«Деловая Босния и Герцеговина»

— раздел базы данных 1998–2019гг. Polpred.com Обзор СМИ.

Экономика и право. Электроэнергетика. Миграция. Туризм. Интернет-доступ на все материалы по стране, 12 месяцев — 49000 руб.
Босния и Герцеговина Новости и аналитика (796 документов) • Авиапром, автопром  число статей в наличии 3 / по этой отрасли с 1.8.2009 по 13.11.2019 читателями скачано статей 13Агропром 34 / 923Армия, полиция 115 / 950Внешэкономсвязи, политика 406 / 4167Госбюджет, налоги, цены 25 / 903Легпром 1 / 9Леспром 4 / 245Медицина 15 / 177Металлургия, горнодобыча 29 / 165Миграция, виза, туризм 34 / 150Недвижимость, строительство 11 / 74Нефть, газ, уголь 46 / 689Образование, наука 2 / 0СМИ, ИТ 24 / 173Таможня 1 / 8Транспорт 13 / 96Финансы, банки 10 / 39Химпром 1 / 13Экология 18 / 471Электроэнергетика 4 / 45 | Главное | Персоны | Все новости


Персоны: ньюсмейкеры, эксперты, первые лица — по теме «Босния и Герцеговина» в Polpred.com Обзор СМИ, с указанием числа статей по данной стране в нашей базе данных. В разделах "Персоны", "Главное" по данной стране в рубрикаторе поиска на кнопке меню слева "Новости. Обзор СМИ" с 1.8.2009 по 13.11.2019 размещены 42 важные статьи, в т.ч. 12 VIP-авторов, с указанием даты публикации первоисточника.
Топ-лист
Все персоны

Погода:

Точное время:
Сараево: 18:47

Нерабочие дни:
07.01 Рождество Христово
15.02 День государственности Сербии (День первого сербского восстания)
01.03 День независимости
01.04 Пасха (2018)
01.05 Праздник труда (День труда)
09.05 День Победы
21.11 День Общего рамочного договора о мире в Боснии и Герцеговине
25.11 День государственности Боснии

bosnia.polpred.com. Всемирная справочная служба

Официальные сайты (79)

Экономика (12) • Агропром (3) • Внешняя торговля (11) • Законодательство (6) • Инвестиции (4) • Книги (5) • Образование, наука (8) • Политика (3) • Сайты (1) • СМИ (1) • Таможня (1) • Телевидение (9) • Транспорт (1) • Туризм, виза (10) • Финансы (3) • Энергетика (3)

Представительства

Инофирмы

Электронные книги

На англ.яз.

Ежегодники «Деловая Босния и Герцеговина»

Экономика и связи Боснии и Герцеговины с Россией →

Новости Боснии и Герцеговины

Полный текст |  Краткий текст


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 6 ноября 2019 > № 3188572

Adriatic Metals начнет в 2022 году производство на руднике в Боснии-Герцеговине

Компания Adriatic Metals планирует запустить в 2022 г. производство на полиметаллическом руднике в Боснии-Герцеговине. По словам представителя компании, на руднике будут преимущественно производиться концентраты серебра и цинка для продажи европейским и китайским заводам.

Как ожидается, производство серебра на проектах Rupice и Veovaca принесет 25% выручки, цинка – 25%, золота – 20%, барита – 10%, свинца – 10%, меди – 10%. Запасы минерального сырья на месторождении оцениваются в 16,8 млн т.

Компания намерена вложить $25 млн в ТЭО по проектам, которое, как ожидается, будет завершено в конце 2020 г. Строительство должно начаться в 2021 г., отметила представитель Adriatic.

К компании проявили интерес инвесторы из Европы и Великобритании, и она намерена попасть в листинг Лондонской фондовой биржи.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 6 ноября 2019 > № 3188572


Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 19 октября 2019 > № 3164148

Беседа Дмитрия Медведева с членом Президиума Боснии и Герцеговины от сербского народа Милорадом Додиком

Из стенограммы:

Д.Медведев: Очень рад Вас видеть, господин Додик. Мы неоднократно встречались в разных ситуациях, но сегодня хороший повод для того, чтобы обсудить жизнь. Так что хотел бы попросить Вас дать актуальный анализ текущей ситуации, которая в настоящий момент сложилась в Боснии и Герцеговине и в Республике Сербской. Но хочу прежде всего отметить Ваш личный вклад в развитие и расширение взаимодействия с нашей страной – с Россией. Так что давайте пообщаемся.

М.Додик (как переведено): Спасибо, господин Председатель Правительства. Сейчас я с Путиным встречался в Минске. У нас очень хорошо развивается сотрудничество между Российской Федерацией и Республикой Сербской и Боснией и Герцеговиной. У Республики Сербской более интенсивные, конечно, контакты, чем у всей Боснии и Герцеговины. Для нас очень важно присутствие вашей компании «Росзарубежнефть» в нашем нефтяном секторе. Я хочу поблагодарить господина Кудряшова (С.Кудряшов – генеральный директор компании «Зарубежнефть») и его команду за хорошую работу.

Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > premier.gov.ru, 19 октября 2019 > № 3164148


Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 19 октября 2019 > № 3175144

Александр Новак принял участие во встрече Председателя Правительства Российской Федерации Дмитрия Медведева с членом Президиума Боснии и Герцеговины от сербского народа Милорадом Додиком

Министр энергетики Российской Федерации принял участие во встрече Председателя Правительства Российской Федерации Дмитрия Медведева с членом Президиума Боснии и Герцеговины от сербского народа Милорадом Додиком.

Стороны отметили расширение взаимодействия между Россией и Республикой Сербской и Боснией и Герцеговиной, а также важность сотрудничества с российской компании «Зарубежнефть» в нефтяном секторе.

Сотрудничество Российской Федерации и Боснии и Герцеговины, включая Республику Сербскую, в сфере энергетики имеет продолжительную историю и устойчивые перспективы, отметил Александр Новак по итогам переговоров.

“Хорошим подтверждением нашей приверженности к развитию сотрудничества является создание в этом году Российско-Боснийско-Герцеговинской Рабочей группы по энергетике. Уже сегодня между российскими и боснийско-герцеговинскими энергетическими компаниями осуществляется работа на постоянной основе”, - сказал глава Минэнерго России.

Базисом для развития отношений двух стран в сфере энергетики выступает газовая сфера: Россия еще с 1978 года является надежным партнером Боснии и Герцеговины в области поставок газа, подчеркнул Александр Новак. Поставки газа и сегодня идут в стабильном режиме, за 2018 год составив 244,8 млн куб. м.

В то же время ведутся совместные работы над диверсификацией маршрутов, в частности, путем строительства нового газопровода “Турецкий поток”.

“После завершения реализации этого проекта Босния и Герцеговина сможет получать газ через Сербию”, - добавил Александр Новак.

Другим, не менее важным направлением сотрудничества в отношениях двух стран является нефтяная сфера, продолжил он. По словам главы Минэнерго России, активную работу на территории страны ведут АО “Зарубежнефть”, владеющая нефтеперерабатывающим заводом «Брод», заводом по изготовлению моторных масел «Модрича» и сетью АЗС, а также компания ПАО “Газпром нефть”, также реализующая нефтепродукты в республике.

“Продолжают развиваться и наши деловые взаимоотношения в электроэнергетической сфере. Изготовленное ПАО “Силовые машины” оборудование успешно работает на нескольких ТЭС республики”, - отметил Александр Новак.

Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Нефть, газ, уголь > minenergo.gov.ru, 19 октября 2019 > № 3175144


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 2 сентября 2019 > № 3108972

ArcelorMittal откладывает сокращение рабочих мест в Боснии

Как сообщает агентство Reuters, компания ArcelorMittal отложит увольнение 300 из 800 рабочих на своем железорудном предприятии в Боснии, пытаясь решить остающиеся проблемы с региональным правительством.

Крупнейший в мире сталелитейный завод, чей завод в городе Зеница перерабатывает железную руду на руднике Omarska в Prijedor, заявил в мае, что планирует сократить производство на треть - 1 млн. тонн и сократить рабочие места с 1 сентября, чтобы продлить срок службы предприятия.

В январе заявка компании на участие в тендере по железорудному месторождению Ljubija для правительства Сербской Республики была отклонена, из-за чего сталелитейщик предупредил о рисках для будущей добычи в этом районе.

Ljubija обеспечила бы компании более устойчивые поставки руды в течение более длительного периода. По словам источников, компания по-прежнему настаивает на участии в проекте.

ArcelorMittal заявила 30 августа, что ведет переговоры с правительством автономной Сербской Республики Боснии, где расположены шахты, о «серьезных проблемах, которые в настоящее время стоят на пути долгосрочного устойчивого будущего» ее горнодобывающего бизнеса.

Она «дала понять, что без удовлетворительного решения этих вопросов у нее не будет иного выбора, кроме как сократить текущие операционные возможности и, к сожалению, рабочую силу ArcelorMittal Prijedor».

ArcelorMittal приостановила работу ряда заводов по всей Европе, сократила производство в других и замедлила запланированный рост производства на Ilva, крупнейшем в Европе сталелитейном заводе, который был приобретен ArcelorMittal в прошлом году.

Компания рассматривает дальнейшие инициативы по снижению затрат, такие как сокращение рабочей недели, сокращение затрат подрядчиков и использование менее дорогого сырья.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 2 сентября 2019 > № 3108972


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 12 июля 2019 > № 3054617

Будущее Bosnian Aluminij пока неясно

Как сообщают СМИ, ранее Emirates Global Aluminium (EGA) и Glencore заявили боснийскому правительству о желании наладить стратегическое сотрудничество Aluminij Mostar в аспекте решения вопроса с алюминиевым заводом Bosnian Aluminij, однако позднее Glencore вышла из переговоров.

EGA заявила, что намерена имплементировать 5-летний план для завода, который должен восстановить платежеспособность предприятия и удвоить его объем производства алюминия.

В случае если Aluminij Mostar не сможет найти стратегического партнера, завод может столкнуться с проблемой банкротства.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 12 июля 2019 > № 3054617


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 18 июня 2019 > № 3028485

Glencore интересуется покупкой боснийского алюминиевого завода

Согласно данным боснийских СМИ, Glencore заинтересовалась приобретением проблемного алюминиевого завода Aluminij, находящегося на пороге банкротства из-за растущей задолженности. Согласно газете «Dnevni Avaz», ссылающейся на источники в правительстве Федерации, приватизация рассматривается единственным «вариантом» для Aluminij и Glencore считается потенциальным покупателем.

В целом Glencore сотрудничает с Aluminij более чем 20 лет. Aluminij испытывает проблемы более 10 лет. В октябре минувшего года оператор ЛЭП NOS отключил Aluminij от электросети из-за невыплаченных долгов.

Ситуация с Aluminij накалилась на минувшей неделе, после того как пришедший на помощь в декабре боснийский поставщик электроэнергии Elektroprivreda HZHB сообщил о намерениях прекратить электроснабжение завода из-за неоплаченного долга, хотя Aluminij уже договорился с другой компанией о поставках электричества. Долги Aluminij перед Elektroprivreda HZHB составляют около $161 млн. Контрольный пакет в Aluminij принадлежит миноритариям.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 18 июня 2019 > № 3028485


Босния и Герцеговина. Евросоюз. Турция. РФ > Нефть, газ, уголь > neftegaz.ru, 10 июня 2019 > № 3049506

А. Миллер и М. Додик. Газпром и Босния и Герцеговина обсуждают поставки по Турецкому потоку

Глава Газпрома А. Миллер и председатель президиума Боснии и Герцеговины М. Додик рассмотрели перспективы расширения сотрудничества.

Рабочая встреча А. Миллера и М. Додика состоялась 8 июня 2019 г. в рамках Петербургского международного экономического форума (ПМЭФ-2019).

В частности, рассматривалась возможность осуществления поставок в Боснию и Герцеговину российского газа, который будет поступать в Европу по магистральному газопроводу (МГП) Турецкий поток.

В свое время Босния и Герцеговина обсуждала возможность получения газа по МГП Южный поток, но проект так и не был реализован.

В декабре 2014 г. Россия остановила проект Южный поток из-за позиции Болгарии, которая под давлением ЕС заблокировала газопровод.

Спустя почти 5 лет на смену МГП Южный поток приходит МГП Турецкий поток.

Газопровод пройдет из России в Турцию через Черное море и далее до границы Турции с сопредельными странами.

1я нитка МГП Турецкий поток (15,75 млрд м3/год газа) предназначена для турецкого рынка, 2я той же мощности - для газоснабжения стран Южной и Юго-Восточной Европы.

Сухопутное продолжение 2й, европейской, нитки пройдет по территории Болгарии, Сербии и Венгрии до Австрии, практически полностью повторяя планируемый участок МГП Южный поток, что дало проекту неофициальное название South stream lite.

Получать газ, поступающий в Европу по 2й нитке МГП Турецкий поток, в случае достижения договоренности, Босния и Герцеговина будет через Сербию.

Отметим, что в ходе встречи с А. Миллером в ходе ПМЭФ-2019, министр горного дела и энергетики Сербии А. Антич сообщил, что строительство сербского участка идет по графику.

Работы активно ведутся на 2 участках маршрута, ожидается получение разрешений на строительство на 2 оставшихся участках линейной части газопровода.

Планируется, что линейная часть будет построена до конца 2019 г.

Поставки российского природного газа в Боснию и Герцеговину осуществляются с 1978 г.

В 2018 г. Газпром поставил в Боснию и Герцеговину 245 млн м3 газа, что на 2,5% меньше по сравнению с 2017 г.

Однако Босния и Герцеговина демонстрирует большую заинтересованность в поставках российского газа.

Тема МГП Турецкий поток затрагивалась в ходе переговоров М. Додика с президентом РФ В. Путиным в январе 2019 г.

Тогда М. Додик говорил о том, что Босния и Герцеговина рассчитывает на вовлеченность в этот проект, так же как и с неслучившемся МГП Южный поток.

Босния и Герцеговина. Евросоюз. Турция. РФ > Нефть, газ, уголь > neftegaz.ru, 10 июня 2019 > № 3049506


Босния и Герцеговина. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 29 мая 2019 > № 3001745

The Guardian (Великобритания): Босния на краю пропасти, и нам нужна помощь Европы

Босния редко попадает в заголовки новостей: после Дейтонского мира 1995 года война в республике прекратилась, а тлеющий конфликт сербов, мусульман и хорватов мало кого интересует. Но внешнее правление, организованное Евросоюзом и НАТО, не стало успехом. Оно оказалось вполне совместимо с коррупцией, нищетой и депопуляцией.

Экономика страны спотыкается, националистические настроения на подъеме, и в этих условиях нет места благодушию и самоуспокоенности.

Александр Брезар (Aleksandar Brezar), The Guardian, Великобритания

В начале оскароносного фильма режиссера Даниса Тановича «Ничья земля», действие которого происходит в Боснии во время войны 1992-1995 годов, солдат боснийской армии читает в окопе газету. Вдруг он обеспокоенно восклицает: «Смотрите, какое дерьмо происходит в Руанде».

Говорят, что эта сцена взята из реальной жизни. Для зрителей она стала лакмусовой бумажкой.

Смеялись вы или нет, воспринимать это можно двояко. Во-первых, как доказательство того, что боснийцы способны сочувствовать другим людям, оказавшимся в беде, хотя у них самих обстоятельства немногим лучше. Второе толкование менее лестное. Может быть, этот безымянный солдат настолько невосприимчив к своему отчаянному положению, к смерти и разрушениям, которые стали определяющей чертой Боснии на начальном этапе ее независимости, что геноцид в Руанде занял более важное место в его сознании?

Находясь в 1992 году в Сараево, я отпраздновал свой восьмой день рождения. А через несколько недель все началось. Родители устроили мне праздник, не ведая о том, что на востоке Боснии и в долине Дрины, которая является естественной границей между Боснией и Сербией, сербские националисты уже начали этнические чистки среди бошняков, как называют боснийских мусульман.

Той зимой даже страшная осада Вуковара в соседней Хорватии не помешала семьям из Сараево отправиться вместе с детьми кататься на лыжах. «Здесь такое случиться не может, с нами такое не произойдет», — ежедневно как заклинание повторяли сараевцы. Я помню, как на дне рождения отец моего друга, полковник югославской армии, отвел моих родителей в сторону и рассказал им о надвигающейся опасности. Родители вежливо выслушали его предостережения. А вечером они посмеялись над словами полковника, посчитав их бредом сумасшедшего. Они думали, что здесь война невозможна. Они были убеждены, что характерный для Боснии плюрализм станет для нас спасением. Кроме того, мы жили на улице Братства и Единства.

Они несомненно ошибались. Наша поездка на две недели к моему дяде, «пока все это не успокоится», превратилась в четырехлетнюю одиссею в поисках убежища. Мой отец в это время оставался дома. В этот период Сараево непрестанно осаждали и беспорядочно обстреливали. Снайперы из отрядов боснийских сербов не проводили различий между военными целями и игравшими на улицах детьми. Южнее в окружении оказался город Мостар. Во втором по величине городе страны Баня-Луке сербы систематически проводили этнические чистки, избавляясь от других национальностей и разрушая мечети. Среди прочего, они уничтожили Ферхадию, входящую в список всемирного наследия ЮНЕСКО. В стране появились лагеря пыток, изнасилования стали орудием войны, заключенных, в том числе детей, расстреливали без суда и следствия. Кульминацией этой оргии насилия стал геноцид в Сребренице, где всего за 10 дней были убиты тысячи человек. А мир как бы подавал сигнал о том, что мы в этой ситуации одиноки — и наплевать на братство, единство и на саму жизнь.

Моя семья воссоединилась в 1996 году. Наша квартира была разрушена, а мой отец едва выжил, когда в самом конце войны ему осколком снаряда пробило живот. Миниатюрные отметины от металла на его теле напоминают о том дне. Вместе со всеми остальными он стал цифрой статистики. Согласно этой статистике, от 400 000 до 1,7 миллиона боснийцев страдают от посттравматического стресса. Ну, это если им повезло, и они выжили.

Самое яркое воспоминание тех лет после нашего возвращения — это городское кладбище, которое я увидел впервые за четыре года. Море мраморных столбиков разлилось по соседним холмам, и каждый был памятником чьей-то трагедии. 130 000 человек погибли, 2,2 миллиона стали внутренне перемещенными лицами. Получается, что этот конфликт затронул всех и каждого. Но люди сосредоточились на восстановлении — своих домов, своей жизни, своей страны. В те первые послевоенные дни на каждом балконе и подоконнике можно было увидеть горшки с цветами. Босния была представлена на Олимпиаде и приняла участие в Евровидении.

Но для страны, где мир был установлен только ради предотвращения новых ужасов, и где в войне не было явного победителя, счастливого конца не получилось. Громоздкий государственный аппарат с 14 уровнями управления и без четкой стратегии примирения создал условия для этно-националистического противостояния и повсеместной коррупции. Приватизация государственных компаний была изгажена кумовством, клановостью и ужасными нарушениями. За последние годы резко выросла безработица среди молодежи, составляющая сегодня 57,5 процента.

С момента окончания войны прошло почти 25 лет, а граждане Боснии по-прежнему влачат жалкое существование. Примерно 23 процента живут за абсолютной чертой бедности. Это привело к массовому исходу населения. Согласно оценке министерства внешней торговли и экономических отношений, в одном только 2016 году 80 000 человек получили разрешение на работу в странах Евросоюза. Сегодня из Боснии ежегодно уезжают сотни тысяч ее граждан. И возвращаться они не собираются. Губительный национализм присутствует повсюду. Сербское большинство в Республике Сербской снова занимается сепаратистской риторикой, а ее руководство все чаще говорит о том, что раздел Боснии неизбежен.

Соседняя Сербия, которой руководит Александр Вучич, продолжает наращивать свой военный арсенал, а Республика Сербская пытается сформировать вспомогательную военизированную полицию, что вызывает тревогу у многих, в том числе, в Совете Безопасности ООН. Правительство Хорватии оказалось в центре громкого скандала, когда стало известно, что ее спецслужбы пытались тайно вооружить небольшие исламистские группировки в Боснии, дабы доказать беспочвенное утверждение о том, что эта страна стала «рассадником терроризма в Европе». Историю тоже переписывают. В Хорватии налицо тревожная тенденция. Там пытаются обелить нацистский режим усташей, который существовал в годы Второй мировой войны. Между тем, правительство Республики Сербской манипулирует правдой о геноциде в Сребренице. Зачастую этот политический ревизионизм поддерживают злонамеренные внешние силы, в том числе, Россия. Европа же в ответ пожимает плечами и ничего не делает.

Те, кто до сих пор верит в единую Боснию, давно уже отказались от своей слепой наивности. Наученные болезненным опытом трех последних десятилетий боснийцы прекрасно понимают, что этот мультикультурный и многонациональный проект сегодня в серьезной опасности. Больше, чем когда бы то ни было, нам нужна помощь Европы. Если Европа позволит Боснии пасть жертвой этно-националистических сил, она решит не только нашу судьбу, но и свою собственную.

Босния и Герцеговина. Евросоюз > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 29 мая 2019 > № 3001745


Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 27 мая 2019 > № 2998732

70 лет после «нет» Тито: российский капитал — сильнейший политический фактор на Балканах (Zurnal, Босния и Герцеговина)

Автор боснийского издания констатирует, что на Балканах российский капитал — это сила. Россия, оказывая влияние на экономику, стремится стать важнейшим политическим фактором на Балканах. И у нее это получается. Особенно это видно в Сербии, Хорватии и в Республике Сербской Боснии и Герцеговины. Кроме экономики, Россия преследует и другую цель — остановить дальнейшее расширение НАТО.

Амарилдо Гутич (Amarildo Gutić), Zurnal, Босния и Герцеговина

Общественность в Австрии возмущена скандалом, который спровоцировал ее вице-канцлер, почти продавшийся России. А вот апатичную общественность Боснии и Герцеговины взволновать трудно, даже когда все ясно как белый день. Кстати, Боснии и Герцеговине при существующей политике и политиках у власти «внешние враги» даже не требуются.

Как стало известно впоследствии, встреча с членом Президиума Боснии и Герцеговины Милорадом Додиком, состоявшаяся 13 мая, стала для уже бывшего австрийского вице-канцлера и лидера ультраправой партии Хайнца-Кристиана Штрахе несчастливой. Всего через несколько дней «Шпигель» и «Зюддойче цайтунг» опубликовали кадры, на которых пьяный Штрахе обещает мнимой племяннице российского олигарха прибыльные контракты в тендерах и доходные фирмы в обмен на «политическую поддержку» его Австрийского партии свободы.

Прозвучало также предложение о 250 миллионах евро «грязных» денег. Штрахе напрасно оправдывался, что отклонил его, и подал в отставку. Канцлеру Себастьяну Курцу не оставалось ничего другого, как распустить правительство и объявить внеочередные выборы.

Австрийский скандал еще раз подтвердил, что российский капитал не сдается и всячески пытается после прорыва на «балканском фронте» пробиться на север — через Австрию. Неслучайно в прошлом году российский президент Владимир Путин присутствовал в качестве гостя на свадьбе австрийского министра иностранных дел Карин Кнайсль, которую на этот пост выдвинула именно Австрийская партия свободы.

