), то российских яблок на одного россиянина станет еще меньше.

Нехватку собственной продукции Россия компенсирует импортом. И хотя в последние годы на фоне эмбарго и падения курса рубля мы регулярно сокращали закупки из-за рубежа, мы по-прежнему уверенно держимся в лидерах среди импортеров яблок.

По данным Комтрейд ООН, в 2016 году Россия находилась на третьем месте среди крупнейших покупателей яблок с долей в 6%. Впереди нас только Германия с долей 8,2% и Великобритания с долей в 7,2%. В 2013 году, до введения эмбарго, мы находились на первом месте с долей в 7,9%.

По данным Федеральной таможенной службы, ежегодно Россия ввозит не намного меньше яблок, чем производит сама. В 2016 году мы закупили 678,6 тысячи тонн свежих яблок, а за 11 месяцев 2017 года – 622,2 тысячи тонн.

Но продовольственное эмбарго и падение рубля на этом рынке сказались. В 2013 году мы импортировали почти в два с половиной раза больше – 1,4 млн тонн.

Снижение отчасти происходит и потому, что яблок мы все же стали выращивать больше сами. Так, например, по подсчетам Росстата, общее производство семечковых, львиную долю которых составляют как раз яблоки, выросло в 2016 году на 15%. Кроме того, независимые эксперты подсчитали, что за прошлый год доля импортной продукции на прилавках впервые за долгие годы, наконец, уступила место нашим российским яблокам.

Босния и Герцеговина. Евросоюз. Россия > Агропром > agronews.ru, 24 января 2018 > № 2467610


Босния и Герцеговина. Евросоюз. Россия > Агропром > agronews.ru, 22 января 2018 > № 2467652

Россельхознадзор вводит ограничения на ввоз яблок из Боснии и Герцеговины.

Россельхознадзор вводит с 22 января временные ограничения на ввоз яблок из Боснии и Герцеговины, в том числе через третьи страны, из-за подозрений в реэкспорте фруктов из Польши. Запрет будет действовать до проведения двухсторонних переговоров на экспертном уровне с компетентной службой этой страны. Об этом говорится в пресс-релизе российского ведомства.

В Россельхознадзоре сообщили, что в ходе проверки партии свежих боснийских яблок на коробках была обнаружена маркировочная этикетка и следы перемаркировки, свидетельствующие о том, что местом происхождения партии яблок является Польша, данная продукция которой является санкционной.

В ведомстве подчеркивают, что таким образом, указанная в фитосанитарном сертификате информация о происхождении яблок является недостоверной, а фитосанитарный сертификат недействительным.

«Партии яблок, отгруженные до указанной даты (22 января — прим. ТАСС), будут подвергаться углубленному карантинному фитосанитарному контролю с полной выгрузкой из транспортных средств», — добавили в ведомстве.

Как сообщили ТАСС в Россельхознадзоре, яблоки занимают первое место в структуре импорта из Боснии и Герцеговины в Россию — в 2017 году ввоз этих фруктов составил около 13 тыс. т, что на 8,6% больше показателя за 2016 году.

В 2014 года Евросоюз ввел санкции в отношении России в связи с событиями на Украине и воссоединением Крыма с Россией и неоднократно расширял и продлевал их. В свою очередь, Россия в августе 2014 года ввела ответные ограничения на импорт продовольственных товаров из ЕС, США, Канады, Австралии и Норвегии. Запрет касается ввоза сельскохозяйственной продукции.

Босния и Герцеговина. Евросоюз. Россия > Агропром > agronews.ru, 22 января 2018 > № 2467652


Босния и Герцеговина > Армия, полиция > inosmi.ru, 7 декабря 2017 > № 2434281

Война в Боснии и Герцеговине — международный конфликт

Avangarda, Босния и Герцеговина

«С самого начала, согласно первоначальной идее, целью реабилитации военных преступников и коллаборационистов времен Второй мировой войны было реабилитировать события 90-х, а главное — реабилитировать националистическую идеологию, ее протагонистов и массовых убийц, совершавших свои преступления в войнах, которые Сербия вела против своих соседей в недавнем прошлом. Сегодня этих преступников реабилитируют не во имя исторической правды и не ради них самих, а для того, чтобы идеология продолжила свое существование, как и великосербский преступный проект. Отмечу, что сейчас мы можем говорить о нем, имея на то исторические и юридические основания, как о проекте, который направлен на геноцид. Исторический ревизионизм на примере Второй мировой войны был всего лишь увертюрой к реабилитации 90-х».

Историк Миливой Бешлин рассказывает о пагубных идеях, которыми одержимо сербское общество, и утверждает, что «народы не могут совершать геноцид, а идеология может». Также историк рассуждает о вызовах для общества, не имеющего демократической основы, о стремлении к гегемонии, которое откровенно навязывается посредством пропаганды в государственных СМИ, и об опасности, всегда угрожавшей Балканам из-за агрессивной демонстрации силы.

«С самого начала, согласно первоначальной идее, целью реабилитации военных преступников и коллаборационистов времен Второй мировой войны было реабилитировать события 90-х, а главное — реабилитировать националистическую идеологию, ее протагонистов и массовых убийц, совершавших свои преступления в войнах, которые Сербия вела против своих соседей в недавнем прошлом. Сегодня этих преступников реабилитируют не во имя исторической правды и не ради них самих, а для того, чтобы идеология продолжила свое существование, как и великосербский преступный проект. Отмечу, что сейчас мы можем говорить о нем, имея на то исторические и юридические основания, как о проекте, который направлен на геноцид. Исторический ревизионизм на примере Второй мировой войны был всего лишь увертюрой к реабилитации 90-х. Когда я говорил об этом несколько лет назад, никто еще не верил мне, что дело до этого дойдет, и что будет реабилитация „нынешних" преступников, протагонистов „нашей давней современности", которая никак не оставляет нас даже по прошествии двух десятилетий после завершения войн. И она так и останется с нами, пока идеологическая матрица, которая привела к этим войнам, остается доминирующей идеологической концепцией и тем, что легитимизирует интеллектуальную и политическую элиту побежденной Сербии», — утверждает Бешлин.

Avangarda: Какие явные формы великосербской идеологии вы бы выделили?

Миливой Бешлин: Прежде всего речь идет о реабилитации движения четников, направленной на последующую реабилитацию вдохновителей и участников войн 90-х. То есть все, кто считается носителем этой идеологии (не только в теоретическом, но и в практическом смысле), сначала героизировались, вносились в мартиролог, свойственный всем видам национализма, поскольку все эти люди воспринимаются как жертвы, погибшие за нацию. А теперь их реабилитировали и, даже более того, прославляют, объявив героями.

Я говорю о Радоване Караджиче, Ратко Младиче и даже Слободане Милошевиче — дальше просто некуда. А до них реабилитировали Драголюба Михайловича и Милана Недича. Общество даже опережает судебные процессы, реабилитирующие фигуры Второй мировой войны. Сегодня многих поражает процесс реабилитации Милана Недича, однако общество реабилитировало его задолго до того, как начался этот гротескный и однобокий судебный процесс.

— Как сейчас живется странам, на которых лежит тяжкий груз вроде геноцида в Сребренице?

— Эти общества живут с клеймом, с грузом тяжких преступлений. Реакция самого общества, его большинства, двояка и соответствует течениям в интеллектуальной и политической элите. Во-первых, что-то замалчивается, осуждаются книги вроде «Магнум Кримен» в Боснии и Герцеговине, чтобы в итоге мы признали виновных героями. Сегодня подобных желаний никто не скрывает, хотя еще несколько лет назад это не афишировалось, не транслировалось государственными СМИ, не проговаривалось членами правительства. А теперь, например, нормально, что министр говорит о Ратко Младиче как о герое, что о нем в том же духе говорят и пишут в СМИ, которые принадлежат государству. Нормально, что режимные издания распространяют плакаты с лицом Младича и надписью «Сербский герой». Подобная медиа-картина сродни ядерным отходам, которые постоянно отравляют людей. Чтобы было ясно: речь идет исключительно о СМИ, которые находятся под жестким государственным контролем. Тогда о какой так называемой проевропейской политике тут можно говорить?

Но хотели того сербские националисты или нет, Сребреница глубоко укоренилась в сербской идентичности. Не так, как у немцев, через катарсис, а через порицание (мы наблюдаем этот процесс). Вы помните реакцию в тот день, когда Ратко Младичу был вынесен приговор? Истерика и, как сказал писатель Томислав Маркович, реакция, от которой кровь стынет в жилах. Нас всех, кто заявил об этом публично, заклеймили. Хуже всех пришлось коллеге Милошу Чиричу, который написал протестный текст о самой молодой жертве геноцида в Сребренице — Фатиме, ребенке, и о матери, годами скорбящей после убийства.

Сребреница и впредь будет неотъемлемой частью сербской идентичности, упрочиваясь в ней посредством литературы, изобразительного искусства, кино, театра, и освободиться будет невозможно. Бессмысленно надеяться на это, ведь кости жертв — я, правда, не хочу быть слишком циничным — в итоге всегда «всплывают». Вспомните рефрижераторы с албанскими жертвами, детьми, брошенными в озеро в Восточной Сербии… От этого не скрыться… Как бы сказал Негош: «Кровь людская — корм небезопасный, в нос теперь она вам шибанула, переполнен ваш бурдюк грехами».

— «Сербы проиграли войну, это ясно, но они потеряли еще и душу, лишились чести и вообще всего, потому что после утраты души и чести уже ничего не остается. Все потеряно. К этому привел сербский национализм, это невероятное безумное стремление к созданию великой Сербии», — написал Богдан Богданович. Очевидны ли сегодня масштабы этих потерь?

— Ситуация ясна: сербский национализм потерпел сокрушительное историческое поражение, однако печально то, что речь идет о нашем общем поражении, то есть всего общества, поскольку мы не сумели победить эту преступную гидру. Многие в событиях не участвовали, но и не оказали никакого активного и эффективного противодействия им.

Общество обнищало, и сегодня Сербия является наименее развитым государством в нашем регионе по всем параметрам: и по зарплатам, и по экономическому росту. У нас самые плохие транспортные коммуникации, и лидируем мы только по желанию молодежи как можно быстрее уехать куда-нибудь. В современной истории еще не бывало другого такого случая, чтобы первое лицо Сербии публично заявило, что наша цель — «побыстрее догнать Черногорию по доходам».

То есть Сербия пережила слом, поражение, которое мы наблюдаем, исторический раскол в экономике, политике, культуре, нравственности и государственном устройстве. Но поражение, как утверждает чешский философ Карел Косик, или чему-то научит и, таким образом, обретет смысл, или станет потерянным шансом. Боюсь, что наше общество не извлечет никаких уроков из своего поражения.

— Подтверждают ли подобные поражения, что сербский национализм на самом деле непобедим? Ведь у него есть почти неисчерпаемые человеческие ресурсы, пропаганда, мифология, стойкость. Он оказался сильнее всех?

— В качестве концепции национализм внутри нашего общества, конечно, непобедим. Однако вспомним, что писал и говорил Слободан Йованович: у сербов нет традиции, нет консерватизма в традиционном, европейском, понимании. Есть только национализм, и это единственная сербская традиция. Он и есть доминирующий идеологический конструкт. Коммунисты пытались его одолеть, оттесняли и компрометировали его, напоминая о коллаборационизме, преступлениях, движении четников. Однако он возродился в качестве легитимизирующей основы и идеологической платформы и вновь утвердился в 70-х годах. Тогда его протагонисты уже ожидали смерти Тито, чтобы насильственно «переустроить» Югославию сообразно своим идеям и планам.

В 90-х это почти получилось, и они верили, что цель близка, но потом потерпели поражение, крах. Вместо того чтобы пересмотреть свои взгляды, провести самоанализ, они принялись за реабилитацию во времена Воислава Коштуницы и Бориса Тадича. Мировой экономический кризис повлиял на развитие националистических движений по всей Европе. При этом европейский национализм становится все более радикальным, а любой национализм достигнув крайности перерождается в фашизм.

Определенная консолидация и укрепление путинской России способствовали тому, что сербский национализм воспрянул, став лидирующей, объединяющей и доминирующей тенденцией в обществе. Мы видим, что никто, из претендующих на роль серьезной политической силы, не может выйти за эти рамки. Позволить себе это могут разве что какие-то мелкие партии, заранее обрекающие себя на удел маргинала.