«Решительное НЕТ» в прошлом

Не требуется большая геополитическая проницательность, чтобы увидеть стремление России через влияние на экономику наконец-то стать важнейшим политическим фактором на Балканах через 70 лет после решительного «нет», сказанного Тито. К сожалению, наш регион вновь превратился в то место, где державы меряются силами.

В этом смысле, разумеется, главное место занимает Сербия, но и работы там «немного». Значительное влияние на Балканах распространяется через Турцию, чей союз с Россией крепнет день ото дня. Сейчас, пожалуй, только лидер Партии демократического действия Бакир Изетбегович еще верит, что Реджеп Тайип Эрдоган ценит его больше, чем Путина.

Что касается Хорватии, то не найти лучшего примера, чем события вокруг фирмы «Агрокор». Российский «Сбербанк» взял эту крупную компанию под свой полный контроль благодаря хитро предоставленным кредитам. За этим последовала попытка завладеть и нефтяной промышленностью, и россияне продолжают добиваться своего. Ясно, что Хорватия тихо сдается.

В нашем регионе Россия преследует две цели. Во-первых, в экономике, а во-вторых, она хочет остановить дальнейшее расширение НАТО. За последний год журналист нашего издания Авдо Авдич много писал о методах, которыми пользуется Россия, чтобы распространить свое влияние в Боснии и Герцеговине в экономической и политической сфере. Россию в этом всячески поддерживает Милорад Додик, а также преданный ему внутренний союзник Драган Чович, председатель Хорватского демократического содружества БиГ.

В июне прошлого года на бирже в Вене Министерство финансов Республики Сербской продало облигации, и таким образом этот энтитет взял на себя долговые обязательства еще на (дополнительные) 300 миллионов марок.

Покупателя всячески скрывали, но нашему изданию удалось узнать, что им стал российский олигарх, чье имя значится в американском и европейском санкционном списке. Это Константин Малофеев. Российские олигархи, какими бы независимыми они ни казались из-за своих мощных компаний, все же являются инструментом политики Кремля, то есть Путина. Миллиардер Малофеев многие годы финансировал сепаратистские режимы, которые проводят (про)российскую политику. В прошлом году Малофееву отказали во въезде в Боснию и Герцеговину, как и Александру Залдостанову, лидеру организации «Ночные волки». Залдостанов, чье имя внесено в черный список США из-за его связей с сепаратистами на Украине, является другом Путина и хотел устроить девятидневный мотопробег по Балканам под названием «Русские Балканы». В завершении акции он планировал побывать в Баня-Луке, где Додик вручил бы ему специальную награду.

Цепочка «случайностей»

Наше издание на нескольких примерах указывало на все более очевидное влияние России на события в местной политике и экономике, которые вряд ли можно считать случайными.

Можно ли найти пример лучше, чем тайная встреча Николая Патрушева, бывшего главы российской спецслужбы ФСБ, с лидером «Хорватского демократического содружества БиГ» Драгоаном Човичем и Милияном Васе Бркичем, зампредом Хорватского демократического содружества в Хорватии.

«Темой встречи были предстоящие выборы в Боснии и Герцеговине и переизбрание Драгана Човича членом Президиума Боснии и Герцеговины. Кроме сохранения места Човича, обсуждалось и сохранение российского политического, экономико-коммерческого и стратегического влияния в Хорватии и Боснии и Герцеговине», — говорится в документах, содержание которых мы опубликовали в июле прошлого года.

Вскоре после этого Чович на встрече в Мостаре доложил шефу Додику об основных договоренностях. Параллельно председатель Центральной избирательной комиссии Ирена Хаджиавдич устроила визит российских IT-специалистов и других областях, чтобы они «помогли» провести выборы в Боснии и Герцеговине. В это время владелец недвижимости в Вене и «коллега» Додика по санкционному списку США Никола Шпирич помешал службам безопасности Боснии и Герцеговины задержать сербских и пророссийских агентов, которые в 2016 году завербовали двух граждан БиГ для работы на Военное контрразведывательное агентство Сербии.

Не забывают и о младшем поколении. Так, сообщество ветеранов из Москвы, известное под названием «Наследники победы», которым руководит генерал Валерий Вячеславович Калякин, организовало военное обучение для мальчишек из Сербии и Республики Сербской в российских военных лагерях. Разумеется, Додик радушно принял Калякина в Баня-Луке. Уже много написано и о том, как происходит захват нефтяной промышленности в Республике Сербской посредством мостарской компании «Алюминий».

Общественность Австрии возмутилась скандалом, который спровоцировал австрийский вице-канцлер, и, по всей видимости, после выборов ситуация изменится, и российские притязания на эту страну будут отклонены.

А вот апатичную общественность Боснии и Герцеговины взволновать трудно, даже когда все ясно как белый день. Партийные бюрократы крепко держатся за свои рабочие места, а другие тем временем только и думают, как бы им покинуть здешнюю трясину и уехать в ту же Австрию или какую-нибудь другую европейскую страну.

Кстати, Боснии и Герцеговине при существующей политике и политиках у власти «внешние враги» даже не требуются.

Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 27 мая 2019 > № 2998732


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 8 мая 2019 > № 2980552

ArcelorMittal сокращает производство железной руды в Боснии

Как сообщает агентство Bloomberg, компания ArcelorMittalсократит производство и сократит 300 из 800 рабочих мест на своих железных рудниках в Боснии.

Как заявила компания во вторник, 7 мая, объем производства будет сокращен на треть до 1 млн. тонн, а сокращение рабочих мест будет проведено в сентябре.

ArcelorMittal управляет сталелитейным заводом в центральном боснийском городе Зеница, который перерабатывает железную руду со своих рудников Омарска в Приедоре.

В нем говорится, что этот шаг должен был продлить срок эксплуатации рудника Омарска до 10 лет. «Без принятия этих мер шахту придется закрыть в 2025 году», - сказали в компании.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 8 мая 2019 > № 2980552


Босния и Герцеговина. СНГ. ЕАЭС. РФ > Медицина > remedium.ru, 4 апреля 2019 > № 2981086

Боснийский производитель лекарств АО «Босналек» объявил о прохождении инспекции на соответствие требованиям правил надлежащей производственной практики Евразийского экономического союза. По результатам прохождения инспекции предприятию присвоен сертификат GMP, выданный министерством здравоохранения Республики Беларусь.

«Босналек» стал первым восточноевропейским производителем лекарств, прошедшим сертификацию GMP по единым правилам ЕАЭС. Результаты инспекции признаются всеми странами-участницами Евразийского экономического союза, что дает производителю возможность регистрации его лекарственных средств по процедуре ЕАЭС в любой из его стран без валидации на соответствие локальным требованиям GMP.

Важность данного сертификата для «Босналек» обусловлена значимостью рынка стран СНГ и России, где реализуется до 50% продукции предприятия, а оборот в 2018 году превысил 45 млн евро (IQVIA, sell-in). Получение евразийского сертификата GMP свидетельствует о серьезных планах «Босналек» по дальнейшей экспансии на рынки евроазиатского региона.

Босния и Герцеговина. СНГ. ЕАЭС. РФ > Медицина > remedium.ru, 4 апреля 2019 > № 2981086


Босния и Герцеговина. Бельгия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 20 марта 2019 > № 2927442

Босния и Герцеговина между исламом и НАТО

Боснийские мусульмане сделали выбор

Боснийские мусульмане продолжают блокировать формирование правительства. «Партия демократического действия» во главе с Бакиром Изетбеговичем уже пять месяцев препятствует созданию действующего Совета министров — фактического правительства. Основной причиной является политика главы «Союза независимых социал-демократов» Милорада Додика, вступившего после выборов в должность главы президиума Боснии и Герцеговины (БиГ). Политик, представляющий интересы сербского населения, активно противодействует втягиванию страны в НАТО и неоднократно заявлял о безальтернативности нейтралитета БиГ.

В начале марта переговоры между представителями боснийских мусульман, хорватов и сербов перешли в конструктивную плоскость. Ряд изданий поспешил заявить о том, что предварительные договоренности достигнуты и формирование Совета министров закончится до конца месяца.

В понедельник, 18 марта, Милорад Додик, Бакир Изетбегович и представитель «Хорватского демократического содружества Боснии и Герцеговины» Драган Чович заявили о согласии вновь вернуться к переговорам.

«Сегодня мы договорились о принципах действий в течение следующих четырех лет, я думаю, что мы сделали там хороший шаг», — цитирует лидера ПДД Бакира Изетбеговича издание Balkan Insight.

Примечательно, что инициатором встречи, которая привела к разработке ряда принципов формирования правительства, выступил Изетбегович. Тем не менее положительный эффект переговоров был обнулен самим представителем бошняков, потребовавшим недельной отсрочки, прежде чем подписанные договоренности вступят в силу.

Милорад Додик расценил маневры лидера ПДД как затягивание процесса формирования правительства.

20 марта, отвечая на вопросы издания «Вечерние новости», политик заявил: «Что касается установления власти Боснии и Герцеговины, то есть готовность сербской стороны, которая давно разработала свою политику на уровне Сараево сразу после выборов, а также хорватской стороны, но она остается незавершенной у политической элиты бошняков».

В том, что «Партия демократического действия» продолжит строить козни и саботировать работу правительства, сомнений нет — бошняки в последние годы получают солидную поддержку со стороны Запада, поэтому до последнего будут тащить упирающееся население Боснии и Герцеговины в НАТО и ЕС. При этом Изетбеговича и его соратников нисколько не волнует тот факт, что вступление в альянс болезненно ударит по бюджету и без того бедной страны с уничтоженной промышленностью, ведь уже к 2024 году ежегодные взносы стран — членов альянса должны составлять не менее 2% от ВВП. Понятно, что эти траты нисколько не повлияют на благосостояние лидеров ПДД, временно считающихся «рукопожатными» на Западе.

Куда примечательнее сам факт поддержки боснийскими мусульманами и их лидерами курса на вступление страны в блок НАТО ради сиюминутных бонусов. В тот самый блок, который ковровыми бомбардировками вгоняет в каменный век еще недавно процветавшие исламские государства в Африке и на Ближнем Востоке.

Судя по всему, опыт Хусейна и Каддафи, продолжительный период времени «друживших» с США, не впечатляет ни Изетбеговича, ни его сотоварищей. Наверное, они верят, что статус «наш сукин сын» выдается пожизненно.

Что же касается их избирателей, то они, судя по всему, также уверовали в свою привилегированность и в то, что в глазах США и ЕС они являются «белой костью», в отличие от сербов; что с ними никогда не случится того, что происходило и происходит с мусульманами Ирака, Ирана, Сирии, Сомали, Ливии, Ливана, Йемена и Афганистана. Что, если завтра Западу будет выгодно ввергнуть Балканы в очередную бойню, на защиту мусульман Боснии и Герцеговины мигом грудью встанут отважные бойцы НАТО, готовые отдать за них свои жизни.

Вся эта история учит нас в первую очередь осознанию степени деградации религиозных чувств в современном мире. Мы видели, как брали западные деньги и оружие афганцы, которых с переменным успехом их же «благодетели» обстреливали в XIX и в ХХ веке, и продолжают заниматься этим сейчас. Видели поддержку американскими гяурами радикальных исламистов в Чечне и Сирии. Сегодня мы можем наблюдать, как на Украине самодельная церковь им. Петра Порошенко захватывает один за другим храмы, паства которых реагирует на еретиков весьма равнодушно. Видим спокойствие, с которым католики воспринимают публичные заявления Ватикана о необходимости провести апгрейд Библии, потому что она «устарела». Видим, наконец, как радостно кушают с ладошки палачей исламского мира боснийские мусульмане.

Кроме того, мы видим деградацию политическую — когда ни уроки истории, ни скорбный опыт других государств, ни национальные интересы не добавляют здравого смысла целому народу и его лидерам на пути к пропасти, в погоне за какой-то совсем уж призрачной морковкой.

Вероятно, находящиеся на окраине Европы Балканы уже становятся полноценной частью дивного нового мира, в котором все решается манипуляциями общественным мнением, а люди определяются не по национальному или религиозному признаку, а по своей вере в те или иные виртуальные симулякры, наиболее популярными из которых в последние десятилетия были «дружная семья европейских народов», «цивилизованный Запад» и «могущество НАТО».

Вероятно, политически активная часть боснийских мусульман (тех, кто еще не сбежал работать в ЕС) все еще верит в эти симулякры. Может быть, даже больше, чем сами жители «просвещенной Европы», в последние годы постепенно смирившиеся с некомфортными мыслями о многополярности мира, упадке Евросоюза и приоритете национальных интересов.

Остаётся надеяться, что сербам (и, как ни странно, хорватам) Боснии и Герцеговины удастся удерживать страну от сползания в НАТО, чтобы изменился то ли геополитический расклад, то ли сама мифология Западной цивилизации.

Юрий Ковальчук, автор Balkanist.ru специально для ИА REGNUM

Босния и Герцеговина. Бельгия > Внешэкономсвязи, политика > regnum.ru, 20 марта 2019 > № 2927442


Босния и Герцеговина. ЦФО > Таможня. Транспорт > customs.ru, 15 марта 2019 > № 2932728

Гражданин Боснии и Герцеговины в результате расследования таможенников выплатил около 5 млн руб. за ввоз спорткара Porsche 911

Сотрудники Центральной акцизной таможни в ходе расследования выявили факт эксплуатации на территории Москвы автомобиля марки Porsche 911 Turbo S, в отношении которого не были уплачены таможенные платежи в размере более 4 млн руб.

На территорию ЕАЭС автомобиль стоимостью 12 млн руб. был ввезен гражданином Боснии и Герцеговины на условиях временного ввоза, а затем перепродан российскому лицу.

По факту нарушения было возбуждено уголовное дело по ст. 194 УК РФ «Уклонение от уплаты таможенных платежей взимаемых с физического лица, совершенного в крупном размере группой лиц по предварительному сговору».

В ходе следствия гражданин Боснии и Герцеговины полностью возместил в бюджет причиненный ущерб в размере 4 млн руб. таможенных платежей, а также 500 тыс. руб. пеней. В связи с этим, согласно положениям ст. 76.2 УК РФ, правонарушителю назначено наказание в виде судебного штрафа размером 200 тыс. руб.

Босния и Герцеговина. ЦФО > Таможня. Транспорт > customs.ru, 15 марта 2019 > № 2932728


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 6 марта 2019 > № 2913102

ArcelorMittal приостановит добычу железной руды в Боснии

Как сообщает агентство Reuters, компания ArcelorMittal остановит добычу железной руды на своих боснийских рудниках, что приведет к "далеко идущим последствиям" для сотрудников и доходов на ее подразделении ArcelorMittal Prijedor. Решение принято после того, как соглашение о транспортировке с региональной железнодорожной компанией Zeljeznice RS не было подписано.

После прекращения переговоров с железнодорожной компанией Zeljeznice RS, транспортировка железной руды из Prijedor в Zenica будет немедленно прекращена, а производство на руднике Omarska остановлено, говорится в сообщении компании.

Производство на сталелитейном заводе в Zenica не будет затронуто. ArcelorMittal также заявила, что переговоры с железнодорожной компанией о транспортных расходах и количестве отгруженной железной руды будут продолжены, и есть надежда, что будет найдено решение, позволяющее возобновить производство на шахтах.

В январе заявление ArcelorMittal о предложении участия боснийского правительства в находящемся поблизости железорудном руднике Ljubija было отклонено по процедурным вопросам, из-за чего компания предупредила о рисках для будущей добычи полезных ископаемых в этом районе.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 6 марта 2019 > № 2913102


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 1 февраля 2019 > № 2883381

ArcelorMittal отказали в покупке железорудной шахты в Боснии

Как сообщает агентство Reuters, заявка ArcelorMittal на участие в торгах боснийского правительства по продаже железорудной шахты Ljubija была отклонена из-за процедурных вопросов, говоря о рисках для будущей добычи в этом районе.

ArcelorMittal владеет металлургическим заводом в центральном боснийском городе Зеница (Zenica), где он перерабатывает железную руду со своих рудников в Prijedor на севере страны.

Правительство автономной Сербской Республики Боснии имеет 64,9% акций в соседнем руднике Ljubija, который был выставлен на продажу через биржу региона по начальной цене 69 млн. боснийских марок $(40,3 млн.). Небольшие инвестиционные фонды владеют оставшейся долей.

Официальный представитель IDBRS сообщил Reuters, что ArcelorMittal Holdings AG не отвечает требуемым критериям, и что вскоре будет объявлен новый аукцион по продаже государственного пакета акций.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 1 февраля 2019 > № 2883381


Босния и Герцеговина. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 17 января 2019 > № 2856276

Встреча с Председательствующим Президиума Боснии и Герцеговины Милорадом Додиком

В Белграде состоялась беседа Владимира Путина с Председательствующим Президиума Боснии и Герцеговины Милорадом Додиком.

В.Путин: Я очень рад Вас снова видеть и иметь возможность поздравить Вас с победой на выборах и с избранием Председательствующим Президиума Боснии и Герцеговины.

Отношения у нас развиваются, слава Богу, успешно. Я знаком с проектами, которые осуществляются по разным направлениям. Надеюсь, нам хотя бы коротко удастся некоторые вопросы затронуть сегодня.

Очень рад Вас видеть.

М.Додик (как переведено): Мне также очень приятно с Вами вновь увидеться, поприветствовать Вас.

Спасибо за поздравление с выборами. Нам удалось добиться очень хорошего выборного результата.

У нас сейчас продолжается процесс становления госорганов Боснии. Есть, конечно, много проблем. Как и всегда бывает в Боснии, постоянно выдвигаются какие-то условия, и босняки сейчас выдвигают нам условия, что они пойдут на всё, если мы согласимся на путь в НАТО, а мы, сербская часть, естественно, на это не согласны. Так что применение этих выборных результатов будет еще долгое время продолжаться.

Мы в Республике Сербской завершили учреждение всех органов власти, так что мы совершенно нормально функционируем. А на уровне Боснии и Герцеговины все в техническом мандате. Там кое-кто не очень доволен своими результатами, поэтому все тормозится.

Хочу выразить удовлетворение тем, как развиваются проекты, о которых мы раньше говорили и договаривались. Мы рассчитываем, что останется наша вовлеченность в проект «Турецкий поток», так же как мы фигурировали при обсуждении «Южного потока». У нас есть абсолютно все необходимые документы, все проектные документы, что позволяет нам это все делать.

Босния и Герцеговина. Евросоюз. Россия > Внешэкономсвязи, политика > kremlin.ru, 17 января 2019 > № 2856276


Босния и Герцеговина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 января 2019 > № 2855299

Avangarda (Босния и Герцеговина): Додик в Боснии и Герцеговине внедряет модель правления Владимира Путина

«Россия заинтересована в том, чтобы вернуть мир во времена холодной войны». «На Сербию набросили российскую энергетическую петлю, которая может ее задушить». «Режим Владимира Путина жестоким и грубым образом пытается манипулировать балканскими странами» — такого рода заявления сербский политик сделал в интервью боснийскому изданию накануне визита в Сербию президента Путина. Невольно задумаешься, зачем?

Тамара Никчевич (Tamara Nikčević), Avangarda, Босния и Герцеговина

Председатель Лиги социал-демократов Воеводины Ненад Чанак рассказал в интервью «Авангарду» о методах правления Милорада Додика: «Додик в Боснии и Герцеговине, прежде всего в Республике Сербской, внедряет модель правления Владимира Путина, в которой любая оппозиционная идея воспринимается в штыки, а любое сомнение в необходимости власти Додика преподносится как удар по Республике Сербской. Додик делает ставку на национализм, и у него насильственные, почти фашистские методы правления. При этом ясно, что насилие Додика — эхо того насилия, которое во время страшной войны в 90-е разорвало Боснию и Герцеговину на национальные обрывки и которое никогда не позволит ей трансформироваться в настоящее государство». Также Ненад Чанак объяснил, чем обусловлена внешнеполитическая ориентация Сербии: «Из-за вредительской передачи России компании „Нефтяная индустрия Сербии" (НИС), а с ней и воеводинского „Нафтагаза" на Сербию набросили российскую энергетическую петлю, которая может ее легко задушить… Если русские перекроют вам поставки газа и заставят зимой сотни тысяч семей замерзать, то у вас появится идеальное „топливо" для социальных протестов, которые отнюдь не способствуют стабильности общества. Российская гуманность, если говорить о поставках газа, уже проверена на Украине, и с русскими, как мы уже видели, тут лучше не шутить». Говоря об условиях, необходимых для изменений в наших обществах, Чанак отметил: «Я верю в способность людей меняться. Чтобы изменилось общество, нужны конкретные идеи, конкретные предложения, разительно отличающиеся от нынешних. К сожалению, сегодня предлагают в основном идеи, основанные на „крови и земле", на этнической и религиозной принадлежности. Пока от этого не откажутся, мы будем ходить по замкнутому кругу».

Комментируя решение министров иностранных дел стран-членов НАТО, которые поддержали активацию Плана действий по членству в НАТО (ПДЧ) для Боснии и Герцеговины, всегда бдительный посол России в Сараево Петр Иванцов отметил, что почти половина граждан Боснии и Герцеговины не поддерживает вступление в НАТО. Российский посол напомнил, что этот военный альянс «во время прошлых конфликтов выступил против одной из конфликтующих сторон».

«Погибли люди, нанесен материальный ущерб, пострадала природа. Граждане Боснии и Герцеговины, вне зависимости от их этнической принадлежности, все еще ощущают на себе последствия», — отметил Иванцов, добавив, что «давление на Боснию и Герцеговину, направленное на ее вступление в альянс, является не только вмешательством во внутренние дела Боснии и Герцеговины, но и нарушением Дейтонских принципов равноправия трех народов в принятии внешнеполитических решений».

«В Боснии и Герцеговине существует консенсус по данному вопросу, что ясно подтверждает Декларация о военном нейтралитете, которую приняла Народная скупщина Республики Сербской», — сказал Иванцов.

Председатель Лиги социал-демократов Воеводины Ненад Чанак сказал в интервью «Авангарду», что Россия, несомненно, заинтересована в том, чтобы вернуть мир во времена холодной войны. «Она пытается вновь упрочить свою позицию, точнее вернуть нас во времена холодной войны и биполярного мира. Россия стремится создать свои новые зарубежные базы как можно дальше от собственных границ. Кремль убежден, что для этой цели наиболее пригодны Балканы», — заявил Ненад Чанак.

Avangarda: Балканы наиболее пригодны?

Ненад Чанак: Да. Раз не получилось в Черногории, Россия уже давно старается превратить Сербию в свой непотопляемый авианосец, которым она сможет воспользоваться как козырем в торгах с Западом.

Разумеется, печально, что этот бывший югославский народ по-прежнему не понимает того, что описывает известная африканская пословица «Когда слоны бьются, страдает трава, но и когда слоны милуются, трава все равно страдает».

— Где же сейчас больше всего страдает балканская трава?