Мы видим, что и оппозиция Вучичу концентрируется, прежде всего, вправо от него или в некоем правом центре. Еще одна проблема в том, что доминантный сербский национализм способен нанести Балканам больший ущерб, чем какой-нибудь другой, и даже готов стать инструментом кремлевской политики, направленной на дестабилизацию Европы.

— Националисты не признают, что их мечты разбиты. Так они остались бы без идентичности?

— Именно так. Что будет с идеей, и что будет с ними как с протагонистами этой идеи? Националисты в Сербии никогда не пересматривали цели развязанных ими войн, которые заключались в имперских претензиях. Националисты никогда не ставили под сомнение свои методы, то есть войны, насилие и преступления. И единственную причину поражения они видели в заговоре сильных держав и надеялись, что возьмут реванш, когда ситуация в мире изменится. Сейчас, когда случился мировой кризис, «Брексит», когда ЕС переживает кризис, а в США у власти Трамп и так далее, они убедили себя, что наконец подошел подходящий момент. Предыдущая война в умах еще не закончилась, а все уже как будто позабыли агрессию против Боснии и Герцеговины, геноцид, этнические чистки, изнасилования… Мы не должны заблуждаться: в приговорах международных судов война в Боснии и Герцеговине признана международным конфликтом, в котором участвовала Сербия и Хорватия. И еще это называется агрессией.

— В условиях, когда новую власть ревизионизм не интересует, на историографию, как вы заявили в одном из интервью, оказывается меньше давления.

— Пик ревизионизма пришелся на период до 2012 года. Еще при Милошевиче в 90-х были заложены основы сербского националистического ревизионизма. Он обострился во времена Воислава Коштуницы, когда были приняты первые ревизионистские законы для кодификации и закрепления националистских идей. Эту тенденцию подхватила Демократическая партия во времена Тадича, когда все три ветви власти слаженно работали над закреплением и реализации ревизионистской политики прошлого. Тогда же был принят вопиющий закон о реабилитации, начали выноситься первые политико-идеологические вердикты. Уровень гротеска и фальсификации истории в этих решениях суда (даже не вердиктах) просто зашкаливает.

Кроме того, во времена правительства Демократической партии и Сербской прогрессивной партии были сформированы две специальные комиссии: одна — для поисков останков Драголюба Михайловича, которая завершила свою работу с позором. Вторая комиссия была создана якобы для поисков останков жертв коммунистического террора. И та, и другая финансировалась из бюджета. На первый взгляд, режим Вучича менее заинтересован во всем этом и меньше склонен к манипулированию. У него есть свои «четники» и свои «партизаны», которые играют свои роли, а сам лидер воздерживается от заявлений. Он только сказал, что закон о реабилитации плох, потому что принимался во времена «желтых». Остается вопрос, почему Вучич не изменил или не отклонил этот закон, воспользовавшись своим почти шестидесятипроцентным большинством в парламенте

— Сейчас происходит перераспределение сил, что националисты всегда воспринимали как шанс. Действительно ли сербская политическая элита отреагировала на новые условия, ожидала ли она их и верит ли, что подошел идеальный момент, сопоставимый со смертью Тито?

— Заметьте, что сербские и хорватские националисты всегда были готовы грызться и воевать, но при этом также договариваться о Боснии и Герцеговине. Сегодня побежденные и разочарованные сербские националисты склоняются к русофильству, тем самым создавая иллюзию, что они сильнее, чем есть самом деле. Кроме того, так они скрывают масштабы собственного поражения. Главная проблема в том, что они никогда не пересматривали свои великодержавные цели, а также методы (преступления и войны). Поэтому официальная версия звучит так: «Они защищали народ, но потерпели поражение из-за неблагоприятных международных условий».

И тогда началась стадия закрепления национализма, чтобы в будущем перекроить границы, когда ситуация в мире снова изменится. Агрессивная российская политика на Балканах, несомненно, подкрепляет эти реваншистские тенденции сербского националистического проекта. После «Брексита», Трампа, кризиса европейской идеи и роста популизма и национализма по всей Европе, сербские националисты уверовали, что ситуация в мире меняется в их пользу. После этого криминальный и сепаратистский режим Милорада Додика в Баня-Луке при молчаливой поддержке Белграда начал, не стесняясь, отрицать преступления, продвигая политику геноцида и добиваясь развала Боснии и Герцеговины как признанного на международном уровне государства. Конечно, если бы Додик и Сербия всерьез взялись за перекраивание Балкан, они вскоре пожалели бы, но и мы все дорого за это поплатились бы. Я надеюсь, что они не настолько глупы. И опять-таки по опыту мы знаем, что националистическая идеология крайне иррациональна. Так что я бы такого развития события не ожидал. Историография хороша тем, что смотришь назад, а не вперед.

Босния и Герцеговина > Армия, полиция > inosmi.ru, 7 декабря 2017 > № 2434281


Босния и Герцеговина. Хорватия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 30 ноября 2017 > № 2426755

Подлинная история войны в Боснии и Герцеговине не интересовала ни Загреб, ни Сараево, ни Мостар, ни Гаагу

До истины было слишком далеко, и Праляк не хотел с этим смиряться

Снежана Павич (Snježana Pavić), Jutarnji.hr, Хорватия

Самоубийство генерала Слободана Праляка в зале суда в Гааге, совершенное после того, как был вынесен приговор — 20 лет заключения за военные преступления — стало главной новостью, которая в среду пришла из Гаагского суда. Ни вердикт Международного трибунала по бывшей Югославии, ни новость о подтверждении наказания всем шестерым военным лидерам Герцег-Босны не получили такой огласки, как весть о последнем отчаянном поступке Слободана Праляка. Он самым радикальным из всех возможных образом выразил свой протест против того, что считал самой страшной несправедливостью.

Праляк был убежден, что защитить себя в Гааге — дело всей его жизни, поэтому вкладывал в это все силы и энергию. Некоторые процессы продолжаются по 15 лет, как сказал генерал в начале процесса в 2006 году, но главное, чтобы в конце была найдена истина.

А по его мнению, истина не могла быть черно-белой правдой гаагского обвинения, которое в обвинительных актах о сербах преподносило их исключительно как преступников, всех остальных — только как их жертву, а в обвинительных актах о хорватах (или боснийцах) искажало истину и создавало новую, диаметрально противоположную «правду», подкреплявшую все другие обвинения. Так, в обвинительном заключении о Герцег-Босне есть только плохие хорваты, которые мечтали о Бановине и отправились туда, чтобы без всякой причины громить, убивать и изгонять мусульман еще в декабре 1991 года, когда война в Боснии и Герцеговине еще даже не началась.

Праляк своими силами боролся с однобокой, черно-белой трактовкой хорватско-боснийского конфликта и роли Хорватии в войне в Боснии и Герцеговине. Если Хорватия была агрессором в Боснии и Герцеговине, то почему тогда Хорватский совет обороны (ХСО) сдавал города и селения в центральной Боснии один за другим?

Что это за агрессор, который сам сдает позиции вместо того, чтобы захватывать? В первых гаагских обвинительных актах ХСО обвинялся в преследованиях населения в таких регионах, как, например, Травник и Зенице, откуда, вообще-то, хорватов изгоняли. Если Хорватия была агрессором, то почему боснийские беженцы бежали в Хорватию, а не в Сербию? И почему в хорватских госпиталях лечились и гражданские, и военные? Почему там даже обучались некоторые специальные подразделения Вооруженных сил Боснии и Герцеговины? А ведь стенограммы разговоров Турджмана проливают на все свет: если бы он действительно хотел разделить Боснию, то почему так боялся за Жепче?

Из Загреба, Риеки или Вараждина правда о войне в Боснии и Герцеговине кажется очень простой. И так же просто наши депутаты сформулировали правду о нашей войне и изложили ее в Декларации о гражданской войне.

Для одних Хорватия, вне всяких сомнений, была в Боснии и Герцеговине агрессором, а для других, тоже мыслящих безапелляционно, хорваты всегда являются только жертвами, а тот, кто вменяет им преступления, может быть только врагом и предателем.

Праляк не принадлежал ни к одному из этих лагерей. Он неустанно издавал книги, публикуя, в том числе, те документы, которые стали доступны в ходе судебного процесса и которые опровергали черно-белые упрощенные тезисы о роли Хорватии в войне, высказываемые как только упомянут Лор, Госпич, Жепче и Нови Травник. Однако книги, которые издавал Праляк, никого не интересовали. Когда хорватской общественности еще было интересно, что именно произошло в Боснии и Герцеговине, ХСО и Хорватский демократический союз Боснии и Герцеговины были настроены враждебно к журналистам, которых они не контролировали, поэтому информация была недоступна. А когда она раскрылась, ею уже больше никто не интересовался.

Праляк не отрицал преступлений и не боялся заключения. Он знал, что ему предъявят обвинения, и он читал книги, годами собирал документы.

Сколько жертв среди мирного населения допустимо для американских войск в Ираке, и считаются ли они сопутствующими? И сколько сопутствующих жертв допускается в Боснии и Герцеговине? Сколько грабежей и разрушений приемлемо после урагана в Новом Орлеане, а сколько — в Боснии и Герцеговине?

Праляк не хотел говорить того, что всем нам известно (кто был настоящим командиром, и как Тута (Младен Налетилич — прим. ред.) держал его под дулом пистолета). Конечно, слушали не Петковича и Праляка, а Тута. Но, так или иначе, Праляка такие оправдания не интересовали.

Он обращался к судьям как к образованным людям, готовым согласиться с тем, что натура человека неоднородна, сложна и противоречива, что многое не является тем, чем кажется. И если что-то видится вам простым, будьте уверены — вы ошибаетесь. Да, хорваты совершали преступления, но в контексте, и этот контекст не так прост, каким его хотят видеть.

Однако до правдивой истории войны и до истины было слишком далеко. К ней не приблизился ни Загреб, ни Сараево, ни Мостар, ни Гаага. Праляк не хотел и не мог с этим смириться.

Босния и Герцеговина. Хорватия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 30 ноября 2017 > № 2426755


Босния и Герцеговина > Армия, полиция > un.org, 7 ноября 2017 > № 2382799

В Совете Безопасности ООН обсудили ситуацию в Боснии и Герцеговине

Сегодня в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке Высокий представитель по Боснии и Герцеговине Валентин Инцко рассказал членам Совета Безопасности о ситуации в стране и шагах по ее интеграции в Европейский союз. Он напомнил, что Босния и Герцеговина готовится к всеобщим выборам. На этом же заседании представитель России заявил, что Валентин Инцко «скатывается в неприкрытую сербофобию».

Валентин Инцко доложил о ходе подготовки к всеобщим выборам в Боснии и Герцеговине, которые должны состояться в октябре 2018 года. По его словам, в ходе предвыборной кампании в речах политиков все чаще звучит «риторика раскола».

«Политические лидеры страны уже переключили свое внимание с экономических реформ на вызывающую рознь националистическую проблематику, которая, впрочем, никогда не уходила полностью на задний план. Войдя в режим предвыборной кампании, политические партии ужесточили и без того поляризованные позиции по нескольким спорным вопросам», - Валентин Инцко в своем докладе Совбезу.

В начале 2016 года Босния и Герцеговина подала заявку на вступление в Европейский союз. Власти приступили к реализации программы реформ. В то же время некоторые должностные лица из правящей партии в Республике Сербской продолжали выступать за отделение Республики и раздел Боснии и Герцеговины, оспаривая Общее рамочное соглашение о мире.

Недавно, по словам Высокого представителя, лидеры ЕС выразили сожаление по поводу того, что «разобщительная риторика, уходящая корнями в прошлое, и поспешное погружение в предвыборные заботы» замедлили темп реформ в Боснии и Герцеговине.

Валентин Инцко сообщил, что в октябре этого года Народная скупщина Республики Сербской приняла резолюцию о защите конституционного порядка и провозглашении военного нейтралитета Республики Сербской. Высокий представитель подчеркнул, что Рамочное соглашение о мире, включая конституцию, имеет преимущественную силу над любым актом, принимаемым Народной скупщиной Республики Сербской, и что внешняя политика является исключительной прерогативой общегосударственных учреждений.

Заместитель Постоянного представителя Российской Федерации Владимир Сафронков раскритиковал представленный членам Совета Безопасности доклад и обвинил Высокого представителя в предвзятости.