— В Боснии и Герцеговине. Почему? Неужели кто-то действительно считает, что Милорад Додик мог бы так нагло вести себя с собственными гражданами, не имея поддержки нынешнего российского руководства? Зачем одному из самых влиятельных людей мира, Владимиру Владимировичу Путину, регулярно встречаться с президентом энтитета одной даже не самой большой страны на небольших Балканах?! Додик в Боснии и Герцеговине, прежде всего в Республике Сербской, внедряет модель правления Владимира Путина, в которой любая оппозиционная идея воспринимается в штыки, а любое сомнение в необходимости власти Додика преподносится как удар по Республике Сербской. Додик делает ставку на национализм, и у него насильственные, почти фашистские методы правления. При этом ясно, что насилие Додика — эхо того насилия, которое во время страшной войны в 90-е разорвало Боснию и Герцеговину на национальные обрывки и которое никогда не позволит ей трансформироваться в настоящее государство.

— Почему не позволит?

— Потому что они понимают, что ни одно настоящее государство не потерпело бы тех мерзостей, которые мы наблюдаем в последние дни. Я имею в виду насилие против семьи Драгичевич, против СМИ и граждан Республики Сербской. Они приказали спецназовцам в бронежилетах схватить женщину, которая держала в руках фотографию убитого сына, и с дубинками в руках напасть на мать с четырехгодовалым ребенком. На подобное способны только сумасшедшие и безжалостные люди!

— Помимо Боснии и Герцеговины, кто еще на Балканах является жертвой «торгов» между Западом и Россией?

— Я уже сказал, что режим Владимира Путина очень жестоким и грубым образом пытается манипулировать балканскими странами. Ту же тяжелую российскую пяту ощутили на себе Абхазия и Осетия в Грузии, а также Украина, в которой введено военное положение.

Если говорить о Балканах, то в октябре 2016 года в Черногории при нескрываемой российской поддержке была совершена попытка государственного переворота. Хотя в 2017 году Черногория вошла в НАТО, я не стал бы исключать возможность новых ударов по черногорскому руководству. Такое же потрясение пережила и Македония в апреле 2017 года. Косово, как и Босния и Герцеговина, является главной болевой точкой на Балканах, поэтому и там я ожидаю попытки дестабилизировать обстановку. Цель — доказать, что Россия является тем фактором, без которого на Балканах не будет ни мира, ни стабильности. «Вредному влиянию» России сегодня очень подвержена и Хорватия со Словенией, хотя обе эти страны приложили большие усилия, чтобы изменить ситуацию.

— А что Вы скажете о Сербии?

— Будучи объектом постоянного и сильного давления России, Сербия все же пытается сопротивляться натиску и сблизиться с ЕС. Из-за внутренней неразберихи этот процесс, я боюсь, затянется очень надолго. Тем более что Брюссель нисколько не старается облегчить его для Сербии.

— Как Сербия сопротивляется давлению России?

— Политика — это математика возможного. В сфере энергетики Сербия, конечно, зависит от России, и это не дает ей, или, по крайней мере, мешает оказывать большее сопротивление. Иными словами, этот факт ставит под сомнение независимость политики Белграда от Москвы.

Я уже сказал, что цель официальной политики Сербии — вступление в Европейский Союз. И я, как председатель комитета по европейской интеграции Скупщины Сербии, могу лично подтвердить искренность этого намерения. Несмотря на общественное сопротивление, в этом плане уже многое удалось сделать. Кстати, за прошедшие четыре года Сербия провела переговоры с ЕС по 16 пунктам, охватив, таким образом, половину от общего количества, и готова начать обсуждение еще по нескольким аспектам. Все это подтверждает искренность ее европейской политики.

С другой стороны, налицо определенная внешнеполитическая амбивалентность, которая связана не только с желаниями собственно Сербии, но и, в первую очередь, с отношениями между Евросоюзом и Россией. Если эти отношения обострятся, Сербия, бесспорно, окажется в очень неблагоприятной ситуации.

— Ей придется выбирать между Россией и Европейским Союзом?

— Нет, ей придется выбирать между самым сильным своим экономическим партнером, то есть Евросоюзом, и страной, которая обеспечивает Сербию большей частью энергоносителей, то есть Россией. Самую значительную финансовую поддержку для восстановления Сербии и ее экономического развития оказывает Евросоюз. К сожалению, это не снижает энергетической зависимости Сербии от России. То есть я имею в виду не политический, а экономический аспект этой проблемы. Нельзя забывать, что из-за вредительской передачи России компании «Нефтяная индустрия Сербии» (НИС), а с ней и воеводинского «Нафтагаза» на Сербию набросили российскую энергетическую петлю, которая может ее легко задушить. Поэтому я утверждаю, что Сербия находится в сложной внешнеполитической ситуации, в которой на первый план выходят не историко-эмоциональные соображения, а совершенно четко определенные экономические параметры. Если русские перекроют вам поставки газа и заставят зимой сотни тысяч семей замерзать, то у вас появится идеальное «топливо» для социальных протестов, которые отнюдь не способствуют стабильности общества. Российская гуманность, если говорить о поставках газа, уже проверена на Украине, и с русскими, как мы уже видели, тут лучше не шутить.

— Когда президент Сербии то и дело приглашает на консультации российского и китайского посла в Белграде, то, по-вашему, он руководствуется теми экономическими соображениями, о которых вы говорите, или…

— Я понимаю, что нужно вести диалог с как можно большим количеством сторон для определенного баланса, то есть чтобы избежать политического и экономического потопления Сербии. Насколько мне известно, Вучич беседует не только с двумя послами, которых вы упомянули, но и с послами США и стран Европейского Союза. То есть он не ориентируется только на одну страну. В противном случае европейская интеграция Сербии не протекала бы с такой скоростью и динамикой.

Не так давно, до прихода к власти Сербской прогрессивной партии, я входил в большинство, и я очень хорошо помню, сколько усилий пришлось приложить, чтобы встать на путь сближения с Евросоюзом. Все продвигалось очень медленно.

— Сейчас процесс ускорился?

— Да. Я уже упомянул о начатых переговорах по 16 пунктам с ЕС. Это факт. Другое дело, что обстановка в Сербии накалилась. С одной стороны, власть и СМИ обзывают оппозицию последними словами, а с другой, любого, кто не критикует Вучича 24 часа в сутки, объявляют «лжеоппозицией». При этом каждый, кто его критикует, автоматически причисляется к «надежным людям, которые борются за правду». Разумеется, и то, и другое далеко от правды.

— А где же правда?

— Для начала задумайтесь, есть ли и сколько среди этих «настоящих оппозиционеров» тех, кто готов безоговорочно выполнить любое распоряжение российского посла, а тем более самого Путина? Не кто-то ли из них организовал в этом году «молодежно-патриотический» лагерь в Златиборе под российским патронажем, а кое-кто даже открыто поддерживает отказ от европейского пути и сближение с Россией?

— К сожалению, таких много среди «настоящих оппозиционеров».

— Именно. Если очень упрощенно охарактеризовать политическую арену в Сербии, то можно сказать, что все те, кто настаивает на Резолюции 1244, так или иначе связаны с российскими интересами. С этой перспективы можно установить, «кто на какой стороне».

— А на какой стороне стоите Вы, если говорить об отношении к Сербской прогрессивной партии и президенту Вучичу?

— Как вам известно, последние 25 лет Вучич и я всегда стояли по разные стороны. Я хочу заметить, что не испытываю никаких сантиментов по поводу его прошлого. Наоборот, я без понимания отношусь к тому, что он националист, центрист и прочее… Я не могу не замечать этого так же, как не могу игнорировать тот факт, что за последние четыре года Сербия без колебаний продвигалась к началу переговоров о вступлении в Европейский Союз.

— Не удивляют ли Вас заявления премьера Македонии Зорана Заева, который говорит, что сомневается, что лидер оппозиционной партии ВМРО-ДПМНЕ Христиан Мицкоски не причастен к бегству бывшего премьер-министра Николы Груевского в Венгрию. Эти сомнения якобы основаны на неясностях и недомолвках вокруг встречи Мицкоского с премьером Венгрии Виктором Орбаном и президентом Сербии Александром Вучичем непосредственно перед бегством Груевского? Президент Черногории Мило Джуканович недавно тоже заявил, что в последний год отношения Сербии с соседями обостряются, в особенности с Загребом, Приштиной и Подгорицей. Отмечаете ли Вы эту тенденцию? Иными словами, становится ли Белград инструментом для достижения интересов России на Балканах и фактором дестабилизации нашего региона?

— Я не могу сказать, что все сказанное вами неправда, но и чистой правдой признать тоже не могу. Равная отстраненность Сербии от России и Китая очевидна. Тем более что Сербия не позволила этим двум государствам вмешаться в ее внутреннюю политику так же, как, например, СССР вмешивался в политику стран бывшего восточного блока. Сейчас все, конечно, иначе.

С другой стороны, Александр Вучич может измениться и уже значительно изменился по сравнению с тем Вучичем, которого мы знали во времена Сербской радикальной партии. Это опять-таки не означает, что он с легкостью может отказаться от всех своих убеждений, принципов и так далее. А некоторые из них весьма радикальны. Именно поэтому я полагаю, что обстановка в нашем регионе обострилась бы намного больше (это правильно понимают наши соседи), если бы России позволили помыкать Сербией как своей марионеткой. Уж поверьте мне.

Я не интересовался отдельно бегством Николы Груевского из Македонии. Но, насколько мне известно, в момент, когда Груевский пересекал границу, Македония еще не выдала ордер на его арест. Я хочу сказать, что в таком случае не было никаких причин его задерживать.

— В заявлении, которое я процитировала, премьер-министр Заев говорил не о задержании Груевского, а о встречах президента Вучича с премьером Орбаном и Мицкоским.

— Заев уже говорил об этом. Вы только представьте себе реакцию наших партнеров из Европейского Союза, если бы государство Сербия без всяких на то правовых оснований стала бы задерживать свободных людей, арестовывать их и тому подобное. Соответствовали бы эти действия 31-му критерию, необходимому для вступления Сербии в Евросоюз, который касается верховенства права?

— Соответствует ли критериям Европейского Союза сокрытие в посольстве Сербии в Подгорице Бранки Милич, которую обвиняют в терроризме в Черногории? «Не забывайте, что Сербия, как и любое другое государство, обязано помочь любому своему гражданину, который просит у него помощи. Эта помощь полагается и госпоже Милич. Я надеюсь, что соответствующие институты обеих стран, с одобрения госпожи Милич, придут к обоюдно приемлемому соглашению», — сказал недавно министр Ивица Дачич, комментируя «дело» Милич.

— Дачич всегда говорит то, что, по его мнению, может понравиться его электорату. Тут он пользуется своим положением главы МИДа, что никому во власти, конечно, не нравится.

Разумеется, мне очень жаль, что между Черногорией и Сербией возникло непонимание. Но факт в том, что, недавно открыв памятник Иосипу Броз Тито в Подгорице, Черногория подтвердила свою приверженность антифашистской, партизанской и освободительной традиции, берущей начало в годы Второй мировой войны. В Сербии же подавляется и антифашизм, и достижения Второй мировой войны, поэтому закономерно, что конфликт между двумя странами возник и на этом уровне тоже, хотя он не связан с текущей политикой.

— Некоторые аналитики утверждают, что Сербия обостряет риторику в отношении стран региона, прежде всего Хорватии и Черногории, из-за неспособности сербского руководства решить проблему Косово. Действительно ли дело в этом, или Сербия просто возвращается в 90-е?

— Трудно скрыть, что сейчас есть много общего с тем временем, и все же я не думаю, что Сербия возвращается в 90-е годы. Не исключено, что обострение риторики по отношению к соседям отчасти объясняется застоем в переговорах с Приштиной, особенно если учесть, что официальная Приштина уже совершила несколько очень серьезных ошибок. С моей точки зрения, на Подгорице лежит ответственность за перерыв в диалоге.

По-моему, урегулирование отношений между Белградом и Приштиной является одним из важнейших условий для нормализации отношений в самой Сербии. Любой здравомыслящий человек давно понимает, что Косово — независимое государство, и тем не менее «патриотическая» пропаганда ежедневно причисляет всех тех, кто говорит об этом вслух, к врагам государства. Главное условие для нормализации отношений внутри нашего общества — это нормализация отношений между Белградом и Приштиной, и единственный путь к этому — диалог.

— Может ли заявленное включение США в решение этой проблемы ускорить процесс, как Вы думаете?

— Кто бы что ни думал о Дейтонском мирном соглашении, этот документ не был бы подписан без давления США. Сколько бы ни было слабых сторон у этого соглашения — а они есть — факт в том, что они остановили войну в Боснии и Герцеговине. Поэтому если США активнее включатся в решение косовской проблемы, она, конечно, решится быстрее. Насколько эффективным будет это решение, покажет время.

— Прежде чем время все расставит по местам, я должна спросить Вас, разделяете ли Вы обеспокоенность некоторых соседей Сербии, которые убеждены, что идея разграничения Сербии и Косово…

— А вам известно, что эта идея подразумевает?

— Думаю, этого никто не знает, и из-за молчания Белграда и Приштины на этот счет выдвигаются только предположения. Я уверена, что и Вы не знаете, что подразумевается под разграничением.

— Конечно, не знаю. И все же если разграничение предполагает ясное международное соглашение и гарантии того, что интересы обеих сторон будут защищены ООН, то я поддерживаю это решение. Если же разграничение подразумевает обмен территориями по этническому принципу, то это может быть очень опасно.

— Почему?

— Потому что в таком случае мы очень скоро можем оказаться в ситуации, когда появится масса мелких вопросов о разграничении, даже внутри самого Европейского Союза. Потенциально это может привести к множеству мелких пожаров, которые могут очень навредить общему политическому климату и ведущим странам Европейского Союза. Особенно если учесть рост популярности европейских правых. Так или иначе, но модель, о которой мы говорим, может вылиться в ослабление Европейского Союза. В крайнем случае Европа может оказаться в том же кошмаре, который, как думали, ушел в прошлое вместе со Второй мировой войной. Поэтому важно понимать, о чем мы говорим.

Лично я поддерживаю строгое соблюдение прав человека, вне зависимости от вероисповедания, этнической или политической принадлежности человека и от того, с какой стороны границы он приехал. Врет тот, кто считает, что это утопия. Нужно только сплотить достаточное количество людей, кто считает, что это возможно.

— Достаточно ли в Сербии и Косово таких людей?

— Когда в 1990 году Слободана Милошевича выбрали президентом Сербии, за него проголосовали три с половиной миллиона человек. Милошевич проиграл на выборах в 2000 году, тогда его поддержали менее двух миллионов граждан. То есть более полутора миллионов человек изменили свое мнение, тем самым способствовав переменам в обществе. Что я хочу этим сказать? Я верю в способность людей меняться. Чтобы изменилось общество, нужны конкретные идеи, конкретные предложения, разительно отличающиеся от нынешних. К сожалению, сегодня предлагают в основном идеи, основанные на «крови и земле», на этнической и религиозной принадлежности. Пока от этого не откажутся, мы будем ходить по замкнутому кругу.

Босния и Герцеговина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 11 января 2019 > № 2855299


Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 18 декабря 2018 > № 2830085

Avangarda (Босния и Герцеговина): Балканы между НАТО и Россией

Боснийская «Авангарда» соглашается с утверждением западных изданий, что следующим плацдармом соперничества США и России станут Западные Балканы. Издание пишет о возросшей напряженности в регионе, особенно в БиГ. Автор традиционно клеймит Россию за продвижение своего влияния на Балканах, Сербию — за поддержку России, ЕС — за бездействие, а все лавры также традиционно достаются НАТО, которая обязательно «спасет» Балканы.

Сафет Мушич (Safet Mušić), Avangarda, Босния и Герцеговина

«Следующий военный конфликт между НАТО и Россией возможен в самом разделенном балканском государстве» — под таким заголовком 13 декабря 2018 года вышла статья авторитетного американского «Блумберга», и ее содержание не сулит гражданам Боснии и Герцеговины счастья в новом году. В последние годы геостратегическое соперничество Соединенных Штатов Америки и России максимально обострилось, чего не бывало со времен распада «Варшавского договора» (и фазы стагнации российской военной и политической мощи), и затронуло нескольких уязвимых с геостратегической точки зрения регионов.

Три важные российские военные интервенции за последние десять лет

Однако за последние десять лет произошло сразу три события, которые как будто ушли от внимания американских стратегов. Первое — это российская военная интервенция в Грузии (в 2008 году), ясный сигнал о том, что Россия хочет вернуть себе статус великой военной и политической державы, а может, и сверхдержавы. Напомню, что война в Грузии разразилась в августе 2008 года в Южной Осетии и Абхазии. Стороны обвиняли друг друга во враждебных действиях, и Грузия рассматривала возможность привлечь силы НАТО. Та короткая война унесла сотни жизней, а десятки тысяч людей выгнала из их домов. Сегодня стороны живут в состоянии замороженного конфликта. Непродолжительная война повлекла за собой далекоидущие последствия. Россия выступила за признание Южной Осетии и Абхазии независимыми государствами, но западные лидеры осудили это решение. Тем не менее российские войска остались в обоих регионах.

Интересно, что уже тогда, в августе 2008 года, издание «Экономист» логично констатировало, что нападение на Грузию планировалось давно, поскольку Москва не хочет мириться с распространением западного влияния в бывших республиках Советского Союза, таких как Украина и Грузия. Кроме того, Россия не допустит, чтобы они вошли в НАТО. Издание тогда написало, что возрождение российского империализма не предвещает ничего хорошего соседним государствам, посетовало над тем, что Запад не смог ничего противопоставить российской агрессии в Грузии, и призвало к ряду дипломатически шагов против России. Также «Экономист» тогда отметил, что Европейский Союз должен сохранить единство в отношениях с Россией.

Однако такие меры, как визовые ограничения, ужесточение надзора за российским капиталом на Западе и исключение Москвы из некоторых международных организаций, не принесли особых плодов и не остановили процесс восстановления глобальной российской военной и политической мощи. Это подтвердило второе событие, которое произошло во время украинского кризиса. Сегодня этот конфликт (тоже) заморожен, однако сложившаяся ситуация полностью соответствует стратегическим целям России. Пророссийские силы продолжают удерживать под контролем регион близ российской границы, а Россия полностью контролирует оккупированный полуостров Крым.

Третье событие, которое явным образом изменило прежнюю геостратегическую конфигурацию, — это сирийский конфликт, в котором силы сирийского режима, воспользовавшись поддержкой России, взяли под контроль большую часть страны. В Сирии вооруженные силы России дислоцированы как минимум в пяти областях: в портах Латакия и Тарту, в Хмеймиме и Шайрате (военные базы), а также в Дамаске. Кроме того, Россия поставила Сирии мощные зенитно-ракетные комплексы С-300, благодаря которым Сирия дополнительно обезопасила и собственное, и прилегающее воздушное пространство, как то недавно подтвердил ракетный обстрел израильских самолетов.

Анализируя последние десять лет с точки зрения этих трех важнейших военных интервенций, приходишь к выводу, что военное влияние России в мире значительно усилилось. Тут стоит также вспомнить недавний российский ход, который многие сочли дерзким: в Каракас были отправлены два ракетоносца Ту-160 для участия в военных учениях в Венесуэле.

Российское влияние на Балканах и в Боснии и Герцеговине

По мнению многих серьезных мировых военных аналитиков, следующим плацдармом для соперничающих США и России станут именно Западные Балканы. Поэтому тех, кто следит за ситуацией, совершенно не удивляет заголовок «Блумберга». Особенно если учесть, что российское влияние на Балканах усилено военной помощью Сербии в виде партии военных самолетов МиГ-29, пока 30 единиц танков Т-72 и другой военной техники. Кроме того, ведется совместная подготовка кадров, и работает сомнительный российский «гуманитарный» центр в Нише. Многие уверены, что этот центр используется для проведения разведопераций. Сербские вооруженные силы также участвовали в совместных с россиянами и белорусами военных учениях под названием «Славянское братство 2018».

В последние два года Балканы, как полагают многие аналитики, стали местом гибридной войны, которая в такой же форме предшествовала и украинскому кризису. Противостоящие стороны соперничали, стараясь упрочить свое влияние в Черногории и Македонии. В результате эти две страны обвинили Россию в причастности к событиям, с помощью которых она пыталась спровоцировать беспорядки и привести к власти пророссийских политиков. Чтобы остановить или по крайней мере ограничить распространение российского влияния на Балканах, НАТО принял Черногорию в свои ряды как полноправного члена, и сейчас готовится почва для вступления Македонии в этот военный альянс уже в июле будущего года.

В докладе британского Комитета по международным отношениям говорится, что такие страны, как Россия, Китай и Турция, заполнили пустоту, образовавшуюся на Западных Балканах в последние десять лет, когда Европейский Союз предоставил регион самому себе. Россия постепенно упрочивается на Балканах, но в целом ее влияние слабо из-за незначительного экономического присутствия, если сравнивать его с китайским или турецким. Российское присутствие на Балканах связано, в первую очередь, со шпионскими и разведывательными операциями. Самый влиятельный россиянин, отвечающий за Балканы, — это Николай Патрушев, бывший глава Совета безопасности России. Второй главный балканский стратег — Леонид Решетников, тоже когда-то работавший в Совете безопасности. Именно эти двое — ключевые фигуры, продумывающие шаги для российского «возвращения на Балканы».

В статье о стратегических играх на Балканах газета «Нью-Йорк таймс» писала: «Колыбель Первой мировой войны Балканы были тем местом, где империи, этнические группы и представители разных религий боролись и соперничали, а теперь аналитики предупреждают, что этот регион превращается в плацдарм для новой холодной войны». Далее в материале «Нью-Йорк таймс» говорится: «Россия распространяет свое влияние и поддерживает этническую напряженность в балканских странах, которые надеются войти в Европейский Союз. Деятельность России в этом регионе уже подтолкнула Брюссель к тому, чтобы вернуться к отложенным планам по расширению».

Об усилении влияния России и других стран на Балканах в последние месяцы не раз заявляли и американские конгрессмены и сенаторы. Один из них, сенатор Бен Кардин, недавно сказал: «Я, разумеется, признаю, что Путин стремится взять регион под контроль. Тактики, которые он применяет и которыми известен, напоминают методы, уже примененные Россией в других регионах». Министр иностранных дел Болгарии Екатерина Захарьева отметила, что на Западных Балканах присутствуют внешние факторы, влияющие на некоторые страны, и ответственность за это несет Европейский Союз, который в свое время не проявил должной активности.

Российская стратегия на Балканах

Экономическое влияние России на Западных Балканах распространяется всего на несколько стратегических секторов, таких как энергетика, банковский сектор, металлургия и недвижимость. Россия по максимуму пользуется зависимостью этих стран от газа, который она им экспортирует, и основывает на этом свое политическое влияние. Одно из балканских государств, куда еще в 2006 году потекли российские инвестиции, — Черногория, где Россия входит вместе с Норвегией и Италией в тройку крупнейших инвесторов. Российская Федерация инвестировала в Черногорию 1,3 миллиарда евро. В Черногории зарегистрировано 1 722 компаний, принадлежащих российским гражданам, а турпоток из России достиг 316 тысяч человек в год. Россияне провели в Черногории в общей сложности 2,87 миллионов ночей и принесли ее казне 240 миллионов. Они скупают в Черногории дома и квартиры и выплачивают ей до 24 миллиона евро в виде налогов на недвижимость.

Кроме того, Россия упрочивает свое влияние на Балканах, финансируя СМИ, работающие в регионе, и поддерживая медиа-кампании и пропаганду.

Еще одно важное направление российской стратегии на Балканах — это поддержка предпринимателей, пользующихся экономическим или политическим влиянием в некоторых частях региона. Зачастую в качестве рычага используется информация о подставных счетах и деньгах, полученных из других источников, которые потенциально связаны с организованной преступностью. Экономическое влияние России в Боснии и Герцеговине распространяется, в первую очередь, благодаря инвестициям в энергетическом и банковском секторе, через которые воздействие оказывается на политические и культурные процессы.

Сейчас сразу несколько факторов указывает на геостратегические игры вокруг Боснии и Герцеговины. О том же свидетельствует возросшая на прошлой неделе напряженность, вызванная тем, что министры иностранных дел Североатлантического альянса активировали План действий по членству (MAP), к которому НАТО не возвращался на протяжении десяти лет. Альянс рассматривает возможность принять новых членов с Балкан и тем самым остановить распространение влияния России, которая осуждает расширение западного военного союза за счет ее «сферы влияния». В начале декабря министр иностранных дел России Сергей Лавров обвинил НАТО и Европейский Союз в том, что «НАТО и Евросоюз наращивают усилия по дальнейшему „освоению" региона», навязывая балканским странам «ложный выбор», то есть вынуждая их выбирать между Россией и Западом.

Госсекретарь США Майк Помпео нисколько не сомневается в том, что Россия, предпринимая агрессивные действия, стремится укрепить свои позиции на Балканах, а администрация президента Трампа намерена ей помешать. «Угроза того, что россияне продолжат агрессивно продвигать свое влияние на Балканах, реальна, и мы обязаны противодействовать этому», — сказал Помпео на слушаниях в Комитете по иностранным делам Сената.

Опросы общественного мнения

Среди бывших югославских республик только Сербия, согласно опросам общественного мнения, не поддерживает идею о вступлении в НАТО. Против членства в альянсе выступает, по результатам опросов CeSISD, проведенных в июне 2015 года, 73% граждан Сербии. Напротив, в Косово более 90% граждан хотят вступления страны в НАТО. В Македонии этот показатель достигает 70%.

Опрос проводился и в Боснии и Герцеговине в августе 2018 года. Исследование, организованное ассоциацией «Центр лоббирования», показало, что вступления Боснии и Герцеговины в НАТО хочет 56% граждан, а 37% поддерживают военный нейтралитет государства. 7% граждан хотели бы, чтобы Босния и Герцеговина стала членом какого-нибудь другого союза. Что касается данных по городам, то больше всего сторонников военного нейтралитета в Баня-Луке (76%), а вступление в НАТО там поддерживает 13% респондентов. 11% видят Боснию и Герцеговину в другом военном альянсе. В Сараево НАТО поддерживает 72% опрошенных, а в Мостаре — 74%.

Вступление в НАТО обеспечило бы Боснии и Герцеговине финансовую стабильность и рост в банковском рейтинге. Также Босния и Герцеговина приобрела бы массу преимуществ на международной арене и принимала бы более активное участие в принятии важных решений. Все это наводит на мысль, что атлантическую интеграцию Боснии и Герцеговины должны активнее поддерживать научная и экспертная общественность и сами граждане, а не только политики.

Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика. Армия, полиция > inosmi.ru, 18 декабря 2018 > № 2830085


Босния и Герцеговина. Косово. Македония > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 октября 2018 > № 2754733

Босния и Герцеговина, Косово и Македония: как «неоконченные» кризисы могут поджечь регион (Geopolitika.news, Сербия)

Ядранка Полович (Jadranka Polović), Geopolitika.news

Ведущие мировые СМИ все чаще сообщают о возобновлении конфликта на Балканах, называя этот регион новым очагом геополитической напряженности. Все более очевидно, что англо-американский проект устройства бывшей Югославии, созданный после холодной войны, себя изжил. По прошествии почти трех десятилетий управления «сверху», применения разнообразных концепций и стратегий Запада и повторения мантры о «европейской перспективе» так называемые Западные Балканы не продвинулись ни на пядь. Нет ни обещанного процветания, ни стабильности: в наследство от проведенной западной политики осталась бедность, очень высокая безработица, эмиграция, провал государственной политики и непрерывное разрушение экономики, а также рост напряженности в кризисных очагах: Боснии и Герцеговине, Косово и Македонии.

Мы видим, как еще недавно замороженные конфликты на Западных Балканах стремительно «размораживаются», из-за чего регион превращается в территорию все более ожесточенного соперничества между Западом и Россией. В последние годы их отношения, самые плохие за весь период после холодной войны, ознаменованы острым противостоянием, которое привело к эскалации ряда кризисов. Так, украинский кризис (аннексия Крыма) и война в Сирии, разумеется, серьезно повлияли на геополитическое перераспределение сил на Балканах. Дело в том, что «новая холодная война» (или тлеющая настоящая), которая ведется на Ближнем Востоке, в Черноморском регионе и Персидском заливе, распространяется на весь Средиземноморский бассейн, а значит и на Балканы. Каждая из противостоящих сторон, как и Турция, Китай, Иран и Саудовская Аравия, стремится трансформировать свою геополитическую роль и значение на Балканах, и полностью (или хотя бы частично) вовлечь их в сферу собственных интересов. У слабых балканских государств (это или слабые члены ЕС: Словения, Хорватия, Румыния, Болгария и Греция, — или слабые государства Западных Балкан) нет общих институциональных механизмов для дипломатического, политического, оборонного и экономического сотрудничества, благодаря которым Балканы могли бы стать геополитическим субъектом. Поэтому наш регион уже много десятилетий остается всего лишь злополучным геополитическим объектом и экспериментальным «горшком», в котором державы готовят варево без проверенного рецепта.

После холодной войны США и НАТО прибрали Балканы к рукам. Но затем, погрузившись в другие дела (читай войны), они передали Балканы «великому магу» — Европейскому Союзу, который должен был возродить экономику и ценности региона. Эта имперская компания не только максимально истощила Западные Балканы (начиная с экономических ресурсов и заканчивая «людским капиталом»), но и позволила поживиться кое-кому другому (России и Турции). Поэтому американцы, британцы и НАТО решили вновь все взять в свои руки. В связи с этим страны, находящиеся на разоренной территории бывшей Югославии, в самом скором времени, по доброй воле или силой, должны стать членами НАТО, потому что времени ждать больше нет.

Два года назад началась активная работа по «продвижению демократии» на Балканах, которое представляет собой дипломатическое убеждение и давление, иногда угрозы, иногда смену власти (в Македонии), театрализованные государственные перевороты (Черногория) и блуждание сотрудников многочисленных спецслужб по региону. В 2017 году Черногория вошла в НАТО, что стало стратегической победой альянса. Однако не присоединенными по-прежнему остаются Косово, Македония, Сербия (она настаивает на военном нейтралитете), а также Босния и Герцеговина. Ситуацию осложняет и российское «вредное влияние» на Балканах, поскольку в последние годы эта евразийская держава расширила свое военное, экономическое и политическое присутствие в регионе, который НАТО считает своей епархией. Балканы, несомненно, важны для России (в качестве выхода к Адриатическому морю), но не так, как Украина (Крым играет ключевую роль в контроле над Черным морем) или Сирия (из-за российских военных баз на Средиземном море). Хотя Россия больше не рассматривает Балканы как регион, входящий в ее сферу интересов, она не собирается уходить оттуда, прежде всего из-за ограниченных, но при этом очень важных целей. Для России, сосредоточенной на энергетическом секторе, Балканы являются важным центром для транзита российской нефти и газа в страны Западной Европы. Благодаря трассе через Балканы Россия обходит Украину, и для Москвы это чрезвычайно важно. С другой стороны, Балканы, с которыми Россию связывают традиционные православные и панславянские узы, — это регион, с помощью которого Россия может дополнительно усилить свое международное влияние и постепенно вернуться на трон международной политики.

Россия возражала против членства Черногории в НАТО. Россия также выступает против вступления Македонии в альянс и хочет, чтобы Сербия сохранила нейтральный статус. Однако, поскольку военный и другой потенциал этих стран крайне ограничен, Россия не считает, что их вступление в НАТО — прямая угроза ее национальным интересам. Поэтому Москва не предпринимает активных действий. Тем не менее Россия старается предотвратить дальнейшее расширение НАТО за счет Украины и Грузии, чье вступление в альянс представляло бы реальную угрозу для российской безопасности. Поэтому сейчас Россия пытается замедлить, а если представится шанс, и остановить дальнейшее расширение НАТО на Балканах. Россию устраивает статус-кво, то есть тот хаос, который устроили в нашем регионе евроатлантические силы. Три тлеющих кризиса на Балканах (Косово, Македония и Босния и Герцеговина) разгораются в меньшей степени под влиянием существующей этнической напряженности и нетерпимости и в большей — из-за конфликтующих во многих сферах (прежде всего торговой) интересов держав и их попыток полностью (США, НАТО, ЕС) или частично (Россия, Турция) прибрать Балканы к рукам.

Если говорить о Косово, то инициативы Александра Вучича и Хашима Тачи (о корректировке границ или разделе Косово) «подсказаны» им державами, и под их давлением двум президентам пришлось, себе во вред, представить эти идеи общественности. По мнению Вучича и Тачи, а также их зарубежных спонсоров, подобный договор решит одну из самых взрывоопасных проблем на Балканах. Однако обе инициативы, несмотря на их различия, приведут к изменению границ между сербами и албанцами, что на самом деле предполагает обмен территориями и населением между двумя государствами. Это означает, что договор между Вучичем и Тачи может дать импульс тектоническим процессам в регионе (встанет вопрос о границах Боснии и Герцеговины и Македонии). Тогда не миновать новых конфликтов, жертв, а кроме того, по мнению некоторых, может подняться миграционная волна. До двух миллионов беженцев могут потребовать убежища — и где еще, как не в странах Европейского Союза, включая Хорватию.

Недавно в Македонии проводился референдум по, казалось бы, несуразному, но из-за своей двусмысленности исключительно опасному вопросу «Поддерживаете ли Вы членство в ЕС и НАТО, принимая соглашение между Республикой Македонией и Греческой Республикой?». Македонцы ясно выразили свое несогласие. «Это лучшее, что мы можем сейчас сделать… Да, нас оккупировали, но мы, отказавшись подписывать смертный приговор, спасаем нашу собственную историю», — к такому выводу пришла македонская интеллектуальная общественность. Македонцы действительно хотят вступить в Европейский Союз и НАТО, но столкнулись с тем, что мировые державы навязывают им изменение названия государства, пересмотр собственной идентичности и истории. Поэтому македонцы решили дать задний ход. Новый обман и великолепный примел фейка, появившегося в СМИ, — заявление премьера Заева (главного македонского «американца») о том, что большая часть избирателей (невероятные 91,2%), пришедших на референдум, ответила положительно на заковыристый вопрос, а значит, одобрила новое название Республика Северная Македония. Поскольку более 90% граждан проголосовало за (из них более 60% — голоса албанцев), Собрание (парламент Македонии) должно поддержать волю большинства, как полагает Заев. Небольшая проблема в том, что даже избирательная комиссия объявила референдум несостоявшимся. Ведь македонцы решили не терять чести и бойкотировать изменение названия, поэтом на референдум явилось всего 36,91% избирателей. Для признания референдума этого не достаточно. Македонцы, очень симпатизирующие Европейскому Союзу и НАТО, отказались обсуждать собственную историю, и в этом смысле референдум явился своеобразным плебисцитом против режима Зорана Заева, а также против сильнейшего давления, которое на македонцев оказывают Соединенные Штаты, Европейский Союз и НАТО. Когда не так давно президент Георге Иванов с трибуны ООН призвал бойкотировать референдум, стало понятно, что македонцы сплотятся в сопротивлении.

Несмотря на то, что спор между Грецией и Македонией ведется уже давно, одной из главных политических сил, добивающейся изменения, являются албанцы, чья политическая позиция постоянно укрепляется. Они контролируют одну треть парламента и располагают несколькими очень влиятельными партиями. Албанцы, как известно, требуют пересмотра истории и указывают на тот факт, что территория современной Македонии на протяжении многих веков относилась к Османской империи. Поэтому идея Великой Албании цветет пышным цветом, и ее реализация зависит от «смерти», федерализации или распада Македонии.

Наконец, выборы в Боснии и Герцеговине грозят новой нестабильностью в регионе. После подписания Дейтонского мирного соглашения прошло более 15 лет, и сегодня очевидно, что международному сообществу так и не удалось стабилизировать Боснию и Герцеговину, а тем более создать функционирующее государство с действующими едиными институтами. Дейтонское соглашение стало результатом компромисса воюющих сторон и международных игроков. В нем учитывалось сложившееся (в результате конфликтов и этнических чисток) этническое разделение Боснии и Герцеговины и закреплялся международный суверенитет страны в существующих границах. Это противоречие, вытекающее из Дейтонского соглашения, со временем привело к полной дисфункции государства (протектората). На Всеобщих выборах в Боснии и Герцеговине баллотировались 58 партий, 36 коалиций и 34 независимых кандидата, и граждане выбирали более чем из семи тысяч кандидатов. Во время кампании встало несколько потенциально взрывоопасных вопросов, в частности о разграничении с Сербией (в контексте разграничения Сербии и Косово), о внутренней структуре (устранении конститутивности как основы равноправия трех народов и утверждении принципа «один человек — один голос») и о создании третьего энтитета (после чего у каждого народа появилось бы свое «государство в государстве»). Сомнительные списки избирателей, рост числа проголосовавших за рубежом, на 200 тысяч больше избирателей, чем выданных удостоверений личности — вот лишь некоторые штрихи к картине нынешних выборов, самых важных, по мнению многих, выборов в Боснии и Герцеговине со времен подписания Дейтонского соглашения в 1995 году.

Босния и Герцеговина. Косово. Македония > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 10 октября 2018 > № 2754733


Босния и Герцеговина. Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 октября 2018 > № 2754531

Dagens Nyheter (Швеция): Боснийские выборы — борьба между Россией и Турцией

Пока ЕС и США сосредоточились на решении других проблем, свои позиции на Балканах продвигают Россия и Турция, считает шведский журналист. Но, описывая ситуацию в Боснии, главное внимание он уделяет действиям Москвы. И с явным сожалением констатирует: она добилась того, что дорога в ЕС и НАТО для Боснии остается закрытой, и присоединиться к европейским санкциям против России страна тоже не может.

Ингмар Невеус (Ingmar Nevéus), Dagens Nyheter, Швеция

За две недели до выборов Баню-Луку, столицу боснийской части государства Республики Сербской, посетил высокопоставленный гость: российский министр иностранных дел Сергей Лавров приехал в город, чтобы торжественно открыть российский культурный центр и посетить строительство православной церкви.

На самом деле этот визит для Москвы был способом продемонстрировать свою поддержку Республике Сербской и ее националистическому президенту Милораду Додику.

«Я люблю и уважаю Россию», — заявил Додик на пресс-конференции.

Неделей позже, во время предвыборной гонки, он съездил в Сочи, где посмотрел соревнования «Формулы-1» и поговорил с президентом Владимиром Путиным — это была их одиннадцатая встреча с 2011 года.

Выборы в Боснии — это сложная история. Избиратели выбирают президентов и парламент в Республике Сербской, а также в Федерации Боснии и Герцеговины — боснийской (мусульманской) и хорватской части страны.

На национальном уровне назначается парламент и три члена боснийского президиума, который всегда состоит из одного боснийца, одного хорвата и одного серба.

Вот на этот сербский пост Милорад Додик и выдвинул свою кандидатуру. Он — бывший либеральный политик, который с годами становится все более активным сербским националистом. Сегодня он восхваляет осужденного Ратко Младича, отрицает уничтожение мусульман в Сребренице и постоянно высказывается в пользу независимости республики Сербской.

Додик, который внесен в санкционный список Вашингтона, водит дружбу с верным Кремлю байкерским клубом «Ночные волки», которых он принимал в Бане-Луке.

В то время как Додик открыто выражает свою пророссийскую позицию, лидер боснийцев Бакир Изетбегович (Bakir Izetbegovic) — сторонник турецкого президента Реджепа Тайипа Эрдогана (Recep Tayyip Erdogan). Турецкое авторитарное правительство вкладывает в Боснию много средств — не только в мечети, но и в школы и инфраструктуру.

Боснийский хорват Драган Чович (Dragan Covic), фаворит на хорватское место в президиуме (по итогам выборов в президиум не прошел, прим.ред.), тоже часто разыгрывает сепаратистскую карту. Он высказывался за то, чтобы хорватская часть Федерации отделилась от боснийской, и во время предвыборной агитации его партии премьер-министр Хорватии Андрей Пленкович выступал приманкой для избирателей.

23 года прошло с тех пор, как Дейтонские соглашения положили конец войне в Боснии, но этническая и религиозная принадлежность до сих пор остается вопросом, затмевающим все остальные. Проблем при этом по-прежнему хватает: безработица среди молодежи более 50%, здравоохранение и инфраструктура в упадке.

Многие в Сараево считают, что США и ЕС бросили Боснию на произвол судьбы. На встречах ЕС в этом году за ни к чему не обязывающими словами о будущем членстве не последовало никаких конкретных мер. США Трампа, похоже, совершенно потеряли интерес к Балканам.

Именно в этот образовавшийся вакуум и стремятся Путин и Эрдоган. Министр иностранных дел Лавров во время своего визита заявил, что Россия не вмешивается в боснийские выборы, и высказался против раскола страны.

Информации о каких-то масштабных атаках троллей тоже нет. Но своей поддержкой политиков вроде Додика Москва добивается очень многого: дорога к членству в ЕС и НАТО для Боснии остается закрытой, и присоединиться к европейским санкциям против России страна тоже не может.

Сложные выборы

Босния и Герцеговина объявила о независимости от Югославии в 1992 году. Нынешняя структура страны сформировалась после того, как в 1995 году были подписаны Дейтонские соглашения, которые завершили длившуюся три года кровавую гражданскую войну.

Столица называется Сараево. Население составляет примерно 3,8 миллиона и состоит на 50% из боснийцев (мусульман), 35% сербов и 15% хорватов.

Государство разделено на две части: боснийско-хорватская Федерация и сербская Республика Сербская.

Воскресные выборы состоялись на государственном уровне (здесь избирались члены парламента и президиума) и на уровне десяти так называемых кантонов в рамках Федерации (у каждого из них есть свои локальные парламенты и правительства).

Босния и Герцеговина. Россия. Турция > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 9 октября 2018 > № 2754531


Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 октября 2018 > № 2752838

Уходящий президент Республики Сербской Боснии и Герцеговины (РС БиГ) Милорад Додик провозгласил победу своей кандидатуры на выборах одного из трех членов президиума БиГ в избирательном штабе своей партии.

Граждане Боснии и Герцеговины выбирали в воскресенье трех членов президиума, депутатов парламента страны и заксобраний двух составляющих ее частей, а также местных представительных органов власти из всего 7,5 тысячи кандидатов. Избирком БиГ зарегистрировал 3,35 миллиона граждан с правом голоса. Голосование проходило на 5 тысячах 794 участках и 314 передвижных пунктах с 7.00 (8.00 мск) места для голосования были закрыты в 19.00 (20.00 мск).

Додик, известный своей пророссийской и антинатовской позициями, провел три мандата на посту премьера РС, два в качестве президента, и конституция не позволит ему избираться на третий президентский срок подряд. Правящая в Баня-Луке партия "Союз независимых социал-демократов" выдвинула его кандидатом на пост одного из трех членов президиума страны.

В воскресенье он заявил РИА Новости, что ожидает, что получит около 70% голосов, а партия СНСД около 40% голосов.

"На основании обработанных 85% голосов я получил 56% или 330 тысяч 890 голосов, а Иванич 44% или 250 тысяч 197 голосов. Разница почти в 75 тысяч голосов. Это непреодолимая разница", — заявил Додик собравшимся.

Ранее избирком БиГ призвал общественность не слишком доверять данным из штабов партий и кандидатов.

Президент России Владимир Путин в конце сентября на встрече в Сочи пожелал Додику и его сторонникам успехов на предстоящих выборах. В свою очередь президент РС снял с лацкана своего пиджака и подарил Путину значок в виде флага Республики Сербской, отметив, что фактически это "перевернутый флаг России".

Глава МИД РФ Сергей Лавров совершил 21 сентября рабочий визит в Сараево и Баня-Луку, где ему был вручен орден Республики Сербской и российский министр провел совместную пресс-конференцию с Додиком. В ходе визита Лаврова прошла церемония установки закладного камня в русско-сербский храм Преображения Господня, один из престолов которого посвящен семье российского императора Николая II Романова. Проект российско-сербского культурного центра и пятикупольного храма в русском архитектурном стиле на площади в 6,5 тысячи квадратных метров в настоящее время реализуется в Баня-Луке.

В Республике Сербской в воскресенье также прошли выборы президента (фаворитом гонки является выдвинутый правящей СНСД нынешний премьер Желька Цвиянович) и выборы вице-президентов.

Босния и Герцеговина 21 ноября отметит 23-летие Дейтонского соглашения, которое остановило жестокую гражданскую войну между хорватами, сербами и мусульманами 1992-1995 годов. По разным оценкам, в ходе конфликта погибло свыше 100 тысяч человек.

Соглашение определило государственное устройство: энтитеты Федерацию Боснии и Герцеговины и Республику Сербскую, особый округ Брчко, а также представительство всех трех наций в трехчленном президиуме страны, который заменяет президента, и в общих органах власти.

Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > ria.ru, 8 октября 2018 > № 2752838


Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 7 октября 2018 > № 2762958

В Боснии и Герцеговине /БиГ/ в воскресенье стартовали всеобщие выборы. Избиратели проголосуют за трех членов Президиума и депутатов парламента разных уровней.

Голосование стартовало в воскресенье в 7:00 утра по местному времени и завершится в 7:00 вечера в тот же день. По всей стране работают 5794 избирательных участка, зарегистрированы 3,38 млн избирателей. Итоги выборов должны опубликовать вечером в тот же день.

Всеобщие выборы БиГ проходят каждые четыре года. В этот раз 58 партий, 36 альянсов и 34 независимых кандидата принимают в них участие; 7497 кандидатов претендуют за 518 постов в правительстве разных уровней.

Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > russian.china.org.cn, 7 октября 2018 > № 2762958


Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 28 сентября 2018 > № 2744417

Telegram (Хорватия): Путин встретится с Вучичем и Додиком. Что это означает для текущей ситуации на Балканах?

Младен Плеше (Mladen Pleše), Telegram, Хорватия

Почти одного за другим в начале октября российский президент Владимир Путин примет в Москве и в Сочи президента Сербии Александра Вучича и президента Республики Сербской Милорада Додика. Подобной демонстрации российской силы и присутствия на Балканах прежде не бывало. По мнению Белграда, так Москва отвечает на попытки Запада присвоить себе Балканы в качестве собственной сферы интересов.