«На наш взгляд, это самый необъективный доклад Инцко из всех, представленных им в Совет Безопасности с 2009 года. Нынешний документ в меньшей степени говорит о реализации мирного соглашения, но представляет собой «нарезку» выпадов в адрес Республики Сербской, подобранных тенденциозно и предвзято, которые, к сожалению, уже подхвачены в этом зале некоторыми делегациями», - заявил представитель России

Он сказал, что Валентин Инцко «скатывается в неприкрытую сербофобию, свою повседневную деятельность свел к выяснению отношений с Баня-Лукой и лоббированию евроатлантической интеграции БиГ вопреки содержанию своего мандата».

«Скажем прямо: следует заниматься не антагонизацией, а добросовестным выполнением своих обязанностей. Такой подход предполагает поощрение процессов национального примирения, внутриполитического взаимоуважительного диалога, компромисса и консенсуса. И, разумеется, уважительного учета мнений всех сторон», - подчеркнул заместитель Постоянного представителя Российской Федерации при ООН.

На этом заседании Владимир Сафронков выразил признательность властям Республики Сербской за открытие памятной доски, посвященной Виталию Чуркину, который сначала в качестве Спецпредставителя Президента России, а затем и на посту Постпреда России при ООН «внес огромный вклад в стабилизацию обстановки в регионе».

Босния и Герцеговина > Армия, полиция > un.org, 7 ноября 2017 > № 2382799


Босния и Герцеговина. Россия > Агропром > fsvps.ru, 4 октября 2017 > № 2337893

О встрече заместителя руководителя Россельхознадзора Юлии Швабаускене с Министром внешней торговли и экономических отношений Боснии и Герцеговины Мирко Шарковичем.

Переговоры состоялись в Москве 3 октября текущего года по инициативе боснийской стороны и при участии Посольства Боснии и Герцеговины в Российской Федерации.

Мирко Шаркович, курирующий Министерство внешней торговли и экономических отношений, а также являющийся заместителем Председательствующего Совета министров и сопредседателем Российско-Боснийско-Герцеговинской МПК, поблагодарил Россельхознадзор за тесное и плодотворное двустороннее сотрудничество, одним из результатов которого стало подписание в 2016 году Протокола о соблюдении фитосанитарных требований при взаимных поставках продукции высокого фитосанитарного риска. Парафирование данного документа послужило основой для налаживания безопасной торговли растительной продукцией между двумя странами. Однако по настоящее время актуальной остается проблема, выявленная Россельхознадзором во время визита в Боснию и Герцеговину с целью оценки системы фитосанитарного контроля, связанная с не в полной мере достаточным знанием сотрудниками, осуществляющими сертификацию продукции, требований российского законодательства.

Для решения этого вопроса, стороны договорились о проведении в текущем году экспертами Россельхознадзора обучающих семинаров, как для представителей боснийских служб, осуществляющих контроль отправляемой в Россию растительной продукции, так и для сотрудников заинтересованных в экспорте предприятий.

В ближайшее время боснийская сторона направит в Россельхознадзор дополнительную информацию для согласования организационных моментов предстоящих семинаров.

В контексте обсуждения вопросов ветеринарного надзора, Мирко Шаркович сообщил, что после получения в апреле текущего года от Россельхознадзора окончательного отчета по результатам инспекции боснийских предприятий по производству мясомолочной продукции, заинтересованных в поставках в Россию,* *Босния и Герцеговина начала работу по исправлению выявленных нарушений и совершенствованию системы ветеринарного и лабораторного контроля.

После получения детальной информации о результатах проведенной в Боснии и Герцеговине работы, Россельхознадзор рассмотрит возможности допуска боснийской животноводческой продукции на российский продовольственный рынок.

Босния и Герцеговина. Россия > Агропром > fsvps.ru, 4 октября 2017 > № 2337893


Босния и Герцеговина. Сербия. Ближний Восток > Армия, полиция > inopressa.ru, 7 сентября 2017 > № 2300253

Радикализация Балкан - угроза для международной безопасности

Шарль Нонн | Le Monde

Европа забросила балканские страны, где "Исламское государство"* уже расставило своих пешек, пишет в рубрике обсуждений на сайте Le Monde журналист и эксперт по бывшей Югославии Шарль Нонн.

Балканы ушли с радиолокационных экранов после развала бывшей Югославии и окончания войны в Боснии. Теперь Евросоюз разглагольствует о положительных результатах экономического и социального развития региона, отодвигая на второй план сохранение правового государства и демократии. В вопросах безопасности приоритет принадлежит России, Северной Корее и Сирии. Однако усиление радикализма, отмечаемое в течение нескольких лет на Балканах, таит в себе немало потенциальных и реальных угроз, говорится в статье.

Между 1992 и 1995 годом война в Боснии спровоцировала появление контингента иностранных исламистских боевиков, прибывших из Западной Европы и Ближнего Востока. Они внедрились в различные группировки и с тех пор стали содействовать распространению ислама нового типа, нередко связанного с ваххабизмом, который весьма далек от толерантного ислама, свойственного балканским странам, указывает эксперт.

С начала гражданской войны в Сирии число боевиков, уехавших из балканских стран, чтобы присоединиться к "Исламскому государству"*, доходит до 800 человек. Балканские воины ИГИЛ* регулярно заставляют о себе говорить, наподобие такой косовской пропагандистской иконы, как покойный Лавдрим Мухаджери, продолжает автор.

Возвращение сотен этих джихадистов, преодолевающих этнические распри с помощью своего общего опыта на сирийских полях сражений, пугает и приводит в замешательство. ИГИЛ* уже сейчас объявляет Албанию потенциальной мишенью и призывает обезглавливать "неверных" в Сербии и Хорватии, передает журналистка.

В недавнем докладе Европола выражена обеспокоенность потенциалом региона для вербовки, тренировки и поездок экстремистов. Подозрения о существовании джихадистских учебных лагерей дошли до Словении, мирного члена ЕС, где межэтнические конфликты являются фактором, не заслуживающим внимания, пишет Нонн.

Со стороны международного сообщества не прекращаются попытки приспособиться к местным реалиям. 8 сентября соберутся министры внутренних дел стран, вовлеченных в "процесс Брдо-Бриони" (нацеленный на поощрение сближения Балканских стран и Евросоюза), поддержанные международным фондом "Женевский центр по демократическому контролю над вооруженными силами" (DCAF), обе инициативы посвящены вопросам безопасности на Балканах. Они там пустят в ход "Интегративное управление внутренней безопасности" (GISI), эта новая методология объединит местных игроков, доноров и международное сообщество вокруг трех столпов: антитеррористическая борьба, подавление организованной преступности и усиление безопасности на границах, передает автор.

*"Исламское государство" (ИГИЛ) - террористическая группировка, запрещенная в РФ.

Босния и Герцеговина. Сербия. Ближний Восток > Армия, полиция > inopressa.ru, 7 сентября 2017 > № 2300253


Босния и Герцеговина. Чехия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 28 августа 2017 > № 2288433

Член президиума Боснии и Герцеговины (БиГ) Бакир Изетбегович и глава МИД страны Игор Црнадак в понедельник раскритиковали заявления президента Чехии Милоша Земана, что исламские террористы могут создать в Боснии свою базу.

Накануне Земан заявил, что исламские боевики, бегущие в Европу после поражения террористической группировки "Исламское государство" (ИГ, запрещена в РФ) в Ираке и Сирии, могут создать террористическую базу в Боснии и Герцеговине.

"Чешский президент без повода и оснований распространяет опасную неправду о БиГ и особенно о бошняках (славянах-мусульманах), подобно ранним заявлениям президента Хорватии Колинды Грабар-Китарович и министра иностранных дел Австрии Себастьяна Курца… Цель данных заявлений – отравить европейскую общественность ложным представлением о БиГ, особенно о ее гражданах исламского вероисповедания, как о надуманной угрозе для Европы", — приводит телеканал N1 слова Изетбеговича. Член президиума БиГ подчеркнул, что речь идет о "ксенофобской и исламофобской кампании официальных лиц некоторых среднеевропейских государств".

Глава боснийского МИД Игор Црнадак, который в отличие от бошняка Изетбеговича является православным сербом, также выступил в защиту репутации своей страны. "Думаю, что подобная оценка не имеет под собой оснований. Не стоит спешить с реакциями. Мы не являемся никакой базой, где в каждый момент может произойти что-то страшное. У нас уровень опасности примерно такой же, как и в других европейских государствах", — отметил министр иностранных дел БиГ.

Он добавил, что есть люди, которые возвращаются из горячих точек на Ближнем Востоке, и существует угроза терроризма, "однако не такая, чтобы Боснию из-за нее надо было выделять".

По данным властей в Сараево, с 2012 года в Сирии и Ираке на стороне исламских радикалов сражалось 240 бошняков, причем 54 из них перед отправкой на Ближний Восток проживали в Европе, в большинстве своем – в Австрии. Сейчас, по данным президиума БиГ, в рядах различных террористических группировок состоит 116 боснийских граждан. На родину прибыли 44 человека, из которых 23 были осуждены на сроки различной длительности, еще десять вернулись в страны Европы и один сидит в тюрьме в Турции.

Босния и Герцеговина. Чехия > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 28 августа 2017 > № 2288433


Босния и Герцеговина. Македония > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 августа 2017 > № 2338696

Черный интернационал на Балканах, объединенный ненавистью к албанцам, мусульманам, евреям, беженцам, Западу и в особенности к Америке!

Тамара Никчевич (Tamara Nikčević), Avangarda, Босния и Герцеговина

Профессор факультета драматического искусства из Скопье, театральный режиссер и бессменный директор Фонда «Открытое общество» Македонии Владимир Милчин комментирует политические изменения в Македонии, рассказывает о Николе Груевском, который был уверен, что на его сторону встанут Владимир Путин, Дональд Трамп и новая американская администрация, и именно поэтому он решился на политическое насилие в Собрании. Милчин также объясняет роль Сербии — точнее, сотрудников Агентства информационной безопасности Сербии (БИА) в Собрании во время апрельских столкновений, и говорит о вероятности новой войны на Балканах, а также о том, что «до вступления Болгарии, а затем и Черногории в НАТО Россия практически не обращала внимания на Македонию. Но после того как Россия потеряла Болгарию и Черногорию, то есть выход в Средиземное море и православную поддержку, все российское внимание сконцентрировалось на Македонии».

Судя по сообщениям российского Министерства иностранных дел (МИД), визит вице-президента США Майка Пенса в Подгорицу на прошлой неделе вызвал в Кремле крайнее раздражение. Ясно, что МИД РФ особенно задели слова американского вице-президента о том, что Россия «пытается насильно провести новые границы на Западных Балканах», а также обвинения в том, что в октябре 2016 года «московские агенты» пытались помешать вступлению Черногории в НАТО и намеревались «убить черногорского премьера» Мило Джукановича.

«Вашингтон все глубже скатывается к примитивным идеологизированным штампам времен холодной войны, которые полностью оторваны от реальности», — говорится в заявлении Министерства иностранных дел России. Далее утверждается: «США вместе с Евросоюзом без стеснения проигнорировали волю избирателей Македонии, не позволив партии, победившей в этой стране на выборах 11 декабря 2016 года, сформировать правительство. Так кто же вмешивается во внутренние дела и применяет силу на Балканах — Москва или Вашингтон?»

— Avangarda: Так кто же сегодня на самом деле применяет силу на Балканах?

— Владимир Милчин: Приведенный выше комментарий Министерства иностранных дел России подтверждает намерение Москвы и впредь игнорировать тот факт, что в Македонии проживают, помимо прочего, албанцы. После декабрьских выборов 2016 года албанские партии отклонили предложение вступить в коалицию с партией бывшего премьера Николы Груевского. На парламентских выборах 2016 года партия DUI Али Ахметия, которая в 2008 году была коалиционным партнером правящей ВМРО-ДПМНЕ (Внутренняя македонская революционная организация — Демократическая партия за македонское национальное единство) Николы Груевского, получила меньше всех голосов. Все потому, что албанские избиратели наказали Ахметия за сотрудничество с Груевским. Поняв это, большинство представителей этой партии решило создать новое правительство с партией, занявшей второе место, и ее лидером Зораном Заевым. Все это, разумеется, соответствовало принципам парламентской демократии. А московские ставленники, поняв, что теряют власть в Македонии, применили 28 апреля 2017 года в Собрании силу.