На прошлой неделе министр иностранных дел России Сергей Лавров посетил Боснию и Герцеговину, в том числе Республику Сербскую. Тем самым Россия дала понять Западу, что не позволит вытеснить себя с Балкан. Более того, Москва не скрывает, что на территории бывшей Югославии у нее есть свои интересы и она готова их отстаивать.

Додик надеется, что Россия защитит Республику Сербскую

Недавние шаги Москвы можно также интерпретировать как прямой ответ британскому премьер-министру Терезе Мэй, которая во время недавнего визита в Македонию заявила, что главная цель политики Великобритании (а вместе с ней и США, и ЕС) — устранить российское влияние на Балканах. Примечательно, что всего четыре месяца назад, в мае, Александр Вучич уже ездил в Москву и договорился там с российским президентом о поставках военной техники для Сербии и о стратегии Белграда в отношении Косово.

Бывший министр иностранных дел Югославии Владислав Йованович отметил, что очередной аналогичный визит Вучича и Додика в Россию подтверждает, что «сербский геополитический фактор обретает все больший вес в условиях, когда западные державы сосредоточились на Балканах и спешат завершить то, что „задумали 20 лет назад". Они хотят превратить Балканы в сферу своих интересов». Президент Республики Сербской Милорад Додик не скрывает воодушевления от предстоящей встречи с российским президентом в Сочи.

«Для меня честь побеседовать с Путиным, и я горд тем, что могу говорить от имени Республики Сербской с одним из важнейших мировых лидеров страны, которая поводит миролюбивую политику по всему миру, но также умеет прекрасно защищать свое достоинство, как и достоинство своего народа и своих друзей. Нам очень приятно, что президент Путин заявил после военных учений, которые прошли на Дальнем Востоке, что все это „делается ради обороны российского народа, российского государства и обороны наших друзей". Я уверен, что мы их друзья».

Вучич ожидает, что Путин поддержит косовскую политику

В Баня-Луке убеждены, что приглашение Владимира Путина является подтверждением государственности Республики Сербской, ее самостоятельности в международных отношениях и способности независимо проводить свою внешнюю политику. Александр Вучич также выразил благодарность Путину за приглашение и ожидает, что в ходе беседы российский президент выразит поддержку его плану по разделу территорий между Белградом и Приштиной, который мог бы стать решением косовской дилеммы.

Официальный Белград предполагает, что «президент России сделает все от него зависящее, чтобы повлиять на немецкого канцлера Ангелу Меркель и помочь решить нам этот вопрос, и что Россия выразит свою стопроцентную поддержку Белграду». Германия выступает решительно против изменения границ между Сербией и Косово, полагая, что это может привести к эффекту домино на Балканах и ввергнуть регион в новый вооруженный конфликт. Но вчера Александр Вучич фаталистически заявил, что его политика, направленная на то, чтобы Сербия сохранила хоть что-то в Косово и Метохии, потерпела крах.

«Эта политика не увенчалась успехом, поскольку сербы больше любят плакать над тем, что давно утрачено, чем возвращать себе что-то… Все, что мы могли получить, мы упустили и потеряли из-за реакции граждан Сербии, которые осудили все мои попытки проводить косовскую политику. В первом раунде верх взяла „Сербия плача", а не Сербия, которая побеждает. Боюсь, однако, что второго шанса у нас не будет», — сказал Вучич. Он отметил, что располагает доказательствами совершенно бесцеремонного вмешательства западных сил в выборы в Республике Сербской, и заявил об обоснованных опасениях в связи с «жестоким столкновением конфликтующих интересов держав». Вучич также сказал, что трудно предсказать, к чему в скором времени все это приведет.

Москва: без России кризис в Боснии и Герцеговине не преодолеть

Визит Сергея Лаврова в Республику Сербскую и приглашение Милорада Додика на переговоры в Сочи свидетельствуют о росте заинтересованности Москвы в энтитете, который выстроен на преступлениях, совершенных сербами в Боснии и Герцеговине. Лавров несколько раз подчеркнул, что Москва участвовала в подписании Дейтонского соглашения, и без нее в Боснии и Герцеговине никаких мер предпринимать нельзя. Кроме того, он дал понять, что больше нет необходимости в работе Верховного представителя по Боснии и Герцеговине, поскольку эта должность оспаривает политический и международно-правовой суверенитет Боснии и Герцеговины.

Интересно, что с этим тезисом согласен и Драган Чович, глава Хорватского демократического содружества (HDZ) Боснии и Герцеговины, а также член Президиума Боснии и Герцеговины. Он также разделяет мнение Милорада Додика о том, что нужно упразднить практику, когда трех судей Конституционного суда для Боснии и Герцеговины выбирает председатель Европейского суда по правам человека. Чович и Додик требуют создания паритетного механизма принятия решений, в рамках которого любой вердикт должны подтверждать хотя бы три судьи, представляющие каждый из трех конституционных народов. С этим в корне не согласны боснийские партии, поэтому, скорее всего, данное предложение реализовано не будет.

Додик также утверждает, что Конституционным судом в его сегодняшнем виде злоупотребляют для достижения определенных политических целей. А Чович уверен, что с иностранцами в органах власти Боснии и Герцеговине не удастся стать членом Евросоюза. «Борьба за иностранцев в институтах Боснии и Герцеговины — это борьба против нее самой», — отметил Чович.

Россия всегда противилась вступлению Боснии и Герцеговины в ЕС

Насколько Москва заинтересована в том, чтобы как можно глубже проникнуть во все поры Республики Сербской, свидетельствует и то, что российский нефтяной гигант Газпром постепенно берет под контроль большую часть нефтяной промышленности в Республике Сербской. Аднан Хускич, профессор международных отношений из Сараево, заявил, что «Россия никогда не скрывала, что противится интеграции западнобалканских государств в Европейский Союз и НАТО. Поддерживая военно-политический „нейтралитет" Боснии и Герцеговины по образцу Сербии, Россия ставит под вопрос и вступление этой страны в Европейский Союз. Точнее говоря, встает вопрос, является ли европейская интеграция единственно возможным вариантом для Боснии и Герцеговины. Москва в этой связи не оказывает прямого давления и, похоже, довольна статусом-кво — не только в Боснии и Герцеговине, но и в регионе в целом».

Активное вмешательство России в политические процессы в Боснии и Герцеговине дополнительно осложняет ситуацию в этой стране, расширяя круг замешанных в ней иностранных игроков. Поскольку Загреб и Белград защищали интересы хорватского и сербского народа в Боснии и Герцеговине, бошняки начали искать политического покровительства и спонсорства у Турции и ее лидера Реджепа Тайипа Эрдогана. После того как во все эти чрезвычайно сложные отношения вмешалась еще и Москва, ситуация начала драматически обострятся. Особенно интересно будет узнать, какую позицию в отношении Сараево займут Турция и Россия, если учесть, что они являются партнерами на международной арене, но их интересы в Боснии и Герцеговине принципиально различаются. Дополнительная проблема в том, что Турция все больше отдаляется от Запада и становится все более радикальной в религиозном отношении страной. Это, разумеется, неминуемо отразится на боснийской политике в Боснии и Герцеговине.

Милорад Додик никогда не скрывал, что его конечной целью является отделение Республики Сербской от Боснии и Герцеговины. Эту политику Додика полностью поддерживает Белград, а также Москва. Поэтому президенту Республики Сербской на руку хаос, ведь он хочет доказать, что Босния и Герцеговина — нефункционирующее государство, которое не пройдет испытания временем. Хотя Белград не хочет в этом откровенно признаваться, но если бы ему удалось договориться с Приштиной об обмене территориями, у него появился бы сценарий, открывающий возможность изменить границы в Боснии и Герцеговине, а также провозгласить Республику Сербскую независимой.

Европейский Союз не допустит создания мусульманского государства в сердце Европы

Поскольку бошняки не хотят и слышать о подобном развитии событий, любая попытка отделиться приведет к новой жестокой войне, которая неминуемо распространится за пределы Боснии и Герцеговины. Поэтому Россия и Сербия сейчас не спешат настаивать на таком варианте. Высокопоставленный представитель Евросоюза, который пожелал остаться анонимным из-за занимаемой им должности и который в свое время вплотную занимался проблемой Боснии и Герцеговины, заявил нашему изданию, что Европейский Союз совершенно точно никогда не допустит распада Боснии и Герцеговины.

«Помимо того, что это привело бы к новой кровавой войне, которую мы уже видели, в результате в сердце Европы появилось бы мусульманское государство. Учитывая традиционную нетерпимость, которую в Боснии и Герцеговине хорваты и сербы проявляют в отношении бошняков, со временем это новое государство максимально радикализовалось бы и превратилось бы в источник постоянной нестабильности не только на Балканах, но и во всей Европе. Уже сейчас часть бошняков все больше надежд возлагает на Эрдогана, хотя это, несомненно, равно политическому самоубийству. Ведь турецкая политика так же пагубна для Боснии и Герцеговины, как и политика российская, которая кроется за сепаратистскими устремлениями Республики Сербской. К сожалению, хорваты в Боснии и Герцеговине, как и официальный Загреб, так и не отказались от идеи Туджмана о Герцег-Босне.

Загреб по-прежнему проводит политику двойных стандартов в отношении Боснии и Герцеговины, а хорватское правительство никак не поймет, какие последствия для политики и безопасности Хорватии повлек бы за собой распад Боснии и Герцеговины и какими бы были последствия образования самостоятельной Республики Сербской. Совершенно точно Белград вернулся бы к своим амбициям и мечтам о создании Великой Сербии. Последние выступления Александра Вучича и его похвалы в адрес преступника Слободана Милошевича это подтверждают. Поэтому меня удивляет политическая слепота Загреба, который является заложником политики части хорватов Боснии и Герцеговины, как будто он не способен распознать их некритическую симпатию к скомпрометировавшему себя Милораду Додику. Вместо того чтобы вместе с бошняками выступить против территориальных претензий сербов, хорваты Боснии и Герцеговины выражают полную поддержку правителю в Баня-Луке, которого у власти удерживают обещания о том, что он сделает Республику Сербскую независимой».

Российские спецслужбы попытались организовать государственный переворот в Черногории

Россия распрощалась с Черногорией и Македонией, поскольку ее политика в этих государствах потерпела полное фиаско. Поэтому в фокусе российской политики на Балканах оказалась Босния и Герцеговина. В 2012 году российские спецслужбы попытались организовать путч против правительства Черногории, чтобы предотвратить вступление этой страны в НАТО. Две расследовательские журналистские организации, «Билингкэт» (Bellingcat) и «Инсайдер Рашиан» (Insider Russian), выяснили, что полковник Эдуард Шишмаков, офицер российской разведывательной службы ГРУ, который был главным организатором переворота в Черногории, тесно связан с Александром Петровым и Русланом Башировым. Их обвиняют в попытке отравления бывшего российского шпиона Сергея Скрипаля в Англии.

У всех трех паспорта одной серии (разница — лишь в несколько цифр). В прошлом Шишмаков занимал должность военного атташе в Польше, но польские власти выслали его из-за шпионажа. После того как в последний момент удалось предотвратить государственный переворот, путчистов арестовали, и они признались, что действовали по распоряжению офицеров КГБ и ГРУ. В конце концов, Черногория все-таки вошла в НАТО. Что касается Македонии, то россияне пытались всеми способами помешать тому, чтобы македонцы поддержали изменение названия страны, поскольку речь идет об условии необходимом для вступления в НАТО и Европейский Союз. Выборы 30 октября покажут, насколько успешными оказались все эти попытки. Опросы свидетельствуют о том, что македонцы все же могут выбрать Запад, а не Россию.

Во время визита в Баня-Луку Лавров подчеркнул, что Россия не вмешивалась в референдум в Македонии, в отличие от западных политиков, которые беспрестанно приезжали в Скопье и требовали от македонцев согласиться на название Республика Северная Македония. Россияне считают, что совершенно неприемлемо навязывать Македонии, а также другим балканским странам, выбор «или вы с нами, или вы с Россией». Из-за всего выше сказанного единственным оплотом Москвы на Балканах осталась Республика Сербская и, разумеется, Сербия. Насколько это опасно для всего региона, в частности для Хорватии, подтверждает попытка государственного переворота в Черногории. Это более чем наглядно доказывает, что Москва не остановится ни перед чем, когда речь идет об интересах России и ее союзников.

Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 28 сентября 2018 > № 2744417


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 28 сентября 2018 > № 2746464

Red Rock Resources остановила ферросплавный завод в Боснии и Герцеговине

Горнопромышленная компания Red Rock Resources сообщила, что компания Steelmin Ltd, в которой Red Rock владеет 22%-й долей, продлила остановку завод по выпуску ферросилиция в Боснии и Герцеговине для модернизации системы охлаждения и в связи с высокими ценами на электричество, которые были предложены Steelmin. Завод был остановлен в сентябре.

Red Rock также заявила об изучении вопроса продажи актива.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 28 сентября 2018 > № 2746464


Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 сентября 2018 > № 2741132

Avangarda (Босния и Герцеговина):Кремль удерживает Сербию и Республику Сербскую в заложниках, с их помощью дестабилизируя регион

В каком-то смысле Балканы — это зеркало, отражающее беспомощность международного сообщества, прежде всего Европы, считает председатель Хельсинкского комитета по правам человека в Сербии Соня Бисерко. Кремль удерживает Сербию и Республику Сербскую в заложниках, так как с их помощью дестабилизирует Балканы, что, по словам Бисерко, является главной целью России. В своем интервью боснийскому изданию "Авангарда" правозащитница подробно рассматривает ситуацию в Сербии, перспективы проекта раздела Косово и предстоящие выборы в Боснии и Герцеговине.

Тамара Никчевич (Tamara Nikčević), Avangarda, Босния и Герцеговина

Председатель Хельсинкского комитета по правам человека в Сербии Соня Бисерко (Sonja Biserko) рассказала порталу «Авангарда» (Avangarda), что победа Милорада Додика на выборах означала бы для Боснии и Герцеговины. «Став членом Президиума, Додик сможет блокировать многие важные для Боснии и Герцеговины решения. Например, он мог бы осложнить работу Президиума тем, что вообще не являлся бы на его заседания… До сих пор Додик делал все, чтобы помешать внутренней интеграции Боснии и Герцеговины. Он развалил все те институты, которые начали функционировать после 2008 года… Если его выберут членом Президиума, то, я боюсь, Додик может лишить этот институт всякого смысла», — заявила Бисерко. Она также объяснила, как Сербия относится к Боснии и Герцеговине: «Для Белграда Босния и Герцеговина несравнимо важнее, чем Косово. Сербия рассчитывает на то, что „компенсирует" утрату Косово разделом Боснии и Герцеговины… В течение всего 20 века Белград предъявлял территориальные претензии Боснии и Герцеговине. Кстати, война в 90-х велась из-за территорий, и Белград (если на него не давить) никогда не откажется от своих претензий». Соня Бисерко также рассказала, является ли заявление Младана Иванича о том, что руководство Сербии «вовлечено» в предвыборную кампанию в Боснии и Герцеговине, сигналом, свидетельствующим об обнадеживающем повороте боснийских сербов к Сараево, или же речь идет об элементарной политической борьбе между Додиком и Иваничем. «Иванич представляет оппозицию, которая уже давно заявляет о криминальном характере власти Додика. Однако нам всем очень хорошо известно, как поступает сам Иванич, когда речь идет о Боснии и Герцеговине и ее будущем».

В середине прошлого месяца несколько гражданских организаций Сербии и Косово направили письмо высокопоставленному руководителю Европейского Союза Федерике Могерини. В письме ее призвали высказаться против раздела Косово и обмена территориями между Косово и Сербией по этническому принципу. В письме говорится, что именно из-за этнических проблем регион «несколько раз переживал кровавые конфликты». Авторы письма убеждены, что этнический раздел неминуемо вызовет цепную реакцию в других балканских государствах. Прозвучат новые требования об изменении границ на Балканах, и это создаст условия для новых конфликтов.

«Этнически чистые государства — изжившая себя модель 19 века, и она не должна быть целью чьей-то политики. Международное сообщество не должно относиться к таким государствам терпимо и поддерживать их», — говорится в письме, на которое Могерини, насколько известно, не ответила.

Председатель Хельсинкского комитета по правам человека в Сербии Соня Бисерко заявила порталу «Авангарда», что, если предложение президентов Александра Вучича и Хашима Тачи о «разграничении» Сербии и Косово будет реализовано, это станет своеобразным посланием сербам и албанцам, которые проживают «не на той стороне», о необходимости переселиться в «свое» этническое государство. Это, в свою очередь, может спровоцировать еще один массовый исход населения на Балканах.

Соня Бисерко: Сейчас о Балканах говорят как о «незавершенной проблеме» (unfinished business). К сожалению, наш регион по-прежнему считают пороховой бочкой, территорией, угрожающей новым конфликтом. В каком-то смысле Балканы — это зеркало, отражающее беспомощность международного сообщества, прежде всего Европы, и подтверждающее сбои в международном либеральном порядке, на ценностях которого с 2000 года базируется балканская архитектура. Все это было ожидаемо, учитывая, что на Балканах активизировались разные международные игроки. Разграничение Сербии и Косово, которое в последнее время предлагается в качестве решения проблемы, — это рискованный шаг, который может не только подорвать стабильность Балкан, но и ослабить саму Сербию. Ведь тот же принцип можно применить и внутри нее самой.

Avangardа: Западное международное сообщество, главным образом Соединенные Штаты, занимало на протяжении долгого времени в этом вопросе весьма жесткую позицию, однако теперь очевидны определенные перемены. Что им поспособствовало?

— Причин несколько. Финансовый кризис 2008 года, миграционный кризис 2014, рост ультраправых партий, Брексит, победа Дональда Трампа, радикализация националистических политиков… Кроме того, Россия совершила прорыв на Балканах. Вместе с миграционным кризисом это вернуло Балканам значимость в глазах Запада, который озаботился собственной безопасностью.

Победа Дональда Трампа на президентских выборах в США и смена американского курса во внешней политике (все еще непродуманного в части отношений не только с Балканами, но и с Европой) оставляют открытым вопрос, какой окончательный вид эта политика примет в будущем. Пока ясно, что американская политика изменилась во многих аспектах, и трудно предсказать последствия этих изменений для международного порядка. Я говорю о выходе США из договора о климате, об отказе от торгового соглашения с Канадой и Мексикой, о критике Международного уголовного суда (МУС)…

Если говорить о Балканах, то до сих пор американская администрация руководствовалась в нашем регионе приоритетами, утвержденными в последние двадцать лет. Однако после встречи Трампа с Путиным в Хельсинки пошли разговоры об изменениях, связанных с Балканами.

— Обоснованы ли эти спекуляции, как Вы думаете?

— Содержание встречи двух лидеров осталось неизвестно широкой общественности, но заявления некоторых высокопоставленных лиц, например Джона Болтона, дают определенную пищу для размышлений. Тем не менее все еще нет убедительных доказательств того, что американская политика в отношении Балкан действительно изменилась.

Дэниел Сервер, профессор университета Джона Хопкинса и большой знаток и Балкан, и американской политики, отмечает, что пока американцы только выслушали аргументы, но на Балканах это, разумеется, восприняли как поддержку «разграничения». Сервер утверждает, что сам он не заметил в Вашингтоне поддержки раздела Косово, и уверен, что в итоге американцы решительно отклонят эту идею. Кроме того, Сервер считает, что идея о «корректировке границ», обмене территориями (или как бы все это ни называли) не может быть реализована без поддержки Германии.

— «Я бы сказала, что Германия провела красную линию, тем самым обозначив, насколько далеко может зайти в решении проблемы Сербии и Косово», — заявил недавно американский сенатор-республиканец и председатель Комитета по внутренней безопасности Рон Джонсон.

— Германия — самая важная и самая влиятельная страна Европейского Союза, и ее позиция очень важна, прежде всего потому, что Балканы — это европейская проблема. Ни Россия, ни США не играют для нашего региона такой роли, как Европейский Союз. Поэтому я надеюсь, что, несмотря на многие ошибки и кризисы, с которыми он столкнулся, ЕС все же устоит.

Если говорить об отношениях Сербии и Косово, то большое беспокойство вызывает параллельный канал, созданный для решения косовской проблемы.

— Вы говорите о…

— Я говорю об Институте Восток — Запад во главе с бывшим послом США в Сербии Кэмероном Мантером, о Соросе, Вольфганге Петриче, Иване Вейводе, Елене Милич, Иване Крастеве и других. Недавно в Австрии состоялся Форум, на котором откровенно говорили об изменении границ. Вместе с тем эти идеи поощряет Федерика Могерини и Йоханнес Хан, хотя на то у них нет мандата… В общем, я опасаюсь, что трио Александра Вучича, Хашима Тачи и Эди Рама разыграло чрезвычайно рискованную партию, начавшуюся два года назад, когда заменили главного переговорщика Приштины Эдиту Тахири. С тех пор брюссельский диалог практически стоит на месте. Ясно, что изменение границ, о котором говорят три президента, подпитывает сербский национализм. Но по сути это не решает ничего! Кстати, ни один из президентов до сих пор не сказал, как в реальности выглядело бы «разграничение», как оно реализовывалось бы на практике. Вместо этого все сводится к торгам. В конце концов, предложение о «разграничении», которое поддерживают Вучич, Тачи и Рама, может стать серьезной угрозой для многонациональной концепции, которую избрал для себя весь наш регион, пусть даже на практике часто ее нарушает. Меньшинства будут существовать всегда, поэтому разграничением ничего не решить.

— А каким тогда может быть решение?

— Решение — в реализации той политики в отношении меньшинств, которая прописана и утверждена во всех конституциях и законах стран-наследниц Югославии.

— Что разграничение Сербии и Косово означало бы для Боснии и Герцеговины? Официальный Белград утверждает, что «эффекта домино» на Балканах не будет, но Милорад Додик давно грозится присоединить энтитет Республики Сербской к Сербии.

— Начиная с момента провозглашения косовской независимости в 2008 году, Милорад Додик систематически расшатывает Боснию и Герцеговину, способствуя ее разрушению и обессмысливанию. Для этого Додик использует любой шанс, чтобы приравнять право на самоопределение Косово к правам Республики Сербской. Сербия сейчас старается как можно крепче привязать к себе Республику Сербскую экономическими, информационными и культурными средствами, тем самым демонстрируя, что для Белграда Босния и Герцеговина несравненно важнее Косово.

— Почему?

— Потому что Сербия рассчитывает на то, что «компенсирует» утрату Косово разделом Боснии и Герцеговины. В течение всего 20 века Белград предъявлял территориальные претензии Боснии и Герцеговине. Кстати, война в 90-х велась из-за территорий, и Белград (если на него не давить) никогда не откажется от своих претензий

— Станет ли этому противиться Хорватия, если учесть, какую радушную поддержку официальный Загреб оказывает главному «компаньону» Додика — уважаемому Драгану Човичу?

— Будучи членом ЕС и НАТО, Хорватия несет ответственность за то, что недостаточно влияет на хорватских политиков в Федерации и не заставляет их отказаться от деструктивного поведения. Позиция официального Загреба в отношении Герцег-Босны все еще благосклонна и до конца не ясна. От Хорватии ожидали конструктивных действий в регионе, а она, к сожалению, так и не захотела отстраниться от популистских политиков.

В целом плохо то, что будущее Боснии и Герцеговины зависит от ее соседей, точнее от того, насколько решительно эти соседи будут реализовывать свою стратегию. Чтобы стать функционирующим государством Босния и Герцеговина должна, помимо боснийской индентичности, принять и другие национальные идентичности, которые были бы равноправны. Дейтонское соглашение, к сожалению, закрепило этнический раздел (Приложение 7 к соглашению так никогда и не было реализовано), тем самым позволив оценивать Боснию и Герцеговину только с территориальных позиций. Конечно, большой проблемой является политизация религии, которую всегда использовали для разобщения боснийцев.

— Как?

— Этническую принадлежность приравнивали к религиозной, то есть боснийское православие приравнивалось к сербской национальности, а боснийский католицизм — к хорватской. Все это часть механизма, который сохранялся на протяжении 19 и 20 веков. Сегодня боснийцы с подозрением относятся к религиозному фундаментализму, и громче всех свои претензии предъявляют сербские национальные проектанты, которым так удобно оправдывать войну в Боснии. По их словам, мусульманский фундаментализм явился главной причиной распада Югославии. Сегодня, как они отмечают, такая же угроза нависла над Сербией. Поэтому Санджак находится под постоянным давлением… Все это подтверждает, что Босния и Герцеговина, к сожалению, остается заложником незавершенного процесса стабилизации региона, а также амбиций Белграда. Пока будут существовать ничем не ограниченные территориальные претензии Белграда, стабильность в регионе останется шаткой, и Босния и Герцеговина будет по-прежнему заложником этих претензий. Балканам крайне необходимо разобраться в причинах распада Югославии, а также уяснить для себя роль сербских элит в подготовке к войне. Важно узнать обо всех преступлениях, когда-то совершенных на территории бывшей Югославии. И Сербия в этой связи представляет собой самую большую проблему.

— Почему?

— Потому что нравственное оздоровление Сербии затянется. Оно зависит от готовности Белграда публично осудить тех, кто спланировал войну 90-х. А эти люди, к сожалению, все еще оказывают влияние на принятие решений, стратегически важных для будущего не только Сербии, но и Боснии и Герцеговины. Боюсь, Сербия вряд ли откажется от Республики Сербской, и от Америки, как от главного автора Дейтонского соглашения, будут зависеть коренные изменения. Они возможны, если США усилят давление на Белград.

— Насколько вообще возможно нравственное оздоровление Сербии, о котором Вы говорите, если вспомнить, что недавно в своей «исторической речи» в Косово сказал президент Вучич? Если президент Сербии называет намерение Слободана Милошевича реализовать фашистский проект Великой Сербии «лучшим»…

— Речь Вучича отражает его глубокое разочарование из-за неудачного продолжения брюссельского диалога седьмого сентября, когда Вучич отказался встретиться с Хашимом Тачи. Вучич понимает, что проект раздела Косово терпит крах, и что всем трем упомянутым президентам, поддержавшим этот проект, предстоит сформировать «исходную стратегию». Белград и Приштина обязаны вернуться к брюссельскому диалогу (на это, конечно, уйдет время), поскольку только он может привести к нормализации отношений между Приштиной и Белградом, то есть Сербией и Косово. Кстати, с идеей президента Косово о способе решения конфликта с Сербией не согласны многие косовские граждане.

Если говорить о Вучиче, то через день после неудачных переговоров в Брюсселе, он отправился в Косово в Косовскую-Митровицу, где собирался выступить, по его собственному выражению, с исторической речью. Вместо этого он заявил косовским сербам, что никакого решения пока нет, и что когда-нибудь кто-нибудь достигнет компромисса с албанцами… «Решения в обозримом будущем нет, но я молю бога, чтобы хотя бы в ближайшие десять — двадцать лет оно появилось».

— Я спрашивала Вас об отношении президента Вучича к Милошевичу.

— Вучич заявил, что Милошевич был великим сербским лидером, а его намерения так или иначе были лучшими, но результаты оказались намного хуже замысла. «Это произошло не потому, что он не хотел, а потому что его желания были нереализуемыми, и мы пренебрегли и недооценили интересы и стремления других народов. Поэтому мы очень дорого поплатились. Мы не стали больше, или, лучше сказать, мы не стали больше в том смысле, в каком кто-то предполагал. Сегодня без капли крови кого бы то ни было, нам это удалось… Когда проигрываешь в войне, приходится расплачиваться. По самой высокой цене. И мы, сербы, сегодня делаем вид, как будто ничего не произошло. Мы делаем вид, что не сами, не по собственной глупости и не под давлением западного мира участвовали в доказывании собственной вины в конфликте в Косово и Метохии», — заявил Вучич.

Ясно, что уже долгое время образ Милошевича «нормализуется», и к нему относятся как к великому государственнику, которому Сербия обязана. Эта часть речи Вучича вызвала возмущение в нашем регионе и критику за рубежом.

— Если учесть процитированные заявления, а также политику, которую Александр Вучич проводит в Сербии и в отношениях с соседями, можете ли Вы сказать, что является его политической целью — Сербия в составе ЕС или крепкий союз с Россией?

— Учитывая требования, выдвинутые Европейским Союзом и касающиеся, в первую очередь, верховенства закона, судебной системы, СМИ и прочего, можно сказать, что Сербия очень далека от членства в Евросоюзе. Для большей части представителей политической элиты создание правового государства означает политическую смерть. В этой связи, отдаляясь от ЕС, Вучич получает возможность по-прежнему вести себя как полновластный хозяин Сербии. Помогают ему и авторитарные тенденции в самом ЕС, так что Вучич не ощущает острого одиночества. С другой стороны, отказ от всеобъемлющего договора с Косово подтвердил бы тот факт, что Сербия вообще не хочет в Европейский Союз. Вместе с тем ясно, что Вучич не хочет лишаться поддержки Берлина, тем более что речь идет не только о политической, но и о финансовой и экономической поддержке. Чтобы сохранить ее, Вучич воспользуется теми незначительными возможностями для шантажа, которые у него есть.

— О каких возможностях Вы говорите?

— Вучич понимает, что Сербия — центральная страна, от которой зависит стабильность в регионе.

— Я упомянула о связях между Россией и Сербией. Известно ли Вам, что, по словам некоторых аналитиков, главной опорой России на Балканах является не Александр Вучич, а Милорад Додик. Согласны ли Вы с этим мнением?

— Сербская политика, точнее «сербский проект», никогда не носила персонального характера — она всегда была вопросом государственным. Возможны разные нюансы, разные роли в разные периоды. Тем не менее все сводится к одному: Республика Сербская воспринимается как «военный трофей» Сербии, от которого она не откажется, пока у Белграда будет возможность манипулировать международным сообществом. Войну в Боснии и Герцеговине Белград по-прежнему считает освободительной войной сербов в Боснии. К сожалению, сейчас все делается для того, чтобы преуменьшить совершенные во время войны преступления, прежде всего геноцид в Боснии и Герцеговине. Этому способствует и то, что сейчас США отрицают и оспаривают решения Международного уголовного суда (МУС) в Гааге. Известно, что некоторые западные государства убеждают африканские страны отказаться от участия в МУС, а это большая угроза для международного порядка. Подобная политика очень благоприятна для Белграда, а также некоторых других стран.

— Почему для Москвы столь важна Республика Сербская?

— Во-первых, Милорад Додик остается у власти благодаря своей преданности России. Во-вторых, сербская элита недостаточно хорошо знает Россию, чтобы отстаивать собственные интересы. Сербская власть, вообще поддавшаяся иллюзии о каком-то многовековом братстве с русским народом, действует исключительно в собственных, а не в государственных или национальных интересах. При этом Сербия забывает о том, что у России есть масса своих интересов в Хорватии (в нее, кстати, россияне инвестируют больше всего), в Болгарии, в Черногории, в Македонии… Кремль удерживает Сербию и, главное, Республику Сербскую в заложниках, так как с их помощью дестабилизирует Балканы. А в настоящий момент в этом заключается основная цель России. Иными словами, Москва заинтересована в том, чтобы помешать НАТО расширяться на Балканах и не позволить балканским странам идти по европейскому пути.

— Удается ли России добиваться поставленной цели?

— Факт в том, что Россия постоянно дестабилизирует обстановку в регионе, а Западные Балканы смогут процветать, только если создадут единую платформу. Такая политика придала бы Балканам особый вес, что позволило бы им играть более значимую роль в международных отношениях. В противном случае Балканы останутся лишь объектом самых разных манипуляций и интересов, которые не совпадают с собственными интересами региона.

Только у Балкан под одним «зонтиком» — под зонтиком ЕС — есть будущее и перспективы.

— Накануне выборов в Боснии и Герцеговине глава российского МИДа посетит Баня-Луку, где встретится с Додиком и откроет Российско-сербский центр. Президент Вучич, накануне предвыборного дня тишины, также планирует приехать в Баня-Луку, где откроет школу. Все это прямая поддержка Додика или?..

— Похоже, что победа Милорада Додика на выборах под большим вопросом, поэтому ему потребовалась столь мощная поддержка России. Белград явно устраивает статус-кво, и так будет до тех пор, пока не сложатся условия для решительных действий. Кстати, такую же политику в отношении Додика и Республики Сербской проводил предшественник Вучича президент Борис Тадич.

— Сербский член Президиума Боснии и Герцеговины Младен Иванич недавно заявил, что Милорад Додик «слишком втягивает руководство Сербии в предвыборную кампанию», и что Сербии «не стоит вмешиваться в выборы в Боснии и Герцеговине». Как Вы прокомментируете это заявление? Свидетельствует ли оно об обнадеживающем повороте боснийских сербов к Сараево, или же речь идет об элементарной политической борьбе между Додиком и Иваничем?

— Иванич представляет оппозицию, которая уже давно заявляет о криминальном характере власти Додика. Однако нам всем очень хорошо известно, как поступает сам Иванич, когда речь идет о Боснии и Герцеговине и ее будущем. С другой стороны, факт в том, что Республика Сербская находится в очень плохом экономическом состоянии, и предстоящие выборы пройдут в очень напряженной общественной обстановке. Граждане очень недовольны. Убийство Давида Драгичевича взбудоражило Республику Сербскую, и протесты становятся все масштабнее. При этом у Додика все еще нет механизмов контроля над избирательным процессом, которые могут гарантировать ему победу. И, разумеется, теперь все зависит от граждан Боснии и Герцеговины.

— Если Додик не признает Боснию и Герцеговину, то почему он борется за место в ее Президиуме?

— Став членом Президиума, Додик сможет блокировать многие важные для Боснии и Герцеговины решения. Например, он мог бы осложнить работу Президиума тем, что вообще не являлся бы на его заседания. До сих пор Додик делал все, чтобы помешать внутренней интеграции Боснии и Герцеговины. Он развалил все те институты, которые начали функционировать после 2008 года… Если его выберут членом Президиума, то, я боюсь, Додик может лишить этот институт всякого смысла.

— Что это означало бы для Боснии и Герцеговины и для Балкан вообще? Вы сами сказали, что наш регион снова превратился в «пороховую бочку»… Опасаетесь ли Вы нового вооруженного конфликта на Балканах?

— Это один из возможных вариантов. Однако, как я полагаю, мир не допустит нового вооруженного конфликта на Балканах. Даже США. Недавно сенатор Роджер Уикер поднял в американском Сенате вопрос Боснии и Герцеговины, потребовав, чтобы Соединенные Штаты вернулись в Боснию и Герцеговину и остановили процесс ее дезинтеграции. Уикер предложил даже ввести санкции против некоторых политиков Республики Сербской из-за коррупции и нарушений Дейтонского соглашения. По мнению Уикера, то же самое должен сделать и Европейский Союз. Хотя Босния и Герцеговина еще не готова стать членом НАТО, Уикер полагает, что нужно немедленно перейти к реализации Плана действий по вступлению Боснии и Герцеговины в альянс. Наконец, американский сенатор требует, чтобы сразу после выборов в Боснии и Герцеговине международное сообщество стимулировало формирование парламента и правительства на всех уровнях. За этим последовали бы реформы для устранения дискриминационных критериев при отборе на государственные посты. По-моему, предложения сенатора Роджера Уикера звучат очень многообещающе.

Босния и Герцеговина. Сербия. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 сентября 2018 > № 2741132


Босния и Герцеговина. Россия. Черногория > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 сентября 2018 > № 2740053

Jutarnji list (Хорватия): Визит Лаврова к Додику перед выборами в Боснии и Герцеговине подтверждает, что он является «главной опорой» России на Балканах

Сергей Лавров неслучайно приехал перед самыми выборами в Баня-Луку к Додику. В Москве не скрывают, что Додик является ее «главной опорой» на Балканах. После того как Черногория перебежала на сторону НАТО, акции Боснии и Герцеговины стали расти, пишет хорватский «Ютарни лист». Для России Республика Сербская — подарок с небес: не нужно никого уговаривать, Додик и сам делает все, что полезно для Москвы.

Владо Вурушич (Vlado Vurušić), Jutarnji.hr, Хорватия

Российский министр иностранных дел Сергей Лавров посетил Сараево, а затем отправился в Баня-Луку. Если говорить начистоту, именно Республика Сербская была главной целью его визита. Напомню, что, согласно первоначальным сообщениям, путинский дипломат номер один собирался посетить только столицу Республики Сербской, но потом все же включил в программу своего визита в Боснию и Герцеговину Сараево. Немаловажен и тот факт, что визит Лаврова почти совпал с выборами в Боснии и Герцеговине (они запланированы на седьмое октября).

В стране царит довольно напряженная предвыборная атмосфера. Хорватское демократическое содружество (HDZ) потребовало изменить избирательную систему, так как боится, что бошняки «не выберут хорватского члена президиума». Также звучат робкие просьбы о создании третьего энтитета. Милорад Додик по-прежнему грозит референдумом об отделении. Кроме того, общественность обеспокоена последствиями, которые повлекла бы для Боснии и Герцеговины возможная «корректировка границ» между Сербией и Косово. Говорят и о дополнительной гомогенизации бошняков на линии «унитаризации» Боснии и Герцеговины как механизме, способном защитить и их самих, и государство в целом. В общем, обстановка напряженная.

Хотя после войны прошло 20 с небольшим лет, Босния и Герцеговина так и не продвинулась вперед, а теперь, ко всему прочему, превратилась в один из инструментов международного (западно-российского) соперничества на Балканах. Сергей Лавров неслучайно приехал перед самыми выборами, да еще и в Баня-Луку к Додику. Все это завуалированное послание, сигнал и знак поддержки Милораду Додику. Напомню, что за день до известного референдума о Дне государственности Республики Сербской Путин принял Додика у себя в Кремле. О референдуме они якобы не разговаривали, но в этом и не было необходимости. Главное — фотография, на которой Додик и Путин пожимают друг другу руки. Уже сам выбор момента для встречи достаточно убедительно подтвердил: Россия поддерживает Додика и его намерения.

Вот и теперь, когда Додик баллотируется на пост сербского члена Президиума Боснии и Герцеговины, Москва дает понять, кто ее фаворит в этом регионе и на кого она делает ставку. В конце концов, в Москве даже не скрывают, что Додик является ее «главной опорой» на Балканах (даже более крепкой, чем Александр Вучич). Сам же Додик не утаивает, что он — «кремлевский игрок на скамье запасных», как он сам себя называет. И в Москве, и в Белграде говорят о том, что Республика Сербская и Додик «препятствуют расширению НАТО (а также Европейского Союза) на восток», то есть в Боснии и Герцеговине.

Москва, конечно, выступает за единство Боснии и Герцеговины и за ее территориальную целостность (напомню, что Москва также поддерживает территориальную целостность Украины, но без Крыма). Но при всем при этом Россия выступает за укрепление государственности Республики Сербской и против ее, как говорит Лавров, «демонизации».

После того как Черногория перебежала на сторону НАТО (а вскоре за ней последует и Македония), акции Боснии и Герцеговины на кремлевском политическом рынке стали расти. Для России, проигрывающей партию с Западом, в которой на кону — влияние и контроль над Балканами, Республика Сербская — подарок с небес. России даже не нужно ничего делать, чтобы привлечь Республику Сербскую на свою сторону. Нет необходимости особенно уговаривать Додика. Он и так делает все, что полезно для Москвы.

Таким образом, Москва показала, что не собирается так просто упускать Боснию и Герцеговину из рук, точнее Республику Сербскую, в которой видит некий собственный бастион и инструмент в этой части мира. С помощью него Москва всегда сможет в нужный момент дестабилизировать обстановку, и эта нестабильность может повлиять также на соседние страны (все помнят, насколько велика протяженность границы Хорватии с Боснией и Герцеговиной, а тем более это граница с Республикой Сербской). Так что же будет, если Милорад Додик, человек, который откровенно отрицает государственность Боснии и Герцеговины, станет одним из трех ее президентов?

Босния и Герцеговина, разумеется, является одним из ключей к Балканам, и ее значимость только возросла, когда маятник качнулся от Македонии, с которой Россия распрощалась, в сторону самой Боснии и Герцеговины. Не стоит забывать тот факт, что в Баня-Луке Лавров посетит место строительства русско-сербского православного храма, который будет назван в честь последнего русского царя Николая Второго. Таким образом Республика Сербская утверждает себя в качестве верного пророссийского игрока.

Республика Сербская видит в России своего большого брата и защитника, вместе с которым можно дразнить бошняков и хорватов, а также Брюссель и Вашингтон. В контексте этого запутанного боснийского клубка главным вопросом остается позиция, которую займут хорватские политики в Боснии и Герцеговине, а также та политика, которую они изберут с учетом возможных изменений границ, пересмотра Дейтонских договоренностей, влияния России и других игроков, а также с учетом ожидаемых провокаций Додика, который грозит референдумом об отделении в самые критические моменты.

Босния и Герцеговина. Россия. Черногория > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 25 сентября 2018 > № 2740053


Босния и Герцеговина. Македония. Грузия. Весь мир. ПФО > СМИ, ИТ > regnum.ru, 6 сентября 2018 > № 2731487

Третий фестиваль Мартина МакДонаха в Перми: Запад на границе с Востоком

Третий международный фестиваль Мартина МакДонаха состоится в Перми с 1 по 7 октября 2018 года, в нем примут участие театральные коллективы из Ирана, Чехии, Грузии, Молдавии, Боснии и Герцеговины, Македонии, Венгрии, Румынии и, разумеется, из многих городов России

В первых числах октября в Перми состоится долгожданное событие: Третий международный фестиваль крупнейшего современного английского драматурга, ирландского происхождения Мартина МакДонаха.

Впервые о великом ирландце в России узнали в 2004 году, когда Пермский театр «У Моста», являющийся организатором фестиваля, поставил пьесу МакДонаха «Сиротливый Запад». С тех пор драматург полюбился российскому зрителю, его произведения ставились многими театрами страны, но только пермский театр может похвастаться полным комплектом из восьми пьес драматурга в своем репертуаре.

Третий фестиваль МакДонаха, который пройдет с 1 по 7 октября 2018 года, примет на Пермской земле значительное количество театров из России, ближнего и дальнего зарубежья. Символично, что именно «Сиротливый Запад», с которого началось победоносное шествие МакДонаха по стране, станет наиболее популярным спектаклем фестиваля, в программе которого предполагается шесть его постановок.

Спектакль покажут театры из Молдавии, Грузии, Боснии и Герцеговины, Венгрии, Ирана и, разумеется, из России.

Само произведение, как отмечают критики, является наиболее любимым у МакДонаха. Действие его происходит в небольшом ирландском поселке Линэн, по словам героя пьесы священника Уэлша, не попадающем под юрисдикцию Бога.

Темой произведения являются, по словам исследователя творчества МакДонаха Патрика Лонергана, власть и вера:

«В «Сиротливом Западе» рассматриваются два полюса власти — полномочные права и добровольная ответственность. Однако в этой пьесе авторитет, которому брошен вызов, — сам Бог: нам предлагается выяснить, каковы наши обязательства перед Богом и каковы обязательства Бога перед нами».

В творчестве МакДонаха, казалось бы, очень много насилия и жестокости, настолько много, что порой может сложиться впечатление, что он им упивается, что оно самоценно, однако это не так. Несмотря на то, что в произведениях писателях редко встретишь исключительно положительного персонажа, которому хочется симпатизировать, вся драматургия его пьес направлена на создание особенного чувства, непременно ведущего к нравственному очищению зрителя.

Однако МакДонах настолько тонок, что в интерпретации его творчества легко скатиться в ныне модный постмодернизм, к которому он отнюдь не сводим: малейшая утрата связи с автором, потеря «контакта», может быть подобна эффекту разорвавшейся бомбы. Не случайно некоторые постановки вызывали ярость публики, способствовали появлению чувства ненависти лично к писателю.

В этой связи театр «У Моста», известный своей тщательной проработкой первоисточника, ставит пьесы английского драматурга с тонким пониманием смысла, заложенного автором. Художественный руководитель театра Сергей Федотов подчеркивает, что пьесы МакДонаха полны света и оптимизма, несмотря на атмосферу обреченности и пессимизма, которая присутствует в его произведениях.

Во время фестиваля у пермского зрителя будет возможность взглянуть на другие интерпретации творчества крупнейшего современного драматурга, которые, несомненно, будут дополнены национальными характерами стран, представляющих постановку.

Иранский Бужнард Арт Театр — взгляд на «Запад» с Востока

Особый интерес представляет творческий коллектив Bojnourd Art Theatre из Ирана. Восточный дух исламской республики любопытен своим серьезным религиозным контролем за театральным искусством, что создает интересные формы.

Дело в том, что иранские актрисы не могут выступать на сцене без хиджаба, не могут прикасаться к мужчинам и вообще сквернословить. Как все это соблюсти, работая с пьесами МакДонаха, понять сложно. Для этого необходимо обладать уникальным мастерством, которое и продемонстрируют нам гости из Ирана.

Альтернативный венгерский театр «Солтис Лайос» — о «Западе» с запада Венгрии

Любопытство вызвает постановка «Сиротливого Запада» гостями из Венгрии. Данный театр, как правило, привык выступать на открытом воздухе, однако это не самое лучшее решение для октябрьских дней в Перми, поэтому гостям придется приспосабливаться.

«Быть альтернативной театральной группой всегда нелегко, но мы стараемся сделать все возможное, чтобы достичь театрального идеала, используя все наши силы и опыт. Если мы хотим создать что-то, будь то постановка, или даже просто декорации для постановки, костюмы, или если мы хотим отправиться в тур, мы должны работать над задумкой с кровью, потом и слезами», — отмечает режиссер Петер Иштван Наги.

Впервые на фестивале — грузинский «Открытый театр»

Творчество грузинского режиссера Вахтанга Николава хорошо известно пермскому зрителю, так как в репертуаре Пермского театра «У Моста» идет его спектакль «Зурикела».