— Демонстрация силы, о которой Вы говорите, продолжалась до тех пор, пока в Скопье не прибыл заместитель помощника Госсекретаря США по делам Европы и Евразии Брайан Хойт Йи. В отличие от Европейского Союза, у высокопоставленного американского представителя были приготовлены весомые аргументы, заставившие лидера ВМРО-ДПМНЕ Николу Груевского мирно передать власть. Как Вы думаете, что это были за аргументы?

— Сам факт того, что Брайан Хойт Йи остался на своем посту даже после смены американской администрации, шокировал Николу Груевского. Дело в том, что Груевский, руководство его партии и подконтрольные ему СМИ были убеждены: Дональд Трамп и его новая администрация встанут на их сторону. Им даже удалось привлечь в качестве лоббистов нескольких американских конгрессменов и сенаторов, которые потребовали отозвать американского посла из Македонии и снять с поста Брайана Хойта Йи из-за мнимого сговора с македонскими левыми, Соросом и его фондами. Также Груевский был уверен, что благодаря поддержке Владимира Путина, которая уже была, и поддержке Трампа, которую партия премьера ожидала получить, формирование парламентского большинства в Македонии будет невозможно. Но, как все мы видели, президент Трамп поддержки не оказал, поэтому Груевский и его сторонники решились применить в парламенте насилие, что в политическом смысле их похоронило.

Если говорить об аргументах Брайана Хойта Йи, то, как я думаю, он упомянул, помимо прочего, о морских пехотинцах из Бондстила. Я уже не говорю об аресте счетов Груевского, его семьи и верхушки ВМРО-ДПМНЕ в оффшорных банках.

— Как Вы оцениваете нынешнюю ситуацию в Македонии?

— Демонтаж режима Николы Груевского еще отнюдь не завершен. Его люди, прежде всего в судах и прокуратуре, все еще успешно препятствуют правосудию. Кроме того, в парламенте и государственной администрации коалиция, которую возглавляет премьер Зоран Заев, постоянно сталкивается с формальными препятствиями, мешающими передаче власти. Нередко эти препятствия приобретают масштаб политического саботажа. К сожалению, функционеры ВМРО уходят от наказания даже в случае, когда их злоупотребления и превышение полномочий раскрыты… В общем, до победы было тяжело, а после — еще тяжелее.

— Вы упомянули функционеров ВМРО. Мне, например, известно, что 27 июля Апелляционный суд Скопье постановил арестовать Горана Груевского и Николу Бошковского, обвиняемых в участии в масштабном незаконном прослушивании граждан Македонии в период, когда Груевский возглавлял Дирекцию по безопасности и контрразведке. Как возможно, что этих двоих еще не разыскали и не арестовали?

— Как такое возможно?! Вот вам еще одно доказательство того, что люди Николы Груевского продолжают работать в юстиции и органах уголовного преследования. Отчасти и потому, что новая власть еще не взяла под свой полный контроль МВД и службу Государственной безопасности. Это самое слабое звено в новой власти, что в сложившейся ситуации особенно беспокоит. Несмотря на то, что бегство двух высокопоставленных полицейских функционеров было предсказуемо, МВД не предприняло никаких мер, чтобы им помешать. И было ясно, что в данном случае будут чиниться препятствия, которые заметны и в ходе упомянутого судебного процесса. При этом общественности все еще не сообщили, привлечен ли кто-то из виновных к ответственности. Такое больше не должно повториться — вот послание тех, кто участвовал в протестах против режима Груевского.

— А может ли такое повториться?

— Иногда кажется, что сторонники Груевского лучше подготовились к поражению, чем сторонники Заева — к победе. Иными словами, стабильность Македонии больше не зависит от так называемых внешних факторов. Главное — способность парламентского большинства и правительства премьера Заева воспользоваться своей победой во благо граждан. Для этого у Заева не так много времени, потому что на 15 октября назначены местные выборы. Именно поэтому стратегия Груевского и его людей в парламенте основана на том, чтобы блокировать или затягивать перемены.

— Недавно премьер Зоран Заев сказал, что Никола Груевский «прямо или косвенно» требует амнистии для себя и для тех, кто входит в его ближайшее политическое и семейное окружение. Заев заявил, что «этого не будет». Не опасаетесь ли Вы, что в итоге некий компромисс все же будет найден?

— Подобный компромисс означал бы поражение, точнее, политическую кончину Зорана Заева. Тем более что подавляющее большинство тех, кто его поддерживал, такого компромисса не поняло бы. В социальных сетях следят и критически комментируют каждый шаг правительства Заева, в том числе кадровые решения, в результате которых к власти приходят люди, которые или не противились, или сотрудничали с режимом Груевского. Да, в политике компромиссы неизбежны и возможны, но не такие, которые нам угрожают тем, что незавершенная революция в итоге закончится реставрацией старого режима.

— Действительно ли Никола Груевский сегодня является жертвой политических преследований?

— В россказни Груевского о политических преследованиях мало кто верит. Тем более что ясно: сейчас Груевский всеми способами пытается опять сплотить свою партию.

— Удается ли ему это? Груевский обещает, что скоро ВМРО-ДПМНЕ вернется на политическую сцену и будет сильнее, чем прежде…

— Партия ВМРО-ДПМНЕ была организована по военному принципу, в которой слепое послушание лидеру гарантировалось даже подпиской. Однако дисциплина рассыпалась, и сегодня среди членов партии есть даже те, кто открыто требует реформ и ухода Груевского. Пытаясь им ответить, Груевский недавно вернул все высшее руководство, но его родственник, бывший глава Бюро государственной безопасности и контрразведки Сашо Миялков, остался в стороне, заявив, что отказывается от всех своих партийных и политических функций. Так что если правительственная коалиция во главе с Заевым не совершит каких-нибудь кардинальных ошибок до местных выборов, то шансов для Груевского я не вижу.

— Не боитесь ли Вы, что в случае задержания Николы Груевского действительно начнутся беспорядки, которые «подожгут фитиль новых конфликтов», как утверждает агентство Sputnik?

— В начале августа македонская газета «Вечер» опубликовала еще более смешные рассуждения под заголовком «160 тысяч албанцев ждут разрешения, чтобы напасть на Балканы!» Sputnik и его балканские филиалы используются для распространения страха и антизападных настроений среди плохо информированных и просто помешанных граждан. Если бы Груевского привлекли к ответственности, это не «подожгло бы» никакого фитиля, а, наоборот, подтвердило бы, что в Македонии еще есть правосудие и криминальные злоупотребления властью не могут остаться и не останутся безнаказанными. Если этого не произойдет, у Македонии нет будущего.

— Белградское издание «Вечерње новости» написало о том, что существует план отправить «вооруженных албанцев, одетых в сербскую форму, в Македонию, что даст повод официальному Скопье обвинить Сербию в нарушении суверенитета, сокрытии оружия и организации вооруженного мятежа на территории соседнего государства». Это что такое?!

— Полная ерунда, которую постоянно продуцирует путинская пропагандистская машина! Описанное вами очень напоминает гитлеровскую пропаганду, которая оправдывала немецкую агрессию против Польши мнимым польским нападением на немецкий пограничный патруль.

— Во время апрельского конфликта в македонском Собрании находился сотрудник посольства Сербии в Скопье, агент сербского БИА Зоран Живалевич. В этой связи МВД Македонии потребовало объяснений от посла Сербии в Скопье, но об этом немного поговорили — и все! Известно ли македонской общественности, чем закончился этот скандал?

— После этого скандала агента Сербии, о котором вы меня спрашиваете, нужно было выслать. Однако, насколько мне известно, этого не случилось. Я не знаю, как поступила с ним Сербия: отозвала его или оставила в Скопье, чтобы продемонстрировать свою влиятельность.

— Но что вообще той ночью в Собрании делал советник посольства Сербии? Разве присутствие сотрудника сербского БИА не является вмешательством во внутренние дела Македонии?

— Безусловно, является. Да, речь идет о вмешательстве во внутренние дела Македонии. И этот сербский агент/офицер был не первым из числа так называемых дипломатов, кто открыто координирует просербские элементы в Македонии. Что он делал той ночью в Собрании? То же самое, что делал его человек Драган Павлович Латас: с улыбкой на лице он наблюдал за претворением в жизнь плана, нацеленного на дестабилизацию Македонии или, как минимум, на введение чрезвычайного положения, которое позволило бы оставить все, как было.

— Вы имеете в виду хаос и насилие?

— Именно так.

— Многие предполагают: присутствие Живалевича в Собрании является доказательством того, что Сербия взяла на себя роль главного фактора, который в интересах России дестабилизирует Балканы. Тем не менее, глава Министерства иностранных дел Сербии, недовольный тем, что общественность узнала о скандале с Живалевичем, заявил: мол, сотрудник сербского БИА в ту ночь проверял, не участвует ли кто-то из представителей сербских экстремистских организаций в беспорядках в македонском парламенте. Как Вы прокомментируете это объяснение сербского министра Ивицы Дачича?

— Могу только сказать, что сказанное вами ужасно, поскольку доказывает: балканские политики по-прежнему считают, что могут внушать собственным гражданам и гражданам соседних стран подобную ерунду. Еще ужаснее то, что многие по-прежнему проглатывают эту невообразимую ложь. Что ж, министр Дачич, по всей видимости, считает всех граждан невежественным стадом. А ведь есть исключения.

— В ту ночь сербские хулиганы и члены националистических группировок прекрасно сотрудничали со своими македонскими «коллегами»…

— Это вас удивляет?

— Нет.

— Конечно, это не должно удивлять. Одни других ненавидят, но вместе они ненавидят албанцев и мусульман, а также евреев, беженцев, Запад и в особенности Америку. Они — черный интернационал.

— Что из себя представляет председатель Демократической партии сербов в Македонии Иван Стоилькович, который утверждает, что «сегодня в Македонию незаметно вернулись 90-е».

— Иван Стоилькович известен у нас как один из политических голубей-вертунов (он такой не один!), который претендует на то, что эксклюзивно представляет интересы всех сербов в Македонии. Этот человек думает, что без него правительство невозможно. Я не знаю, что он имеет в виду, когда говорит, что в Македонию незаметно вернулись 90-е. Но я знаю, что 90-е не вернулись и просто не могут вернуться. Сегодня в Македонии места для поучений из Сербии нет.

— Нет?! А мне кажется, что официальный Белград часто занимает бескомпромиссную позицию не только когда речь идет о Македонии, но и когда дело касается других стран региона.

— Бескомпромиссность Белграда, о которой вы говорите, сродни заболеванию и объясняется страхом столкнуться лицом к лицу с проблемами, которые на самом деле мучительны для Сербии.

— Да, но когда речь идет о государствах региона, президент Вучич последовательно придерживается доктрины об «ограниченном суверенитете», которую (вскоре после советского вторжения в Чехословакию в августе 1968 года) отстаивал партийный и государственный лидер СССР Леонид Брежнев.

— Если говорить о взаимоотношениях с соседями, то мне кажется, что Вучич пытается копировать методы Николы Груевского. Ученик дьявола! И все же чем был сильнее Груевский, тем слабее была Македония, а теперь чем сильнее Вучич, тем слабее Сербия.

— Сильная она или слабая, но Сербия анонсировала некую Декларацию о совместных национальных действиях и выявлении национальных минимумов и принципов, необходимых для существования сербской нации и сербского народа. Как было заявлено, первого декабря 2017 года декларацию представят президент Вучич и Милорад Додик. Если вспомнить предостережения председателя Европейской комиссии Жана Клода Юнкера о том, что мы на Балканах снова можем столкнуться с тем, что «уже пережили в 90-х», то, как мне кажется, у нас достаточно оснований для беспокойства.

— Разумеется, есть много оснований для беспокойства, особенно в ситуации, когда возрождаются национальные проекты Сербской академии наук и других балканских академий. Вместе с тем все весомее становятся аргументы для скорейшего вступления оставшихся стран Западных Балкан в НАТО и Европейский Союз. Только так балканские народы и государства могут избежать Третьей (или Четвертой?) балканской войны. Албания и Черногория — уже члены НАТО. Болгария входит и в НАТО, и в Евросоюз, как и Греция, Хорватия и Словения. Турция — член НАТО, но Эрдоган мечтает о возрождении Османской империи. Остаются Македония, Сербия, Босния и Герцеговина и Косово. По-моему, господину Юнкеру стоит предостеречь не Балканы, а функционеров в Европейской комиссии в Брюсселе и лидеров стран-членов ЕС. Например, стоит предостеречь Виктора Орбана, который является, наряду с Путиным, одним из главных покровителей Груевского.