Южный темперамент гостей из Грузии может придать особый лоск суровой и сиротливой ирландской действительности.

«Диалоги «Сиротливого Запада», вполне возможно, кажутся грузинам недостаточно эмоциональными — ведь даже разговор о погоде грузинских «мачо» — это как минимум страсти, эмоции, объятия и возможность конфликта, который затем можно урегулировать за хлебосольным столом», — отмечают организаторы фестиваля.

Взгляд на Запад «С улицы Роз»: театр из Молдавии исцеляет смехом

Артисты из Молдавии славятся своей способностью вызывать катартический смех, который на первый взгляд может показаться банальной реакцией на черный юмор, однако вскоре он обнаруживает свое исцеляющее свойство.

«Они доводят зрителя до полного исступления. Ты ловишь себя на мысли, что гомерически хохочешь над такими событиями, от которых в реальной жизни можно сойти с ума от горя и святотатства происходящего. А потом понимаешь, что этот смех исцеляющий, дающий «глоток воздуха», что, если ты смеешься над этими проблемами, значит, ты их победил. Потому что градус юмористического накала зашкаливает в область чего-то сверхчеловеческого», — отмечают поклонники молдавского театра.

Женский взгляд на «Сиротливый Запад» из Боснии

Спектакль с Балканского полуострова, поставленный женщиной-драматургом Белиндой Божицкович, исследует с помощью творения МакДонаха проблему отчуждения людей друг от друга, тяжелую болезнь нашего времени, которая не только не обсуждается, но и поощряется СМИ и прочими институциями общества потребления.

«Когда на протяжении нескольких лет среди людей возрастает градус ненависти, из-за неспособности сказать «прости меня» люди становятся отчужденными и одинокими. Если бы люди знали, как важно и просто говорить «прости меня» и насколько сильны эти слова, мы бы все жили в более здоровом обществе. На самом деле, вопрос прощения — это то, что заинтриговало нас во время работы над этой пьесой, вопрос о том, когда мы стали такими холодными, далекими и неспособными любить. Если два брата не могут сесть, поговорить и простить друг друга за все плохие слова и ситуации, создателями которых сами являются, то как мы можем надеяться на мир?» — отмечает драматург.

Ирландская глубинка в интерпретации театра из российской глубинки

Конечно же, совершенно невозможно представить фестиваль без российских театров, в этом году спектакль «Сиротливый Запад» представит коллектив из небольшого города Шадринска, по праву считающийся одним из лучших периферийных театров всего Южного Урала.

Молодой и талантливый режиссер Илья Роттенберг определяет жанр спектакля как «мрачная комедия», главным в его постановке будет игра актеров и сюжетные перипетии. Автор убежден, что пьеса касается не далекой от нас Ирландии, но также и каждого из нас. В этом он сходится с исследователем творчества МакДонаха Патриком Лонерганом, считающим, что «Сиротливый Запад» есть трагедия мира, а не небольшого городка Линэн.

Постановка спектакля «Сиротливый Запад» — это лишь малая часть того, что ожидает пермского зрителя во время фестиваля, приближающегося к нам с неумолимой скоростью. Не меньший интерес представляют другие спектакли, которые привезут к нам театры из Казахстана, Македонии, Чехии и иных городов и стран, где ценится творчество английского драматурга.

Не случайно фестиваль ирландца МакДонаха проходит именно в России, о сходстве двух стран в понимании театрального искусства давно говорят многие драматурги и критики.

«Пьесы Чехова вдохновили таких ирландских драматургов, как Том Мерфи, Томас Килрой и, в частности, Брайан Фрил. Все они адаптировали пьесы Чехова, перенося место действия в Ирландию, предполагая, что, поставив пьесу о России, мы можем многое узнать о нашей собственной стране», — замечает Лонерган.

Творчество же МакДонаха порой связывают с такими российскими авторами, как Федор Достоевский и Виктор Пелевин. Таким образом, наблюдается взаимная диффузия двух отдаленных друг от друга культур, которая напрямую порой и незаметна, но проявляется в удивительных случайностях, благодаря которым Ирландия внезапно врезается в культурное пространство России.

Дело в том, что Сергей Федотов увидел впервые постановку пьесы МакДонаха в Чехии, спектакль поразил его своей глубиной и светом. Художественный руководитель театра «У Моста» не задумываясь поставил пьесу в России, открыв ей путь для покорения драматургом нашей страны. Быть может, эта встреча России и Ирландии произошла не случайно и подобная реакция на МакДонаха была предопределена схожестью двух культур?

«В том, что пьесы, действие которых происходит в Голуэе (на западной границе Европы), ставятся в Перми (на восточной границе Европы), есть тонкая симметрия. И поскольку МакДонах всегда заставляет ощущать себя в двух разных местах одновременно, вполне правомерно, что российский город сможет воссоздать дух ирландской провинции», — подчеркивает Лонерган.

Слова ирландского специалиста по творчеству МакДонаха были с успехом подтверждены двумя фестивалями, прошедшими в 2014 и 2016 годах. Третий фестиваль, который пройдет с 1 по 7 октября в Перми, превращает данное событие в добрую традицию, которая будет способствовать сближению двух культур, что, в свою очередь, будет иметь далеко идущие последствия во всех сферах. Именно так и закладываются основы дружбы между двумя государствами.

Антон Исаков

Босния и Герцеговина. Македония. Грузия. Весь мир. ПФО > СМИ, ИТ > regnum.ru, 6 сентября 2018 > № 2731487


Босния и Герцеговина. Сербия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 30 августа 2018 > № 2718077

Dnevni list (Босния и Герцеговина): ЕС не знает, что делать с Западными Балканами

ЕС не понимает, как распутать балканский узел, пишет боснийский Dnevni list. В настоящее время Западные Балканы зависли между небом и землей: никто не понимает, что делать с этим регионом, но каждый хотел бы прибрать его к рукам. Автор критикует ЕС, который только обещает, но ничего не делает. А ведь Балканы могут легко и быстро развернуться в сторону других игроков, к которым относятся и Россия.

Драган Брадвица (Dragan Bradvica), Dnevni list, Босния и Герцеговина

Пустые обещания Европейского Союза о том, как быстро мы будем продвигаться и однажды станем частью этого сообщества, не сопровождаются никакими конкретными действиями. Это отбивает охоту даже у тех, кто «проповедует» учение ЕС на Западных Балканах. Поддержка евроинтеграции среди населения постепенно ослабевает, и крепнет позиция тех, кто предпочитает вернуться в мрачное прошлое. Я уже не говорю о том, что «за углом» притаились Китай, Россия и Турция…

Одно из редких позитивных явлений, характерных для всех стран Западных Балкан в последние годы, — это, конечно, тот факт, что местные политические элиты, а также большинство граждан, выступают за европейскую интеграцию и вступление в оборонный альянс. Все это может способствовать прогрессу в регионе.

Помимо всех тех проблем, от которых страдает ЕС, он по-прежнему существует. У него крепкая экономика, и ЕС по-прежнему есть что предложить своим гражданам. В Евросоюзе укрепляется система образования, упрощается перемещение. И уже одним этим ЕС объединяет Европу и снижает вероятность конфликта. Тем не менее этот «экономический джин, политический карлик и военный муравей» до сих пор явно не понимает, как распутать «балканский узел», и делает то, что в чувствительной геополитической обстановке, возможно, хуже всего. Евросоюз пытается сохранить статус-кво. Понятно, что «шкодливые балканские дети» все еще очень далеки от того, чем является Европейский Союз. Ясно, что реформы они проводят неохотно и не спешат превращаться в государства закона и порядка. Однако пустые обещания Европейского Союза о том, как быстро мы будем продвигаться и однажды станем частью этого сообщества, не сопровождаются никакими конкретными действиями. Это обескураживает тех, кто «проповедует» учение ЕС на Западных Балканах. Поддержка евроинтеграции среди населения постепенно ослабевает, и крепнет позиция тех, кто предпочитает вернуться в мрачное прошлое.

А ведь, в конце концов, Болгария и Румыния уже вошли в Европейский Союз, хотя ему пришлось «не то, чтобы зажмурить один глаз, а руками закрыть себе оба». Я уже не говорю о том, что «за углом» притаились Китай, Россия и Турция…

Другие «игроки»

Многие полагают, в том числе и самые убежденные «европейцы», что Европейский Союз столкнулся с проблемами потому, что долгое время политическая интеграция не поспевала за экономической. Действительно, сейчас ЕС мучительно принимает самые банальные решения — так в нем разросся бюрократический аппарат. Все громче звучат голоса тех стран, которые хотят возвращения суверенитета в рамках национальных государств (Вышеградская группа). Ситуацию еще больше усложнил миграционный кризис и укрепление позиции популистских и ультраправых и ультралевых движений. Ответа на эти вызовы пока нет. Говорилось о нескольких вариантах «нового ЕС» (идею продвигают Макрон и Меркель), чаще всего в виде «многоскоростной Европы» (но против выступают страны Вышеградской четверки, а с ними и некоторые другие). Пока дела обстоят таким образом, и ничего не меняется, Европейский Союз слабеет, а влияние других «игроков» растет. И здесь мы подходим к Западным Балканам, которые в настоящее время зависли «между небом и землей», и никто не знает, что делать с этим регионом, но каждый хотел бы прибрать его к рукам. В подобной ситуации, если учесть, что многим политикам в балканских странах не чужда автократия, клиентелизм и кумовство и, напротив, чуждо правовое государство, становится ясно, насколько легко и быстро они могут развернуться в сторону других «игроков».

Влияние России в Сербии и Боснии и Герцеговине уже давно ощутимо, и оно растет. Турция, в свою очередь, тоже все чаще заявляет о себе в этом регионе (не только посредством Боснии и Герцеговины), а Китай входит со своим капиталом, о чем прямо сказал Йоханнес Хан, европейский комиссар по вопросам расширения и политики добрососедства. Он заявил, что Китай может превратиться в «троянского коня» в тех странах, которые когда-нибудь станут членами Европейского Союза.

По его словам, китайское сочетание капитала и политической диктатуры может привлечь некоторых балканских лидеров на юго-восточном крыле континента. Министр иностранных дел Словакии Мирослав Лайчак еще в 2017 году причислил к означенным «игрокам» Саудовскую Аравию, сказав, что не стоит винить в чем-то эти страны, поскольку они поступили логично, а вот ЕС стоит задуматься, что и как делать дальше.

Нужны конкретные шаги

Несмотря на все это, Евросоюз по-прежнему «блуждает по балканскому лабиринту», и его обещания по-прежнему выглядят пустыми. Ведь совершенно ясно, что такие страны, как Франция и Нидерланды, мягко говоря, не поддерживают расширение Европейского Союза, о чем несколько раз говорил французский президент Эммануэль Макрон. Сначала они хотят реформировать ЕС, а также увидеть, как масштабные реформы реализуются в странах Западных Балкан, а уж потом говорить о членстве.

Таким образом, сейчас ситуация такова, что в Македонии, еще недавно балансировавшей на грани гражданской войны, обстановка меняется, постепенно решаются острые проблемы, ищется решение давних споров с Грецией. Европейская комиссия обещала Македонии за все это «дать зеленый свет» на начало переговоров о вступлении, тем не менее этого не происходит. В такой же ситуации оказалась Албания, которая уже давно ждет начала переговоров, и неизвестно, сколько она еще будет готова ждать.

Черногория прошла через все и вся и даже пережила покушение на президента Мило Джукановича из-за его проевропейской и пронатовской политики. И после всего этого Черногорию будто обдали «холодным душем», когда президент Дональд Трамп назвал ее народ агрессивным. Черногорцы уже открыли на переговорах подавляющее большинство разделов, касающихся вступления в ЕС, но мало из них закрыли. Поэтому большим вопросом остается, сможет ли Черногория к 2025 году стать частью «европейской семьи» (согласно новой стратегии ЕС для Западных Балкан, в том же году в Евросоюз может войти и Сербия).

Босния и Герцеговина мучительно борется со своими проблемами, и, честно говоря, ее руководство ничего не делает для того, чтобы ускорить вступление в ЕС. Но так же честно стоит признать, что Европейский Союз сам не знает, как набросить на Боснию и Герцеговину «смирительную рубаху», и предложить он может только разговоры.

А они не приносят ничего, кроме массового переселения наших граждан. Вступление в ЕС — это единственное, с чем согласны все, однако, к сожалению, из-за всего выше перечисленного поддержка европейской интеграции снижается. Не так давно войти в Европейский Союз хотело 76%, а в 2018 году — уже 56,6%.

Сербия лавирует между западом и востоком. На словах она выступает за членство в Европейском Союзе, но также в качестве партнеров ее привлекают Россия, Китай и Турция. Остается нерешенным вопрос Косово, однако неразрешенные пограничные споры с соседями есть у всех западнобалканских государств.

Итак, ЕС продолжает заявлять, что Западные Балканы во всех смыслах являются частью Европы, что у них большие перспективы, что Евросоюз Балканы не забудет, и даже отправляет деньги и предпринимает попытки сделать этот регион своеобразным щитом для защиты от мигрантов. Но все это уже просто не действует. Европейский Союз должен дать ясные ответы, ясные указания и представить ясную перспективу, поскольку одни слова ничего не стоят. Даже те граждане, которые больше доверяли европейским политикам, чем собственным, теряют оптимизм по поводу Европейского Союза. Дипломатичные разговоры о том, что ЕС видит в странах Западных Балкан партнеров, а не членов, нужно просто прекратить, иначе мы начнем скатываться к новым распрям и опасно приблизимся к точке «размораживания замороженного конфликта». Ведь балканские политики умеют править, проводя только политику страха и шантажом. Если действительно у «европейского зала ожидания нет выхода», то наши элиты найдут его где-нибудь в другом месте, где не хватает демократии, прав человека, свободы СМИ и слова, но предостаточно диктатуры, преступности и коррупции, а также «порабощенных институтов». В этом балканские политики — мировые лидеры.

Босния и Герцеговина. Сербия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 30 августа 2018 > № 2718077


Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 4 августа 2018 > № 2779143

Главный вопрос для Боснии и Герцеговины: можно ли одновременно жить в мире и в демократии?

Семир Гамбо (Semir Hambo), Klix, Босния и Герцеговина

Деян Йович, авторитетный профессор факультета политологии университета Загреба и аналитик, комментирует в интервью Klix.ba самые разные актуальные события, в том числе связь спорта и политики, а также национализма и болельщиков. Кроме того, профессор Йович рассказывает о позиции Западных Балкан в контексте ЕС-интеграции и НАТО, говорит о роли Великобритании на Балканах, о политических отношениях между странами бывшей Югославии и о многом другом.

<…>

Klix.ba: Как Вы прокомментируете такой феномен: в Хорватии, Сербии, а также Боснии и Герцеговине актуальными политическими темами остаются Независимое государство Хорватия, усташи, четники, их преступления и жертвы. Стоит ли ожидать каких-то изменений, и насколько эти темы намеренно и осознанно используются в политических целях?

Деян Йович: Возвращение к прошлому — составная часть националистической и консервативной политики. Само ее название подсказывает, что в прошлом она ищет примеры для будущего, веруя в то, что «история — учитель жизни». Однако под «учением» сторонники подобной политики подразумевают бездумное возрождение прежних так называемых традиций, а в будущем видят «возвращение в прошлое» или его продолжение. Напротив, прогрессивные политики требуют отстраниться от прошлого, в особенности, если оно было трагическим (а таким в целом было все прошлое Европы в 20 веке). Европейский Союз — это попытка сделать возрождение прошлого невозможным, чтобы сформировалась новая, миролюбивая и демократическая Европа. Это не означает, что прошлое надо забыть, но стоит критически к нему относиться, особенно к тем его аспектам, которые привели к войнам и жертвам. Дополнительная причина для нас — война в 90-х, которая для многих была «второй» Второй мировой войной — только исход ее отличался от конца «первой» Второй мировой войны. В 90-е годы в политический и общественный лексикон вернулись такие слова, как усташи и четники, вернулось понятие меньшинства, и, к сожалению, возродились фашистские практики: этнические чистки, геноцид, насилие и так далее. Только партизан не было, так как они потерпели поражение 1989 году (не только у нас, но и по всей Европе). Как я написал в своей книге «Война и мир», в Хорватии войне 90-х не дают закончиться, а поддерживают ее, оперируя тезисом о «войне за интерпретацию войны» и создавая миф о Гражданской войне. Правда, у этого поддержания войны есть интересный аспект, поскольку в Хорватии проживает до полумиллиона зарегистрированных участников той войны. Есть и идеологическо-политический аспект, и с его помощью политики зарабатывают голоса. Вообще Хорватия не единственная страна, где тема войны стала центральной в современной идентичности. Скажем, как говорит мой коллега Тихомир Ципек, российская политика в области истории отказалась от прежнего советского прославления Октябрьской революции и сосредоточилась на Второй мировой войне. Теперь в России возрождают память об антифашизме, что предполагает также обвинения в адрес других, например украинцев, в фашизме. Темы, связанные с прошлым, доминируют в общественном дискурсе в странах Прибалтики и Польше, поскольку на этой основе выстраивается политика идентичности и безопасности. В Италии тоже, по словам коллег, которые занимаются этой проблемой, вопрос послевоенных оптантов, как мы называем их по эту сторону Адриатики, с 1994 года остается на первом плане. Прошлое переоценивается почти во всей Европе, но настоящего пика этот процесс достигнет в Германии. У войны, возможно, есть конец как у события со строчной «с», но не как у События с прописной. Воспоминания о нем, быть может, только «дремлют», но их всегда легко разбудить.

— Существуют ли, по-Вашему, между странами бывшей Югославии искренние политические отношения?

— Интересный вопрос. Во-первых, трудно дать определение «искренности», и трудно сказать, возможна ли искренность в политике. Политика — это своего рода базар, где каждый торговец хочет продать свой товар и заработать на нем. В долгосрочной перспективе в торговле лучше всего руководствоваться принципом «Honesty is the best policy» («Искренность — лучшая политика»), но всем нам известно, что те торговцы, которые не собираются задерживаться, о долгосрочной перспективе не думают, а заботятся прежде всего о конкретном и скором результате. Так же бывает и с демократическими политиками, ведь в демократии политик может рассчитывать на четыре, максимум восемь лет власти и заботится он только о том, что будет во время его мандата, и редко — о том, что будет после. Только диктаторы строят планы на вечность. Демократические политики иногда готовы продать «брак», только чтобы заработать. Но все-таки, по-моему, уж лучше такие политики, чем диктаторы, которые совершают более безнравственные преступления и истощают общества и государства. Если бы в международных отношениях присутствовала искренность, это было бы прекрасно, но, боюсь, тех, кто на нее рассчитывал бы, слишком часто постигали бы разочарования. Другой стороне можно доверять лишь отчасти, поскольку никогда не знаешь, будет ли она тоже придерживаться соглашений, и станет ли следующее правительство, которое придет после этого, соблюдать все договоренности. Вы сами видите, что происходит с американской политикой по отношению к Ирану при Трампе, или с хорватско-словенскими отношениями в связи с арбитражем из-за Пиранского залива, или вокруг соблюдения и несоблюдения прошлых договоренностей относительно ядерного арсенала и территориальной целостности между Россией и Украиной. Но вернемся к вопросу о странах бывшей Югославии. Думаю, что проблема не столько в недостатке искренности, сколько в недостатке дружественности в отношениях. Война нарушила прежние связи, которые были теплыми и, я бы даже сказал, братскими. Теперь же дружбу делают невозможной восхваление войны, чувство несправедливости из-за ненаказанных преступников и страх, что война может повториться, так как партии и некоторые фигуры, замешанные в разжигании той войны, по-прежнему пользуются авторитетом и даже активно действуют на политической арене. Нельзя дружить со страной, которую вы обвиняете в преступлениях против самих себя. А чтобы та или иная страна убедительно доказала, что у нее больше нет злых намерений в отношении остальных, она должна совершенно критически оценить свое мрачное прошлое. Не только на словах, но и осудив преступления и преступников. Не порвав с прошлым и войной, не осудив решительно преступления (без всяких «но»), прогресса не добиться. К сожалению, мы видим, что воли для того, чтобы вот так порвать с прошлым, недостаточно.

— Как Вы оцениваете нынешнее положение стран Западных Балкан в свете их перспективы вступить в ЕС и НАТО? Мы оказались в трудной ситуации. Знают ли на самом деле Европейский Союз и НАТО, чего хотят? Черногорию приняли в НАТО, и теперь мы слышим очень политически некорректные заявления Дональда Трампа об этом. Македонию вознаградили за положительные изменения, начав с ней переговоры о вступлении в альянс. Как Вы оцениваете эти взаимоотношения?

— С 2014 года я откровенно говорю о том, что Европейский Союз должен немедленно открыть свои двери перед всеми странами Западных Балкан и взять на себя риск принять их такими, какие они есть сейчас. При этом ЕС следует задуматься над тем, как он может повлиять на их политику после того, как эти государства войдут в ЕС. Риторика и практика осмысления все более сложных и нереальных требований к кандидатам на сегодня совершенно контрпродуктивна. Она заставляет кандидатов изображать и симулировать реформы, а в реальности вызывает у обществ только новые разочарования, и они поворачиваются в другую сторону: сербы — к России, босницы и албанцы — к Турции и США. Вторгшись на Украину, Россия обозначила восточную границу Европейского Союза. Тем самым она дала понять, что хочет помешать дальнейшему расширению и НАТО, и Европейского Союза на постсоветском пространстве. Турция сама себя лишила возможности вступить в Европейский Союз. Остались Западные Балканы. Европейский Союз может расшириться за счет них и поступает совершенно нелогично, не делая этого, но выставляя все новые требования и колеблясь. Политики, которые стоят у власти на Западных Балканах, ведут двойную игру. С одной стороны, они сохраняют проевропейскую риторику, и им выгодно преподносить себя единственными гарантами европейской ориентации их стран. Вместе с тем им все труднее поддерживать в обществе желание вступить в ЕС, и они заигрывают с внешними силами: Турцией, Россией и Соединенными Штатами. Так Европа теряет намного больше, чем выигрывает. Долгое ожидание в своеобразной «очереди» вызывает волнение и разочарование, и это только укрепляет антилиберальные и антиевропейские тенденции в обществе. Получился «зачарованный круг»: Европейский Союз утверждает, что, поскольку тенденции неблагоприятны, принять эти страны он не может, а тенденции неблагоприятны потому, что эти страны еще не приняли в Евросоюз, а оставили ждать у моря погоды. Если Кипр может быть в составе ЕС, то почему Босния и Герцеговина — нет? Если Венгрия в Евросоюзе, то почему бы не принять и Черногорию? Я понимаю, что никто не хочет «новый Кипр» и «нового Орбана», однако эти проблемы внутри ЕС можно решить новой политикой санкции против членов, но не стоит тормозить процесс вступления новых членов. Кстати, Европе нужны успехи, а вхождение всех стран Западных Балкан в ЕС стало бы хорошим ответом на выход Великобритании, а также на критику Трампа, Путина и Эрдогана в адрес Европы.