— Или, может, стоит предостеречь канцлера Меркель, которая взяла на себя весьма компрометирующую роль «защитницы» Александра Вучича?.. Мы уже затронули тему взаимоотношений Белграда и Скопье. Напомню, что в этом году Сербская православная церковь не позволила македонской государственной делегации посетить монастырь Святого Прохора Пчиньского, хотя визит был запланирован в честь годовщины проведения Антифашистского собрания по народному освобождению Македонии (АСНОМ). Ожидаемым ли было это решение?

— Конечно. Это константа сербской политики, если я не ошибаюсь, еще со времен Слободана Милошевича. Учитывая то, что второго августа 1944 года на заседании АСНОМ была провозглашена Республика Македония, подобное решение Сербской православной церкви нужно расценивать так: сербская церковь по-прежнему считает Македонию Южной Сербией, и в этом мнении ее поддерживают высокопоставленные сербские политики. К сожалению, в этом сербская власть не слишком отличается от греческой политической и церковной верхушки. На самом деле не случайно, что нынешние сербские власти снисходительно относятся к позиции греческого правительства, которое не признает Македонию под ее конституционным названием.

— И все это после того, как македонское правительство возглавил Зоран Заев. Почему официальному Белграду так мешает премьер Заев, как Вы думаете?

— Во-первых, Заев не типичный балканский политик: он не заигрывает с националистами, не манипулирует. Напротив, на последних выборах Заев получил поддержку значительной части албанских граждан Македонии, продемонстрировал смелость, когда с окровавленной головой столкнулся с насильниками в Собрании. В отличие от некоторых, Заев «не вышел из шинели», из которой вышли Милошевич и его последователи. То, что конфликты и насилие не входят в арсенал Заева, некоторые считают его слабостью.

— А Вас это не смущает?

— Наоборот. В этом смысле Заев напоминает президента Киро Глигорова, который проводил политику одинакового дистанцирования в отношениях со всеми соседними государствами, и отличается только тем, что не увлекается риторикой и не оставляет на завтра то, что нужно сделать уже сегодня.

— Вы упомянули отношение Греции к Македонии… Готова ли Македония к компромиссу с Грецией, которая ставит смену названия Вашей страны условием ее вступления в НАТО?

— Еще в 2010 году в македонском обществе шли споры о названии Республика Македония (Скопье). Всех, кто выступал за этот компромисс, Груевский и его сторонники проклинали и клеймили, называя предателями, пятой колонной и греческими наемниками. После этого дискуссия о названии и возможном компромиссе прекратилась. Кампания по так называемой «антиквизации» (теория о происхождении современных македонцев от античных македонцев — прим. перев.) и Македонии, и македонцев, а также проект «Скопье 2014» были инициированы в угоду грекам, которые обвиняли македонцев в ирредентизме. Так что последствия действий Груевского нельзя недооценивать, а тем более игнорировать.

— Что Вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что сначала надо заняться правосудием и радикальными социальными реформами, а уж потом — названием.

— Насколько велика вероятность, что в скором времени Македония войдет в НАТО?

— Став частью Запада, Македония сможет гарантировать сохранение своего территориального суверенитета и целостности.

— Почему?

— Потому что полноправное членство Македонии в НАТО значительно снизит риск дестабилизации Балкан. Провал на саммите НАТО в Бухаресте в 2008 году не должен повториться: Македония не должна допустить дестабилизации. И в этом больше никто не сомневается ни в НАТО, ни в правящих кругах Македонии. Соглашение, которое подписали правительства Македонии и Болгарии, стало важным шагом в этом направлении. Не знаю, насколько в вашей стране известно, что в начале 90-х годов Милошевич и Мицотакис предложили президенту Болгарии Желеву втроем поделить Македонию.

— Да, этот факт известен. Политика Милошевича предполагала, что все страны Балкан можно делить. Правда, оказалось, что все остались в границах, определенных еще на Антифашистском вече народного освобождения Югославии (АВНОЮ), а разделилась только Сербия.

— Именно так… В любом случае, президент Болгарии отверг тогда предложение Милошевича и Мицотакиса, и тот план провалился. Остался только греческий шантаж в связи с конституционным названием. По моему мнению, политическая и экономическая ситуация в Греции неблагоприятна для того, чтобы официальные Афины до бесконечности затягивали решение этого вопроса, надеясь на то, что Македония распадется или падет на колени. Ничего из этого не будет! Просто нужно остановить российское наступление на Балканы. Насколько мне известно, сейчас рассматривается вариант принять Македонию в НАТО под временным названием Бывшая югославская Республика Македония. Но я слышал, что возможна и некая двусторонняя договоренность между Македонией и Грецией в духе договора Борисова и Заева. В этой связи я надеюсь, что до конца года Македония станет членом блока НАТО.

— Ожидаете ли Вы в ближайшее время усиление давления со стороны России?

— Недавнее вступление Черногории в НАТО вызвало беспокойство в Кремле, где Черногорию всегда считали страной, в которой глубоко укоренилось русофильство, и которая гарантирует России выход в Средиземное море через Адриатику. Македония никогда не была настолько важна для Кремля — даже во времена, когда была частью Османской империи. Российская стратегия заключалась в том, чтобы через болгарскую Тракию выйти к Босфору и Дарданеллам, поэтому русская армия и помогла освободить Болгарию от османского ига. До вступления Болгарии, а затем и Черногории в НАТО Россия практически не обращала внимания на Македонию. Только после того, как Россия потеряла Болгарию и Черногорию, то есть выход в Средиземное море и православную поддержку, все российское внимание сконцентрировалось на Македонии. Поэтому я ожидаю усиления давления, хотя не могу спрогнозировать, каким оно будет: прямым или косвенным.

Босния и Герцеговина. Македония > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 18 августа 2017 > № 2338696


Босния и Герцеговина. Черногория. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 августа 2017 > № 2341522

А что интересует нас?

Златко Диздаревич (Zlatko Dizdarević), Avangarda, Босния и Герцеговина

Сегодня, после завершения истории с «закрытием» Адриатического моря для русских, вся игра между Вашингтоном и Москвой сводится к огромному геостратегическому и экономическому интересу, под которым в мире давно понимается геостратегия, направленная на контроль над территориями и энергоресурсами. В данном случае американцы решили любым путем помешать строительству «Северного потока-2», который должен быть проложен напрямую в Германию параллельно с уже существующей веткой газопровода и по которому в Европу будут поступать дополнительные объемы российского газа. В проект уже вложены огромные средства. В его реализации заинтересованы не только Россия и Германия, но и Франция, Австрия, Италия, а также некоторые другие члены Европейского Союза.

В первые дни августа балканские лидеры с трогательным волнением ожидали приезда американского вице-президента Пенса в Подгорицу. Формально он ехал на саммит Адриатической хартии. На деле же это был американский жест благодарности Черногории за «важнейшее решение» войти в НАТО. По сути это была «семейная» встреча, целью которой было разъяснить новым и старым членам семьи ситуацию, которая сложилась, и что от них теперь ожидают. Кроме того, эта встреча — послание другим балканским государствам, которые еще не входят в НАТО, о том, что с ними будет, когда они станут членами альянса, и что — если не станут.

Всю эту информацию Пенс заключил в нескольких фразах. Во-первых, он вызвал всплеск энтузиазма у подавляющей части общественности небольшого адриатического государства, сказав, что решимость, проявленная Черногорией, которая вступила в НАТО, несмотря на российское давление, пример для всего мира. Он уверенно заявил, а все присутствующие в Подгорице его поддержали, что «Россия продолжает стремиться к насильственному изменению международных границ, и здесь, на Западных Балканах, Россия пыталась дестабилизировать регион, подорвать ваши демократии и разделить вас друг от друга и с остальной Европой». В конце он заверил собравшихся в том, что будущее Западных Балкан — на Западе. «Мы заверяем, что США заинтересованы в выстраивании отношений, которые укрепят связи между этими странами, европейским сообществом и США», — сказал Пенс.

Выход к Адриатическому морю

Майк Пенс, который своим подходом и тем, как он объясняет цели и предлагает демократию, во много раз превзошел Хиллари Клинтон, приехал в Подгорицу после Эстонии и Грузии. Их лидеров он тоже заверил в том, что они могут положиться на Соединенные Штаты, которые «защитят от российской агрессии». На самом деле «защита» уже давно началась. НАТО постоянно наращивает военный контингент на российских границах и уже поднял на ноги СМИ по всему миру, чтобы те истерично объявили Москву единственной серьезной угрозой безопасности и миру на планете. Есть еще Северная Корея, но с ней все проще: ввести с помощью ООН санкции, каких свет не видывал, и дело с концом.

Вернемся на Балканы к истинным причинам «внезапной любви», которую в форме обязательных инструкций вице-президент США выразил в Подгорице. У этих «чувств» есть две основные и вполне понятные причины. Первая заключается в том, что работа по сплачиванию рядов перед лицом российской планетарной угрозы на территории бывшей Югославии проделана лишь наполовину, особенно это касается усилий по привлечению новых участников в НАТО. Члены «семьи» здесь — это, прежде всего, Словения и Хорватия, а теперь и Черногория. То есть 50% государств. Пока еще не задействована Сербия, Македония и Босния и Герцеговина.

Всем идеологическим агрессорам свойственна логика в стиле «кто не с нами, тот против нас». Конечно, между тремя упомянутыми странами, не входящими в альянс, существует множество различий, причем весьма весомых. От их политической мудрости, ориентации и способности бороться за собственные интересы будет зависеть дальнейшее развитие событий. Несомненно, их вступление в НАТО является одной из предпосылок к тому, чтобы Вашингтон, в особенности крыло близкое Майку Пенсу, взял под контроль весь регион, который для США жизненно важен. Прежде всего, США заинтересованы в том, чтобы изгнать из этого геополитического пространства русских и «упереться им в живот». Во-вторых, США хотят совершить «газовый» прорыв с балканской стороны в Центральную Европу и таким образом нанести сокрушительный удар по интересам России как главного поставщика стратегического энергоносителя на этот рынок.

Цель завладеть Западными Балканами связана для Америки с еще более старой российской целью — выйти к Адриатическому морю. После распада Югославии и формирования новых государств на побережье Адриатики Черногория была единственным и последним шансом для русских достичь поставленной цели. До сих пор казалось, что соотношение сил в небольшой, но стратегически важной Черногории было в пользу России, а не США. Теперь уже неважно, кто переоценил свои силы, ошибся или неправильно определил направление ветров, дующих на Балканах. Дело уже сделано.

Кстати, «выход» к Адриатике за пределами стран НАТО до сих пор есть: речь о порте Неум, но здесь свою роль играет старая тактика Хорватии, которая всячески избегает завершения переговоров о морской границе с Боснией и Герцеговиной. Недавно снова актуальным стал вопрос и о Пелешском мосте. Хорватия утверждает, что не признает «этого вопроса», как не признает и решения арбитражной комиссии в споре со Словенией. В материалах некоторых хорватских СМИ о «конце соперничества за Адриатику» между Россией и США Неум вообще не упоминается в контексте прав Боснии и Герцеговины на территориальные воды. На самом деле все это подтверждает, насколько неурегулированными остаются наши взаимоотношения на Западных Балканах, и насколько мы подчиняемся сильными мирам сего. Самое главное для нас — быть «чьими-то».

Пример Черногории

Два, казалось бы, незначительных происшествия хорошо иллюстрируют ту «любовь» великих к малым государствам, которая появляется, когда нужно, а затем сменяется холодностью, когда интересы меняются. Сначала мир посмеивался над кадрами, сделанными на саммите НАТО в Брюсселе в мае этого года. На них перед десятками камер Дональд Трамп отпихивает, как мешок, мешающий ему пройти, черногорского премьера Душко Марковича, чтобы встать рядом с Генсеком НАТО Йенсом Столтенбергом. Менее чем через три месяца, по словам вице-президента США, Черногория превратилась в пример для всего мира благодаря своему сопротивлению российскому давлению…

Это заявление Пенса, мотивированное чисто прагматическими интересами Америки и никак не связанное с любовью или хоть какой-то симпатией, крайне болезненно восприняла Хорватия. Пока Черногорию не объявили «примером», Хорватия считалась «лидером в регионе», поскольку таковой ее объявили американцы в своих обольстительных речах при других обстоятельствах. Однако в Подгорице хорваты были вынуждены промолчать, когда Пенс с полной уверенностью заявил: «Черногории принадлежит ведущая роль в защите стабильности и безопасности на Западных Балканах». А ведь Загреб покупал у США дорогие самолеты, а на упомянутом саммите НАТО хорватский президент комично протискивалась из задних рядов поближе к Дональду Трампу. Хорватия была объявлена лидером «Инициативы трех морей» (хотя бы!)… И все это злополучный Пенс забыл, заявив о лидирующей роли Черногории… Значит, все было зря. Love is love, business is business!

То же происходит и с другими местными «лидерами». А ведь на Балканах был настоящий государственник, у которого было чему поучиться, в особенности в том, что касается достоинства и повышения международного авторитета своей страны. Никому в мире и в голову не приходило делать на него такие пародии, в которых сегодня ежедневно высмеиваются так называемые «лидеры». Но чтобы чему-то у него научиться, нужно иметь способности и не терять самоуважения в любой ситуации. Новые политики на Балканах, за редчайшим исключением, так и не поняли, что лучше, когда их пусть и не любят, но уважают, чем когда их хвалят и якобы любят, а за спиной рассказывают о них анекдоты.

Сегодня, после завершения истории с «закрытием» Адриатического моря для русских вся игра между Вашингтоном и Москвой сводится к огромному геостратегическому и экономическому интересу, под которым в мире давно понимается геостратегия, направленная на контроль над территориями и энергоресурсами. В данном случае американцы решили любым путем помешать строительству «Северного потока 2», который будет проложен напрямую в Германию параллельно с уже существующей веткой газопровода, и по которому в Европу будут поступать дополнительные объемы российского газа. В проект уже вложены огромные средства. В его реализации заинтересованы не только Россия и Германия, но и Франция, Австрия, Италия, а также некоторые другие члены Европейского Союза. Всем им важно, что российский газ дешев, поступает напрямую и быстро. Кроме того, этот проект выгоден для ряда промышленных отраслей и производителей энергетического оборудования для газопроводов. Для «старых» членов ЕС (Германии и Франции) особенно принципиально, чтобы европейская энергетическая политика утверждалась в Брюсселе, а не в Вашингтоне.

Россияне не скрывают своего дополнительного интереса: «Северный поток 2» исключает из игры Украину, через которую раньше к европейцам поступал основной объем российского газа. Теперь Киев рискует потерять миллиарды долларов в год. Когда американцы начали заигрывать с Киевом в интересах ЕС (а на самом деле в интересах НАТО), игнорируя известную позицию Москвы, которая не против вступления Украины в ЕС, но против ее членства в НАТО и появления ракет на российской границе, произошло все то, что произошло. Украине пришлось особенно туго. Европа отстранилась, а Америка не вмешалась, и был потерян Крым…

Американский план в Европе

Сегодня основной американский план в Европе — остановить русских и их газ. Однажды это уже получилось, когда Болгарии помешали пустить по ее территории «южный поток» и российский газ в Европу через Грецию и Италию… Теперь американцам придется решить как минимум две проблемы. Первая — нужно поднять на ноги членов НАТО, убедив их в том, что Москва — самая большая угроза для их существования, и что она будет шантажировать их газовыми поставками. В этой операции у США есть идейные союзники, прежде всего, в бывших республиках Советского Союза, прибалтийских и восточноевропейских странах, которые теперь входят в Европейский Союз. Первая из первых здесь Польша. Ее идеологическая злость и опасения за собственную безопасность еще чрезвычайно велики. Поляки поддерживают Запад во всем, что делается против Москвы. Кроме того, негативно к России настроены и страны Скандинавии. Правда, они руководствуются другими (экономическими) причинами. Все еще колеблются три упомянутых балканских государства, которые пока не вошли в НАТО: Сербия, Македония и Босния и Герцеговина. Ближе всего к вступлению в альянс сейчас Македония, возглавляемая премьером Заевым. Положить конец истории с названием государства просто: американцам достаточно только намекнуть грекам, «ведь речь идет об общей стратегии и безопасности, а на мелочи времени нет».

С точки зрения Вашингтона Босния и Герцеговина сегодня остается проблемой, потому что Республика Сербская противится американским проектам. Ситуация сложная. Дейтонское соглашение напоминает американцам об их успехе (теперь они навязывают такое же в Сирии!). Они могут корректировать и менять соглашение так, как удобно только им. Пока мы решали собственные проблемы, Дейтонское соглашение нельзя было менять ни в коем случае! И, исходя на этой философии, Европейский Союз гротескно превозносил «впечатляющие успехи Боснии и Герцеговины на пути в Европу».

Сербия — это отдельный разговор. С одной стороны, там есть пророссийский фронт, который выступает и против ЕС, и против НАТО. Возможно приемлемым для Сербии, а также для США и России по определенным причинам, вариантом было бы половинчатое решение: Сербия входит в Европейский Союз, но не становится членом НАТО. Однако тут много нюансов. Даже при упорной поддержке России и значительно менее существенной помощи Республики Сербской (хотя Додик и позиционирует себя как незаменимого лидера в решении судьбы сербов на Балканах, и не только) Белград вряд ли сможет ответить на все вызовы времени.

Здесь я не могу не упомянуть ту замечательную ловкость Путина, которую он проявляет даже в ситуации, когда объективные обстоятельства не оставляют ему пространства для маневра и возможности довести игру до конца. Многие обоснованно полагают, что Вучич может в конечном счете получить от Путина добро на вступление в Евросоюз. Ведь не стоит забывать, какие механизмы и правила действуют внутри ЕС. Так, например, недавнего продления антироссийских санкций могло бы не быть, если бы всего один член ЕС проголосовал против. Расчет прост: в определенных ситуациях Сербия сама или, к примеру, посредством Венгрии или какого-то другого государства ЕС может сыграть важную для России роль, потому что Сербия — единственное государство в Европе, занявшее российскую сторону. Конечно, пока все это только предположения, однако в эпоху, когда в Европе и по всему миру стремительно и грубо разрушаются многие прежде незыблемые принципы, союзы и политическая логика, возможно все.

Российский, американский и израильский газ

Все, что я, как сторонний наблюдатель, изложил в связи со страстной поддержкой и обещаниями, данными Майком Пенсом балканским лидерам в Подгорице, основано на ощущении, что местные политические круги не оценивают конфликт двух мощных сил на Балканах здраво, рационально и с точки зрения собственных интересов. Политики не задаются в первую очередь вопросом: «В чем здесь наш интерес?» Является ли российский газ самым дешевым, выгодным и доступным в нашем регионе? Не попадем ли мы завтра в зависимость от дорогого американского газа (или «нового» израильского газа с моря, который Вашингтон предлагает нам в качестве альтернативы)?

Американский газ добывается из сланцев, а затем дорогостоящим способом доставляется в СПГ-терминалы, где его возвращают в газообразное состояние. Поэтому возможностей варьировать его стоимость значительно меньше, чем в случае российского газа. Вопрос и в том, как долго в конкурентной войне, которую Америка ведет за доминирование в энергетической отрасли Европы, можно побеждать исключительно с помощью жестоких антироссийских санкций. Недавние меры уже глубоко затронули и европейские интересы, ведь фирмам Старого света, которые производят оборудование для «Северного потока 2», пригрозили наказанием.

Новоявленная «Инициатива трех морей», в которой участвуют страны ЕС, имеющие выход к Адриатическому, Балтийскому или Черному морю, тоже по праву считается чисто американским проектом. Компетентные политические аналитики называют инициативу основой «американского санитарного кордона близ России». Ясно, что основная цель существования инициативы скрывается за общими целями в рамках экономического и любого другого сотрудничества между странами-участницами, в которых, кстати, проживает 22% населения ЕС, а их общий ВВП достигает 10% от ВВП ЕС. Главная цель заключается в том, чтобы связать еще не построенный СПГ-терминал на острове Крк с СПГ-терминалом в Польше и таким образом создать альтернативу газовой оси Москва — Берлин.

Все это внесло разлад в ряды членов Евросоюза, что весьма выгодно для политики Майка Пенса и его окружения. Трамп же с его желанием не вступать в энергетическую войну с русскими оказывается бессилен. Главной силой, которая подвигла Конгресс лишить президента всякой свободы действий в этом вопросе, является известный ястреб и главный русофоб Джон Маккейн. Он успевает заниматься всем этим, даже несмотря на диагностированную у него опухоль головного мозга в последней стадии!

Разговоры о «дестабилизации Западных Балкан Россией» и попытках «разобщить Балканы и Запад», о чем несколько дней назад говорил в Подгорице Майк Пенс, многих уже заставили воспринимать Балканы как поле боя, на котором местным народам, подвергшимся нападению, нужно помочь — во имя демократии, разумеется. А после «закрытия Адриатики» США собираются взять под контроль Западные Балканы целиком…

Для многих это, вероятно, не самый плохой вариант, ведь все равно нас так или иначе по-разному порабощают разные силы. Хотя все-таки остаются два вопроса: в интересах ли «Западных Балкан» ради чужих амбиций покупать дорогие энергоносители, от которых во многом зависит уровень жизни? И второй вопрос: где те политики, которые в состоянии действовать в интересах граждан, их избравших? Будь у нас такие политики, отношения между Америкой и Россией были бы для нас не столь важны. А так мы — их рабы. Да еще и рады этому.

Босния и Герцеговина. Черногория. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 16 августа 2017 > № 2341522


Босния и Герцеговина. Сербия > Армия, полиция > inopressa.ru, 27 июня 2017 > № 2224171

Министр обороны Австрии: "Мы наблюдаем постепенную исламизацию Балкан"

Кристоф Б.Шильц | Die Welt

Глава австрийского оборонного ведомства Ганс-Петер Доскозил предупреждает в интервью Die Welt о снижении значимости ЕС на Балканах и усилении роли ислама на юго-востоке Европы.

"Мы наблюдаем постепенную исламизацию Балкан", - заявил влиятельный австрийский социал-демократ в беседе с корреспондентом издания Кристофом Б.Шильцем. Он выразил озабоченность в связи с ростом влияния Турции и Саудовской Аравии в регионе.

На этом фоне, подчеркивает министр, "с моей точки зрения неприемлемо, что Турция в рамках натовских операций, возможно, будет наращивать военное присутствие на Балканах". Подобный перевес, скорее всего, будет не в интересах европейцев. "Германия и другие государства не должны сокращать свое присутствие на Балканах, чтобы не нарушать равновесие сил и не вредить стабильности демократии в регионе", - уверен Доскозил.

"В течение многих десятилетий Балканы представляют собой традиционную зону влияния ЕС, однако эта система все больше уходит в прошлое", - замечает автор публикации. К примеру, "Турция взялась за масштабную реконструкцию частично разрушенных в ходе войны мечетей в таких городах, как Баня-Лука и Сараево (Босния), а также Призрен и Приштина (Косово), а также делает крупные инвестиции в обнищавших районах Боснии и южной Сербии, чтобы завоевать сердца жителей", - передает издание.

ЕС хоть и обещал государствам Западных Балкан в 2003 году, что рано или поздно они станут частью Евросоюза, однако многие страны разочарованы вялым ходом переговоров о вступлении. "При этом в регион уже несколько лет стекается миллиардная финансовая помощь от ЕС. Однако активность европейцев, по всей видимости, не находит большого отклика в умах жителей Балкан, - говорится в статье. - Самыми важными помощниками здесь считают Турцию и Россию".

Свое влияние на Балканах, наряду с Турцией, расширяет и Россия. Ее государственное агентство Sputnik заявило в марте: "Балканы больше на слушают Брюссель". "Москва поставила Сербии 6 истребителей МиГ-29, а российские олигархи скупили львиную долю побережья Черногории. Боснийские сербы передали свои НПЗ в городах Босански-Брод и Мордрича российским компаниям", - сообщает Die Welt.

Босния и Герцеговина. Сербия > Армия, полиция > inopressa.ru, 27 июня 2017 > № 2224171


Босния и Герцеговина > Агропром > zol.ru, 7 июня 2017 > № 2201047

Босния и Герцеговина: Сокращение площадей под зерновыми приведет к уменьшению урожая

В сезоне 2017/18 площадь сева и валовой сбор зерна в Боснии и Герцеговине уменьшатся. Сокращение площадей под зерновыми произошло вследствие роста цен на топливо и семена на фоне поздней выплаты субсидий. Сообщает агн. Зерно Он-Лайн со ссылкой на Внешнюю службу Департамента сельского хозяйства США (FAS USDA).

Урожай пшеницы составит 237,6 тыс. т, что на 8% меньше, чем в прошлом сезоне. Валовой сбор кукурузы, сев которой ещё не завершен, снизится на 12% до 1,04 млн. т. Ниже прошлогоднего будут также урожаи ячменя, овса и ржи.

Босния и Герцеговина сильно зависит от импорта зерна. В 2016г. страна импортировала 398,756 тыс. т пшеницы на сумму $70 млн, главным образом, из Венгрии, Сербии и Хорватии. Импорт кукурузы в прошлом году составил 303 тыс. т или $58,3 млн. Почти вся ввезенная кукуруза имела сербское происхождение.

Босния и Герцеговина > Агропром > zol.ru, 7 июня 2017 > № 2201047


Босния и Герцеговина. Сербия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 6 июня 2017 > № 2205342

Ребалканизация Западных Балкан?

Запад должен бороться за этот ключевой регион — иначе он рискует уступить свое влияние Кремлю и радикальному исламизму.

Пол Маккарти (Paul McCarthy), The American Interest, США

Не так давно было принято считать, что вмешательство НАТО в боснийский конфликт, положившее конец войне в регионе, является одним из главных успехов эпохи, последовавшей за окончанием холодной войны. Слободан Милошевич был свержен и понес наказание за свои военные преступления; косовары обрели независимость; и сегодня три западнобалканских государства являются членами НАТО. Однако почти два десятилетия спустя после того, как Охридское соглашение поставило точку в военных действиях в бывшей Югославии, положение региона, раздираемого межэтническими распрями и переживающего откат от демократии, по-прежнему оставляет желать лучшего.

В чем же дело?

В 1990-е годы и в начале 2000-х западное вмешательство в дела Балкан и последовавшая за этим волна зарубежной помощи уступили место модели благотворного невмешательства, которой последовали как Соединенные Штаты, так и Европейский союз. Полагая, что членство в ЕС составит демократическое будущее Западных Балкан, Соединенные Штаты во многом перепоручили задачу политического, институционального и экономического развития региона Евросоюзу.

К сожалению, Европа не смогла в полной мере оправдать связанные с нею ожидания. Приняв в свои ряды Хорватию и Словению, Евросоюз утратил прежний интерес к расширению границ и оставил другие страны региона (Боснию, Сербию, Черногорию, Косово, Албанию и Македонию) ждать на пороге. Явления, которые мы наблюдаем в последние годы: Брексит, миграционный кризис и усиление недовольства Евросоюзом — поколебали самые основы ЕС и стали очередным препятствием на пути присоединения к союзу новых государств-членов. В то же время неразвитость региона и внутренние разногласия только усугубились, оставив на европейской периферии полосу бедных и нестабильных стран, равно как и вакуум, который не преминули заполнить явно менее созидательные политические силы.

Россия с ее реваншизмом вновь выступила в своей традиционной роли защитницы православных христианских народов, используя Балканы в качестве буфера, чтобы предотвратить дальнейшую европейскую экспансию и восстановить собственную сферу влияния. В Сербии, Черногории и Македонии Россия активно влияет на общественное мнение с целью ослабить энтузиазм в отношении членства в ЕС и НАТО, к тому же она продолжает укрепляет свои позиции посредством военной помощи и дезинформации, которая обостряет межэтническую напряженность. Согласно недавнему опросу Международного республиканского института (IRI), членство в НАТО поддерживает все меньшее число македонцев, сегодня этот показатель самый низкий с 2008 года. В Боснии опрос IRI показывает, что за присоединение к ЕС активно выступают только 18% этнических сербов.

Турция и страны Персидского залива ответили на это усилением поддержки балканских мусульман — но помощь их не всегда можно назвать благоприятной. Саудовская Аравия возводит мечети и приглашает к себе на обучение балканских имамов. Некоторые из них возвращаются на родину проповедниками строго консервативного ваххабитского учения, что резко контрастирует с умеренным исламом, который практикуется на Балканах на протяжении веков. Это приводит к росту исламистского фундаментализма среди местного мусульманского населения.

Неудивительно, что в сложившейся обстановке возрождается политика идентичности, сосредоточенная на этнорелигиозном национализме. Лидер сербской части Боснии Милорад Додик призывает к референдуму о независимости, чтобы отделиться от многонациональной Федерации Боснии и Герцеговины. Додик часто ездит в Москву, чтобы засвидетельствовать свое почтение Путину. В Боснии лидер основной мусульманской политической партии Бакир Изетбегович регулярно наносит визиты в Стамбул и частенько появляется на публике со все более авторитарным правителем Турции Эрдоганом.

Еще одним признаком роста напряженности можно назвать призыв не чуждого националистическим взглядам президента Косово Хашима Тачи к созданию национальной армии, и это несмотря на присутствие пятитысячного контингента НАТО и решительное противодействие со стороны западного альянса, а также таких соседей, как Сербия и Македония. Между тем не так давно сербские националисты попытались отправить через границу поезд, украшенный лозунгом «Косово — это Сербия», что носило явно провокационный характер. Президент Албании Эди Рама часто говорит о необходимости расширения сотрудничества между его страной и албанцами в Косово и Македонии, а критики, в свою очередь, обвиняют его в стремлении создать «большую Албанию».

Когда на Ближнем Востоке складывается взрывоопасная ситуация, а Северная Корея угрожает началом ядерной войны, к чему Западу Балканы? Начнем с того, что ввиду близости региона к Европе дестабилизация на Балканах может быстро стать общеевропейской проблемой. В 2015 году этот регион был основным маршрутом для более чем миллиона мигрантов, бежавших в Германию и Швецию, и кризис мог обернуться гораздо более серьезными последствиями, если бы местному руководству не удалось на время оставить свои разногласия и работать сообща.

Если напряженность в регионе продолжит нарастать, в период следующего кризиса подобного сотрудничества может уже не возникнуть. Поскольку боевики ИГИЛ (террористическая организация, запрещена в России — прим.ред.) по-прежнему пользуются политическим хаосом и слабостью стран для проникновения в Европу, под угрозой оказываются гуманитарная ситуация и безопасность.

Россия долгое время поддерживала раскол в регионе, чтобы укрепить свое стратегическое превосходство над Европой, а усилившееся безразличие и даже антипатия к западным институтам Кремлю только на руку. Без опоры на западные институты нелиберальные демократии и растущий религиозный фундаментализм, вероятно, станут в регионе нормой.

Некоторые наблюдатели утверждают, что решить эти многолетние этнические разногласия можно только путем изменения национальных границ — по-видимому, забывая, каким губительным оказался этот подход в 1990-е годы. Дело в том, что переиначить границы, при этом не затронув интересов какой-либо из этнических групп, не возможно. Несмотря на этнические чистки и перемещения, которые имели место во время войны в Боснии, по-прежнему существует много областей (наиболее показательным примером является Сараево), где сербы, хорваты и мусульмане живут бок о бок.

Более того, простой обмен территориями на основании этнического большинства в таком неоднородном регионе, каким являются Балканы — это прямой путь к хаосу. В Косово сербский анклав в Митровице сопротивляется правлению албанского большинства и хочет присоединиться к Сербии. Поскольку в Прешевской долине на юге Сербии есть албанские общины, формально можно предположить, что две территории должны просто обменяться населением. Тем не менее обмен между Прешево и Митровицей спровоцировал бы опасную борьбу за территорию, поскольку не все анклавы прилегают друг к другу географически. По той же причине маловероятно, что Сербия согласится передать в большинстве своем мусульманский регион Сандзак Боснии.

Более эффективным шагом было бы создание и укрепление региональных институтов для содействия экономическому и политическому сотрудничеству и разрешению конфликтов. Таможенный союз Западных Балкан — проект единой экономической зоны, в последнее время обсуждаемый лидерами Сербии, Боснии и Герцеговины (БиГ), Черногории, Македонии, Косово и Албании — может стать шагом в верном направлении. Однако подобную инициативу нельзя рассматривать как замену существенным гарантиям, которые предоставляет более тесное сотрудничество с НАТО и ЕС.

К сожалению, ЕС по сути отказался от своей стратегии расширения в регионе — сдерживаемый постоянным сопротивлением со стороны правительств стран-членов, которые опасаются наплыва дешевой рабочей силы и волны общественного недовольства. Однако тщательно разработанная «дорожная карта» для вступления в ЕС предоставила бы странам региона конкретные стимулы для политических и экономических реформ. Это могло бы привести к укреплению регионального сотрудничества, а следовательно, к спаду межэтнической напряженности и большей стабильности как в регионе, так и на континенте в целом.

Интеграция Западных Балкан в НАТО одинаково важная и, вероятно, более легко выполнимая задача. Предстоящее вступление в НАТО Черногории открывает двери Сербии, Македонии, Боснии и даже Косово. Присоединение к этому жизненно важному альянсу послужит важным сигналом о том, что Балканы считают себя частью Запада и готовы помогать странам противостоять проискам Москвы.

Гарантии, которые предоставляет членство в НАТО, также могут быть полезны в борьбе с терроризмом. Последний опрос, проведенный IRI среди граждан Боснии, показывает, что, хотя боснийцы в этническом отношении расходятся по ряду вопросов, включая членство в НАТО, они едины в своем неприятии «Исламского государства». Преодолеть отвращение этнических сербов — которые по большей части симпатизируют России — к членству в НАТО было бы легче, если представить это как часть более масштабного проекта по борьбе с транснациональным терроризмом и укреплению стабильности в регионе.

Перед Западом стоит неизбежный выбор: либо он относится к Балканам как к ключевому стратегическому активу, либо рискует потерять регион, который может оказаться под влиянием России и исламского экстремизма. В сентябре прошлого года Босния подала официальное заявление о вступлении в Европейский союз. Брюссель должен серьезно рассмотреть эту просьбу, а НАТО следует довести до конца процесс вступления Черногории в альянс, уделяя при этом пристальное внимание Сербии и Боснии как будущим членам. В условиях кризиса, который переживает ЕС, интеграция со странами, стремящимися вступить на европейский путь роста и стабильности, сегодня, как это ни парадоксально, важнее, чем когда-либо прежде.

Пол Маккарти — заместитель руководителя по делам Европы в Международном республиканском институте.

Босния и Герцеговина. Сербия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 6 июня 2017 > № 2205342


Босния и Герцеговина. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > un.org, 18 мая 2017 > № 2187493

Босния и Герцеговина сталкивается с «серьезными трудностями» на пути интеграции в ЕС

Несмотря на ощутимый прогресс, которого достигла Босния и Герцеговина за последние два года в стремлении стать кандидатом в члены Евросоюза, «фундаментальные проблемы» страны все еще ждут своего решения. Об этом заявил Высокий представитель по Боснии и Герцеговине Валентин Инцко, выступая перед членами Совета Безопасности в четверг.

Он подчеркнул, что с момента подписания Дейтонского соглашения прошло уже более двадцати лет, однако Босния и Герцеговина пока не достигла «финишной прямой» в вопросе «мирного, реалистичного и необратимого» процесса интеграции в Европу. Инцко призвал международное сообщество продолжать оказывать поддержку стране в обеспечении ее территориальной целостности.

В свою очередь, заместитель Постпреда России при ООН Владимир Сафронков подверг доклад Высокого представителя ООН критике. «Документ, как прежние аналогичные версии, не дает объективную картину происходящего в стране и грешит однобокими и политизированными оценками, - сказал он. – Мы призываем господина Инцко изменить кредо и перестать обвинять во всех переживаемых страной трудностях боснийских сербов, а в последнее время и хорватов».

По окончании балканских войн, в соответствии с мирными соглашениями, подписанными в Дейтоне, международный контроль за управлением Боснией и Герцеговиной был вверен Высокому представителю. Его выбирает международный совет, отвечающий за выполнение Дейтонских соглашений.

Страна состоит из двух образований – Федерации Боснии и Герцеговины и Республики Сербской. Напомним, что российская сторона неоднократно призывала упразднить институт Высокого представителя по Боснии и Герцеговине.

Босния и Герцеговина подала заявку на вступление в Европейский союз. Власти приступили к реализации программы реформ. В то же время некоторые политические силы продолжают выступать за отделение Республики Сербской и раздел Боснии и Герцеговины, тем самым оспаривая Общее рамочное соглашение о мире и ставя под вопрос суверенитет и территориальную целостность страны.

Босния и Герцеговина. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > un.org, 18 мая 2017 > № 2187493


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 16 марта 2017 > № 2108054

ArcelorMittal модернизирует боснийский завод Zenica

Как сообщает SteelOrbis, компания ArcelorMittal анонсировала, что завершила три инвестиционных проекта модернизации боснийского завода ArcelorMittal Zenica,единственного производителя стали в Боснии и Герцеговине.

По данным компании, два проекта преследуют цель- снизить загрязнение окружающей среды. Речь идет об установке уникальных гибридных фильтров на аглофабрике и внендрение новой технологиипо сокращению выбросов пыли и эмиссии углекислого газа при загрузке коксовых батарей. Третья часть инвестиционного проекта была предназначена на увеличение мощности сортового стана ArcelorMittal Zenica с 300 тыс. тонн до 320 тыс. тонн в год, а также на расширение ассортимента продукции.

Общие инвестиции в проекты составили € 12,4 млн.

Как известно, ArcelorMittal приобрела завод Zenica в 2004 г. и уже инвестировала в производство чуть больше €160 млн.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 16 марта 2017 > № 2108054


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > minprom.ua, 15 марта 2017 > № 2108027

ArcelorMittal модернизировала свой боснийский завод

Транснациональная металлургическая группа ArcelorMittal объявила о завершении трех инвестиционных проектов на своем заводе ArcelorMittal Zenica, который является единственным производителем стали в Боснии и Герцеговине.

Два из этих проектов, как сообщила компания, направлены на снижение уровня загрязнения окружающей среды. На аглофабрике комбината были установлены гибридные фильтры, разработанные ArcelorMittal совместно с датской инжиниринговой компанией FLSmidth. В рамках другого модернизационного проекта, выполненного по технологии британской компании John M. Henderson Machines, достигнуто резкое сокращение выбросов пыли и эмиссии углекислого газа при загрузке коксовых батарей.

Наконец, производственная мощность одного из двух сортовых станов ArcelorMittal Zenica была увеличена от 300 тыс. до 320 тыс. тонн в год, а его сортамент расширен за счет освоения выпуска арматуры в бунтах. Кроме того, компания заявляет о повышении качества продукции.

Совокупный объем всех трех проектов составил всего лишь 12,4 млн евро, однако для Боснии это достаточно много. Вообще, ArcelorMittal, которая в 2004 г. приобрела завод Zenica, до этого простаивавший на протяжении 12 лет, с тех пор инвестировала в него лишь немногим более 160 млн евро, из них 50 млн евро — в повышение экологической безопасности предприятия.

Металлургический завод Zenica, расположенный в одноименном городе Зеница в мусульманской части Боснии, построенный еще в конце XIX века и модернизированный в 1960-х с помощью советских специалистов, оснащен как доменной, так и электродуговой печами. В состав производственного комплекса также входят аглофабрика и коксохим. Сырье завод получает из местных источников. Выпускает предприятие арматуру и катанку для нужд национального рынка. В 2016 г. на ArcelorMittal Zenica было выплавлено около 800 тыс. тонн стали, примерно столько же, сколько в 2014-2015 гг.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > minprom.ua, 15 марта 2017 > № 2108027


Босния и Герцеговина. Люксембург > Металлургия, горнодобыча. Приватизация, инвестиции > metalinfo.ru, 15 марта 2017 > № 2143710

ArcelorMittal модернизировала завод в Боснии за 12.4 млн. евро

Транснациональная металлургическая группа ArcelorMittal объявила о завершении трех инвестиционных проектов на своем заводе ArcelorMittal Zenica, который является единственным производителем стали в Боснии и Герцеговине.

Два из этих проектов, как сообщила компания, направлены на снижение уровня загрязнения окружающей среды. На аглофабрике комбината были установлены уникальные гибридные фильтры, разработанные ArcelorMittal совместно с датской инжиниринговой компанией FLSmidth. В рамках другого модернизационного проекта, выполненного по технологии британской компании John M. Henderson Machines, достигнуто резкое сокращение выбросов пыли и эмиссии углекислого газа при загрузке коксовых батарей.

Наконец, производственная мощность одного из двух сортовых станов ArcelorMittal Zenica была увеличена от 300 тыс. до 320 тыс. т в год, а его сортамент расширен за счет освоения выпуска арматуры в бунтах. Кроме того, компания заявляет о повышении качества продукции.

Совокупный объем всех трех проектов составил всего лишь 12,4 млн. евро, однако для Боснии это достаточно много. Вообще, ArcelorMittal, которая в 2004 г. приобрела завод Zenica, до этого простаивавший на протяжении 12 лет, с тех пор инвестировала в него лишь немногим более 160 млн. евро, из них 50 млн. евро — в повышение экологической безопасности предприятия.

Металлургический завод Zenica, расположенный в одноименном городе Зеница в мусульманской части Боснии, построенный еще в конце XIX века и модернизированный в 60-х с помощью советских специалистов, оснащен как доменной, так и электродуговой печами. В состав производственного комплекса также входят аглофабрика и коксохим. Сырье завод получает из местных источников. Выпускает предприятие арматуру и катанку для нужд национального рынка. В 2016 г. на ArcelorMittal Zenica было выплавлено около 800 тыс. т стали, примерно столько же, сколько в 2014-2015 гг.

Босния и Герцеговина. Люксембург > Металлургия, горнодобыча. Приватизация, инвестиции > metalinfo.ru, 15 марта 2017 > № 2143710


Босния и Герцеговина > Армия, полиция > russian.china.org.cn, 23 февраля 2017 > № 2084178

Внешнеторговая палата Боснии и Герцеговины недавно опубликовала данные, согласно которым объем экспорта оружия страны в 2016 году достиг 87,4 млн евро, увеличившись на 25 проц по сравнению с минувшим годом.

Согласно данным, прирост прибыли производителей военной техники Боснии и Герцеговины в 2016 году достиг 15-20 проц.

Как сообщили местные СМИ, в прошлом году Египет стал крупнейшей страной-импортером оружия из Боснии и Герцеговины с объемом импорта в 22,8 млн евро. Саудовская Аравия заняла второе место, за ней следуют США, Сербия, Афганистан, Турция и Пакистан. --0

Босния и Герцеговина > Армия, полиция > russian.china.org.cn, 23 февраля 2017 > № 2084178


Босния и Герцеговина. Сербия > Внешэкономсвязи, политика > dw.de, 17 февраля 2017 > № 2076935

Босния и Герцеговина намерена подать новый иск в Международный суд ООН в Гааге против Сербии по обвинению в геноциде во время войны 1992-1995 года. Об этом сообщил в Сараево в пятницу, 17 февраля, Бакир Изетбегович, представляющий босняков в президиуме (коллективном главе государства. - Ред.) Боснии и Герцеговины.

Босния намерена обжаловать решение Гаагского суда от 2007 года, в котором Сербия была признана невиновной в геноциде мусульман, совершенном боснийскими сербами в Сребренице в июле 1995 года. При этом убийство 8000 мусульман в Сребренице было признано актом геноцида. Кроме того, суд постановил тогда, что Сербия, которая снабжала боснийских сербов оружием и солдатами, ничего не предприняла, чтобы предотвратить геноцид мусульман. Гаагский суд позволяет подавать новый иск через 10 лет после первого вердикта, если будут собраны новые доказательства.

Решение Изетбеговича, которое поддерживает большинство политиков - боснийских мусульман, подвергают резкой критике политиками из числа боснийских сербов. Ранее они пригрозили блокировать работу органов власти в стране, если иск будет подан. На текущей неделе депутаты-боснийские сербы парализовали работу парламента БиГ.

В Боснии и Герцеговине мусульмане образуют чуть более половины населения, боснийские сербы - примерно треть, хорваты - 15 процентов.

Босния и Герцеговина. Сербия > Внешэкономсвязи, политика > dw.de, 17 февраля 2017 > № 2076935


Босния и Герцеговина. Россия > Госбюджет, налоги, цены > bfm.ru, 17 февраля 2017 > № 2085767

Андрей Нечаев: выплата последнего долга СССР — это пиар-акция

«Это такой хороший жест, что Россия надежный заемщик», — сказал Business FM бывший министр экономики. Как погашение всех кредитов СССР повлияет на внешний долг России?

Россия к лету погасит все долги СССР. Последний транш будет выплачен в ближайшие месяцы в пользу Боснии и Герцеговины.

Как рассказал «Известиям» источник в правительстве, соглашение о погашении последнего долга на чуть более 125 млн долларов готово. По его оценке, его подписание может состояться в ближайшие месяцы, а само погашение осуществлено до лета. В Минфине подтвердили, что долг СССР будет урегулирован до конца этого года.

Босния и Герцеговина является правопреемницей Югославии, поэтому имеет право на получение долгов. СССР в конце 1980-х годов поставлял Югославии нефть, а взамен получал оборудование и потребительские товары. Эти операции были безденежными. Но из-за того, что цены на нефть упали, у Советского Союза из-за стоимости импорта и экспорта перед Югославией образовался долг примерно в 800 млн долларов. СССР начал активно занимать на внешних рынках еще в конце 1970-х годов. Если в 1975 году долг составлял 12 млрд долларов, то в 1980 году уже превысил 20 млрд. Возможно, именно об этом в своем стихе от 31 декабря 1980 года написал будущий министр иностранных дел Сергей Лавров. В произведении, опубликованном лишь 36 лет спустя, есть такие строки: Хлеба нет — повалило ненастье, задолжали мы за рубежом…

Особенно активно страна занимала во времена правления Михаила Горбачева. В 1984 году внешний долг Союза составлял 22 млрд долларов. В 1991 году — уже больше 60. Это были займы западных коммерческих банков и стран Парижского клуба. В 1990-х годах началось сотрудничество России и международного валютного фонда. К концу 1990-х годов Москва должна была МВФ больше 15 млрд долларов. С начала нулевых благодаря растущим ценам на нефть Россия начала быстро отдавать долги как свои, так и СССР. В 2005 году страна досрочно расплатилась с МВФ. А через год полностью рассчиталась с Парижским клубом.

Россия выплатила долг странам Парижского клуба еще 11 лет назад, хотя крайний срок, по условиям соглашений, наступает только в 2115 году. Погашение долга СССР сейчас — это больше политический шаг, считает бывший министр экономики России Андрей Нечаев.

«Если говорить о Боснии и Герцеговине, это долги бывшей Югославии, они потом его долго делили между собой. Это в основном долги по товарным кредитам, потребительские товары: югославская обувь, югославская одежда. С разделом кредита была долгая и сложная история. Сначала по настоянию западных кредиторов еще до распада СССР — это был где-то октябрь-ноябрь — подписали так называемую солидарную ответственность по этим долгам, но поскольку другие республики ничего не платили, в рамках этой солидарной ответственности России в итоге пришлось взять на себя все долги, но взамен мы получили и все активы СССР за рубежом. Последними эти отношения были урегулированы с Украиной уже где-то в 1994-1995 годах. Вообще по долгам надо платить, это прилично. В некотором смысле это пиар-акция: несмотря на санкции, мы рассчитываемся по долгам. Это такой хороший жест, что Россия надежный заемщик. Где-то они гасили деньгами, в Финляндии они гасились поставками вооружений».

Однако на внешний долг России этот исторический факт никак не повлияет: сегодня вопрос внешнего долга сместился в сторону корпоративного сектора, говорит экс-министр экономики Евгений Ясин.

«Вообще внешние долги России, я полагаю, не составляют существенной величины и большой проблемы для нас в настоящее время не породят, потому что государственный долг невелик. А проблема внешнего долга компаний, частных, государственных или смешанных, это серьезная проблема. В «тучные» годы нам предоставляли кредиты с большим удовольствием, имея в виду большие доходы от продажи нефти и газа. Но сейчас ситуация изменилась, и это довольно круто изменило всю обстановку. Это делало проблему весьма острой. Мы можем рассчитывать, что нашим компаниям могут пойти на какие-то уступки в одних случаях, а в других случаях не пойдут, и трудно сказать, как дальше будут разворачиваться события».

По данным Банка России, на 1 октября прошлого года российский государственный внешний долг составлял более 38,5 млрд долларов, частного сектора — 256 млрд долларов. Минфин в последние годы на фоне санкций принял решение больше занимать внутри страны. Таким образом, доля номинированного в рублях долга будет расти по сравнению с валютным.

Босния и Герцеговина. Россия > Госбюджет, налоги, цены > bfm.ru, 17 февраля 2017 > № 2085767


Далее...