— Как Вы оцениваете позицию Великобритании на Западных Балканах. Она покидает ЕС и заявляет о расширении присутствия на Балканах. Компенсирует ли ей это уход из Евросоюза? Принесет ли это пользу региону?

— Британия сама себе выстрелила в ногу, а теперь делает вид, что ничего не произошло. Она организует саммит о Западных Балканах, а сама уходит из ЕС из-за собственного ксенофобского национализма. Я прожил в Великобритании 16 лет и сожалею о ее крайне неразумном решении покинуть Европейский Союз. Решение было демократическим, но народ часто принимает совершенно неразумные решения и только потом понимает, что на самом деле они были вредными. Британцы тоже от этого не застрахованы. Сейчас Великобритания пытается сконструировать «Европу за пределами ЕС», создав, таким образом, геополитическое пространство, в котором выступит главным игроком, прежде всего в сфере безопасности. Это пространство охватило бы и Западные Балканы, если государства этого региона вскоре не войдут в Европейский Союз. Кроме того, это пространство распространяется и на постсоветские государства. В этом, кстати, заключается главная причина антагонизма с Россией. Британцы хотят сблизиться с США, но, насколько я вижу, Трамп нисколько не заинтересован в этом, что подтверждает его недавняя критика в адрес Мэй в Лондоне. Великобритания, конечно, останется великой страной, но она сама выбросила себя из самого крепкого ядра Европы на периферию, и это ослабит британское влияние. Правда, если Европейский Союз сам не распадется. Такое трудно себе представить, но вероятность этого существует. Будет интересно наблюдать и за НАТО, в котором три самые мощные военные силы (американская, британская и турецкая) относятся к тем странам, которые сейчас наиболее скептически настроены к Европейскому Союзу. Решится ли ЕС создать собственные вооруженные силы или по-прежнему будет полагаться на НАТО, вопрос открытый.

— Если говорить об отношениях Турции с Балканами, с одной стороны, и Европейского Союза с Балканами, с другой, то кто больше выиграет? Есть ли у разговоров о создании единой экономической системы в регионе основа?

— Турки все говорят, но ничего особенно в Балканы не инвестируют. В отличие от Турции, Европейский Союз — крупный инвестор. Скажем, с 1990 по 2015 годы Турция инвестировала в Боснию и Герцеговину 187 миллионов евро, а одна только Австрия — миллиард и 272 миллиона. Сербия и Хорватия вложила каждая по миллиарду. В списке инвесторов Турция стояла на десятом месте. В 2016 году она стала восьмым крупнейшим партнером в общем объеме экспорта и импорта Боснии и Герцеговины. В последнее время (в прошлом и текущем году) растет турецкий экспорт на Балканы, прежде всего в Болгарию, Грецию, Словению и Сербию, меньше — в Боснию и Герцеговину и другие страны. И тем не менее присутствие Турции не так масштабно, как у стран ЕС. Что касается налаживания экономических взаимосвязей в регионе, то подобная политика и стратегия была бы разумной. Особенно если балканские страны останутся за пределами ЕС, но повернутся друг к другу.

— Одна из актуальных тем в Боснии и Герцеговине сегодня — изменение избирательного законодательства, и политики ведут споры вокруг идеи гражданской, религиозной и национальной идентичности. Насколько оправдана формулировка «конститутивный народ» применительно к стране, которая стремится войти в ЕС? Является ли гражданская модель наиболее приемлемой, и насколько, по-Вашему, в политике Боснии и Герцеговины силен гражданский и этнонациональный компонент?

— Отношения гражданского и этнического компонентов сложны и в теории, и на практике. Гражданское иногда лишь маскируется под этническое доминирование самого большого народа (так не только у нас, но и по всей Европе). Однако факт в том, что Босния и Герцеговина сформирована в большей степени по этническому, чем по гражданскому принципу, как было и в бывшей Югославии. Когда она в итоге оказалась в глубоком кризисе, это только усугубило его, если не спровоцировало. Поощрение этнонационализма всегда вредит интеграции и равенству. Таким образом воплощаются страхи, сфабрикованные в прошлом. Так было в Югославии, и так есть сегодня в Боснии и Герцеговине. Она находится в особенно трудной ситуации, поскольку не может сама решать вопрос о своей конституции вследствие того, что Босния и Герцеговина утратила контроль над собственным суверенитетом, когда он переходил к ней от Югославии. Внешние силы, которые решали судьбу Боснии и Герцеговины в Дейтоне, обоснованно опасались, что возвращение ей полного суверенитета во внутренних вопросах может спровоцировать продолжение вражды. Главной целью Дейтона был мир, а не демократия, и, к счастью, эта цель достигнута. Но в долгосрочной перспективе нация, которая не решает свою судьбу сама, остается в подвешенном состоянии, в котором не может справиться с причинами собственной разрозненности. Боснии и Герцеговине следует формировать чувство единения на основе особой боснийской идентичности. Но, насколько я вижу, этого не делает ни один из лидеров трех наций в ней. Они лишь следуют советам, поступающим извне, и на то есть своя причина: они хотят сохранить статус-кво. Но без отстранения от прошлого не достичь прогресса. Главный вопрос для Боснии и Герцеговины такой: можно ли одновременно жить в мире и в демократии? Причем в такой демократии, в которой никто не будет чувствовать себя изгоем и ни в ком не будут видеть врага. Вот какой вопрос стоит перед Боснией и Герцеговиной. Если ее граждане на самом деле хотят определять судьбу своей страны, то они должны честно задать себе этот вопрос.

Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 4 августа 2018 > № 2779143


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 23 июля 2018 > № 2725557

Steelmin Limited запустила ферросилициевый завод в Боснии и Герцеговине

Компания Red Rock Resources заявила, что Steelmin Limited, в которой Red Rock владеет 22%-й долей, запустила в коммерческое производство завод по выпуску ферросилиция в г. Яйце (Босния и Герцеговина). В Steelmin рассчитывают на получение позитивных показателей EBITDA уже в июле.

В настоящее время производственная мощность предприятия составляет 29 тыс. т ферросилиция и 5800 т микрокремнезема в год. После запланированной модернизации второй печи, мощность завода вырастет, по оценкам, до 48720 т и 9700 т ферросилиция и МКЗ соответственно.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 23 июля 2018 > № 2725557


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 10 июля 2018 > № 2671503

ArcelorMittal Zenica завершила реконструкцию доменной печи

Как сообщает MarketWatch, компания ArcelorMittalZenica,расположенная в Боснии и Герцеговине, завершила проект стоимостью €30 млн. на реконструкцию доменной печи и модернизацию других участков завода, в том числе энергетических, агломерационных и сталелитейных заводов и прокатного стана.

Последние проекты приносят общий объем инвестиций в завод Zenica более €200 млн. Реконструкция означает, что интегрированное производство стали может продолжаться в Зенице на срок до 20 лет.

Завершение проекта было отмечено церемонией в центре сталелитейного завода, в которой приняли участие более 200 гостей, в том числе премьер-министр Федерации Боснии и Герцеговины, Фадиль Новалик и Миральм Галиясевич, премьер-министр Зеницко-Добойского кантона. Августин Кочупарампил и Лутц Бандуш присутствовали от имени ArcelorMittal Europe.

Обращаясь к гостям, федеральный премьер-министр Новалич прокомментировал: «Это шаг, который гарантирует конкурентоспособность на очень бурном рынке стали. Прямо или косвенно, от этой компании зависит 12 000 человек, что, без сомнения, является крупнейшей компанией в Боснии и Герцеговине ».

Генеральный директор ArcelorMittal Zenica Биджу Наир подчеркнул важность проекта для будущего города: «Мы будем продолжать инвестировать в инфраструктуру завода, улучшая нашу экологическую производительность и наши производственные возможности.

«В то же время мы будем продолжать поддерживать, развивать и поощрять молодых менеджеров, инженеров и производственных сотрудников, которые напишут следующую главу в истории о стали в Зенице».

Ведущим подрядчиком, ответственным за доставку проекта, была специализированная голландская компания Danieli Corus, поддерживаемая многими местными подрядчиками.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 10 июля 2018 > № 2671503


Босния и Герцеговина. Сербия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 25 мая 2018 > № 2621344

Босния и Герцеговина: сербские националисты видят в руках Трампа и Путина билет к независимости

Марк Маккиннон | Globe and Mail

В течение 23 лет ООН наблюдает за Боснией и Герцеговиной с помощью высокого представителя, который олицетворяет стремление международного сообщества удержать эту многонациональную страну от насилия. Валентин Инжко, седьмой человек на этом посту, сказал The Globe and Mail, что тщательно выстроенный мир в этой стране дает слабину, стабильности становится все меньше и за последний год процесс значительно ускорился.

Инжко винит в основном президента Республики Сербской (образование в составе Боснии и Герцеговины. - Прим. ред.). Милорад Додик, неоднократно прославлявший как героев Радована Караджича и Ратко Младича, вызвал обострение напряженности, закупив 2,5 тыс. автоматов для своей полиции, передает корреспондент Марк Маккиннон.

"Они даже не пытаются скрытничать. Президент Додик открыто говорит об армии для Республики Сербской, - заявил Инжко изданию. - Он хочет, чтобы у шести тысяч его полицейских было 6 тыс. автоматов. Для сравнения, в суверенном государстве Словения всего пять тысяч солдат".

Додик пообещал также провести референдум о независимости Республики Сербской. В 1992 году, отмечается в статье, объявление независимости Караджичем спровоцировало почти четыре года боев, в результате которых погибли около 100 тыс. человек, а международный словарь пополнился термином "этническая чистка".

В интервью изданию Додик высмеял мысль о том, что 2,5 тыс. автоматов представляют угрозу стабильности страны. Он обвинил Инжко в демонизации боснийских сербов для сохранения должности и шестизначной зарплаты. "В какой-то момент Додик заявил, что продолжит интервью, только если The Globeand Mail согласится зафиксировать, что он назвал высокого представителя ООН придурком, который защищает интересы мусульман", - пишет корреспондент.

"Додик не определил конкретных сроков проведения референдума, - сообщает далее Маккиннон. - Но он похвастался своими близкими отношениями с президентом России Владимиром Путиным и заявил, что, по его мнению, боснийским сербам представился удобный момент (возможно, считанные годы) реализовывать свое стремление к независимости, пока международную повестку задают Путин и другой мировой лидер, которым Додик открыто восхищается: президент США Дональд Трамп".

"Трамп великолепен, и Путин тоже... Я думаю, если они могут свободно выстраивать мир, это на благо стабильности", - сказал Додик. "Я не сторонник какого-либо насилия, но уверен, что Босния и Герцеговина продолжит существовать лишь до тех пор, пока не рухнет. Единственное, что может самостоятельно функционировать в Боснии и Герцеговине, это Республика Сербская", - заявил он.

Дейтонские соглашения, по словам Додика, были навязаны. "Мы находимся в искусственно созданной ситуации, - сказал он. - Большинство населения в Боснии и Герцеговине, большинство сербов и хорватов, не поддерживают такую Боснию и Герцеговину".

The Globe and Mail пишет: "Наиболее значительной переменой на Балканах с тех пор, как в 2008 году Косово объявило о независимости от Сербии, является возвращение российского и турецкого влияния".

Мир в регионе поддерживался с помощью пряника - возможного членства в ЕС - и кнута - американской военной мощи. Но, поскольку ЕС испытывает трудности в связи с "Брекзитом" Британии и внутренним расколом, вызванным притоком беженцев, неясно, предлагается ли еще пряник. Трамп же практически ничего не говорил о Балканах, что позволило некоторым сделать вывод об исчезновении кнута. В этот вакуум шагнули Путин, который стремится извлечь выгоду из многовековой дружбы между Россией и Сербией, и Эрдоган, желающий, чтобы боснийцы вспомнили, что их страна некогда входила в Османскую империю, говорится в статье.

"Эрдоган и Путин осознают, что с Балканами очень легко и незатратно заигрывать, - сказал изданию Ясмин Мужанович, сотрудник аналитического Института Восток-Запад в Нью-Йорке. - Можно пойти и создать всевозможные проблемы, можно повысить этих деревенских громил до военачальников и создать кризисы, которые США и ЕС будут вынуждены урегулировать. Нам всем нужно помнить, что игра с огнем выходит из-под контроля, особенно в Боснии".

Россию обвиняют в подготовке сербских военизированных групп, состоящих из ветеранов войн 1990-х, продолжает журналист. Лидер сербского националистического формирования "Честь отчизны" Бранислав Окука заявил, что в его группе - 17 тыс. бывших офицеров югославской полиции. Цель, по его словам, "оградить Республику Сербскую" от тех, кто желает создать унитарную Боснию и Герцеговину.

Военный аналитик из Белграда Александр Радич называет такие группы частью российской спецоперации. По его словам, хотя сейчас Россия обладает широким влиянием в Сербии и Республике Сербской, оно может уменьшится, если Сербия и Косово достигнут мирного урегулирования или если боснийских сербов начнет устраивать их место в Боснии и Герцеговине. "Для России это, возможно, последний шанс нанести удар по стабильности ЕС. Это игра. У России есть ограниченное время, чтобы подготовить операцию", - сказал Радич.

Президент белградского неправительственного Форума по этническим отношениям Душан Янич считает, что Косово и Босния и Герцеговина рискуют быть втянутыми в конфликт, подобный украинскому. "На пророссийской стороне в этом конфликте воевали десятки, а может сотни сербских бойцов, и это вызвало опасения, что они могут попытаться перенести эту тактику на север Косово с преимущественно сербским населением или в Республику Сербскую", - передает корреспондент. "Моделью является Донбасс", - сказал Янич

Босния и Герцеговина. Сербия. США. РФ > Внешэкономсвязи, политика > inopressa.ru, 25 мая 2018 > № 2621344


Босния и Герцеговина. Евросоюз. США. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 18 мая 2018 > № 2613039 Елена Пономарева

Куда идут Балканы

«Пороховую бочку Европы» могут вновь взорвать.

За Балканами, находящимися на перекрёстке путей и цивилизаций, прочно закрепилось название «пороховая бочка Европы». Религиозные и этнические противоречия, выгодное географическое положение, стремление более сильных стран подмять регион под себя и многое другое не раз превращало Балканы в поле жестоких сражений. Неспокойно на Балканах и сегодня. О том, какие политические процессы там происходят и к чему они могут привести, наш обозреватель беседует с известным российским балканистом, доктором политических наук профессором МГИМО МИД РФ Еленой ПОНОМАРЁВОЙ.

– Елена Георгиевна, 27 апреля в Брюсселе состоялась встреча глав внешнеполитических ведомств стран НАТО, на которой одной из центральных тем был вопрос об «открытых дверях на Балканах». Его же будут обсуждать и 17 мая, но уже на саммите Евросоюза, который пройдёт в Софии. Чем вызвано столь пристальное внимание Запада к Балканам?

– Разрушив в начале 1990-х годов по жёсткому сценарию Югославию, Запад на этом не успокоился. Он стал интенсивно навязывать балканским странам так называемый европейский вектор развития. Более того, в последнее время Запад значительно активизировал свои действия в этом направлении. Так, в начале февраля 2018 года Еврокомиссия представила новую стратегию по ускоренному включению в ЕС шести балканских стран – Албании, Боснии и Герцеговины, Македонии, Сербии, Черногории и даже частично признанного Косова.

Европейской перспективе региона посвящён и очередной саммит ЕС, который открылся в четверг в Софии. Основное внимание на нём уделено вопросам укрепления связей между ЕС и Западными Балканами.

Чем можно объяснить стремление Евросоюза быстрее втянуть в свои ряды балканские страны? На мой взгляд, свою роль в этом играют несколько факторов. Прежде всего желание руководства Евросоюза продемонстрировать всему миру, что Брексит не подорвал позиций объединения, что ЕС не только живёт, но и расширяется. А поскольку продвижение на восток ограничено Россией, то вектор расширения Евросоюза был направлен на юг. Хотя и здесь сработал антироссийский фактор: Евросоюз не хочет допускать сохранения и тем более укрепления позиций Москвы на Балканах.

Ещё одним фактором является тесная интеграция Евросоюза и НАТО. По сложившейся уже схеме сначала новые члены принимаются в Североатлантический альянс, а затем, пройдя ряд процедур и проведя существенные внутриполитические реформы, фактически лишающие государства национального суверенитета, и в ЕС. К примеру, Болгария членом НАТО стала в 2004 году, а Евросоюза – в 2007 году. Хорватия оказалась в НАТО в 2009 году, а членом ЕС стала в 2013 году.

Интерес к Балканам подогревает и экономический фактор. Ведь это дополнительный рынок в 20 миллионов человек. Недра Балканского полуострова богаты каменным и бурым углем. Месторождения нефти и природного газа редки, зато часто встречаются месторождения руд цветных металлов. Через Балканы проходят важнейшие энергетические маршруты.

Наконец, в Евросоюзе очень бы хотели, приняв балканские страны в свои ряды, отвести им роль «паркинга для мигрантов». То есть снизить за счёт Балкан миграционный поток в центр континента и другие его регионы.

– Американцы в 1999 году разбомбили Союзную республику Югославию, а потом отошли в сторону, предоставив европейцам возможность восстанавливать разрушенное. А какую роль в своих геополитических планах США отводят Балканам на данном этапе?

– После 1999 года американцы прочно закрепили за собой не только право главного арбитра, но и главного игрока в регионе. Именно американские политики, военные, транснациональные компании играют здесь первую скрипку. Брюссель занимается фасадными работами (права человека, гей-парады и тому подобное), а начинка вся в американских интересах. Не случайно в Косове построены две крупнейшие в юго-восточной Европе военные базы – Кэмп Бондстил и Кэмп Филмсити.

Ещё одним – отложенным – итогом бомбардировок стал выход Черногории из союзных отношений с Сербией. В июне 2017 года эта самая малая по численности (626 тыс. жителей) и стратегически важная страна стараниями политических временщиков и прежде всего бывшего коммунистического лидера Мило Джукановича стала 29-м членом НАТО. Нелишне напомнить, что Черногория, не будучи членом ЕС, поддержала санкции против России.

Нельзя не отметить, что бомбардировки и фактическая оккупация балканских стран американскими и натовскими войсками позволили инициаторам и исполнителям этого серьёзным образом обогатиться. Французский исследователь Жан Дарбен написал целую книгу о том, как отторжение Косова обеспечивает интересы американских корпораций. Некоторые из них произвольно распоряжаются сербской и албанской государственной собственностью. Так, по итогам военной интервенции Мадлен Олбрайт стала основателем и владельцем контрольного пакета акций консалтингового холдинга «Олбрайт групп», зарабатывающего значительный капитал на телекоммуникационном бизнесе в Косове. Генерал Уэсли Кларк, командовавший силами НАТО в Косове, в настоящее время является владельцем канадской энергетической компании, активно использующей уголь и продукты синтетического топлива из Косова. Этот список можно продолжить. Главное – американские ТНК получили на Балканах солидный куш, от которого просто так никогда не откажутся.

– Единственная из стран региона – Сербия – имеет возможности альтернативного развития. При этом она находится под особо пристальным вниманием США и НАТО, на неё оказывается наиболее интенсивное давление. На ваш взгляд, удастся ли Сербии устоять под этим прессом?

– Положение руководства Сербии можно назвать политической эквилибристикой. Пока она приносит некоторые плоды, но такое положение не может длиться вечно. Причём не Россия, а Запад настойчиво требует от Белграда определиться, с кем он. Посудите сами. Накануне визита Сергея Лаврова в Сербию, который состоялся в феврале этого года и был приурочен к юбилею установления дипломатических отношений между нашими странами, имела место продолжительная беседа президента страны Александра Вучича с руководителем английской разведки Ми-6. Содержание разговора неизвестно, но уже сам факт такой встречи говорит о многом.

После отъезда Лаврова прошли переговоры Вучича с Ангелой Меркель, суть которых, кроме ничего не значащих фраз, тоже не была предана огласке. Затем состоялся визит помощника госсекретаря США Уэса Митчелла, который приехал в Белград с новым планом Вашингтона по Косову и Метохии. Показательно, что Митчелл сначала побывал в Приштине, где сделал чёткое заявление о том, что силы безопасности Косова будут трансформированы в «армию Республики Косово» и что в этом вопросе никто не обладает правом вето.

Это принципиально новый момент в американской политике, потому что до этого дипломатия США настаивала на том, что только в согласии с конституцией все национальные меньшинства должны дать добро на создание армии Республики Косово.

– Как свидетельствует нынешнее положение балканских стран, членство в Евросоюзе оказывается непростым, а в чем-то даже обременительным…

– Действительно, в социально-экономическом плане ситуация во всех балканских странах очень тяжёлая: высокий уровень безработицы, отсутствие социальной перспективы, нищета, общая деградация инфраструктуры и всех сфер жизни. По данным Всемирного банка, в 2016 году официальный уровень безработицы в регионе был в 2-3 раза выше, чем в среднем по ЕС.

Всё это дополняется фактической утратой суверенитета. Балканы окончательно превратились в мировую периферию, где всё время расширяются, по меткому выражению Эдуара Баладюра, «зоны неправа». Например, в Боснии и Герцеговине активно действуют 46 военно-террористических лагерей, хорошо известных в исламском сообществе как параджматы (деревни, где не соблюдаются законы БиГ). Там обучают боевиков, которые затем отправляются воевать на Ближний Восток. Все эти базы имеют тесные связи с «Аль-Каидой» и ИГИЛ, запрещенных в России. Аналогичные лагеря работают в Албании и Косове. Такое положение вещей, мягко говоря, не внушает оптимизма.

– Некоторые дотошные эксперты утверждают, что на Балканах существует 18 больших и малых дремлющих или даже недремлющих конфликтов, каждый из которых может взорвать регион.

– 18 возможных конфликтов, конечно, перебор, но то, что Балканы – конфликтогенный регион, – это факт. В силу исторических, культурно-религиозных, политических, социально-экономических и геополитических причин Балканы были и остаются особо уязвимой зоной мировой политики. В настоящее время регион превращается в важный стратегический узел международного терроризма, который имеет региональную специфику, проявляющуюся в двух пересекающихся процессах.

Первый – это албанский ирредентизм, который ставит своей целью объединение всех территорий, на которых проживают албанцы, в общее государство. Второй процесс развивается в рамках исламистского экстремизма (преимущественно это ваххабитское движение), проводники которого активно работают над созданием так называемого балканского халифата (БХ). Достижение данных проектных целей предполагает тесное взаимодействие их инициаторов и организаторов со структурами транснациональной организованной преступности и международного терроризма.

В результате в регионе формируется регионально-глобальный монстр, несущий угрозу безопасности и территориальной целостности балканских стран, а также существованию населения, не исповедующего ислам. Если в потенциальные границы БХ включаются территории Албании, Греции, Болгарии, Боснии и Герцеговины, Македонии, Сербии, включая Косово, Черногории, то сценарий албанизации может быть реализован по двум направлениям.

В одном случае это создание «Великой Албании», способной объединить Албанию, Косово, Западную Македонию (Республика Илирида), юго-восточную Черногорию (Малесия) и северо-западную Грецию (Чамерия). Второй вариант предполагает объединение территорий преимущественного проживания албанцев через ассоциацию исламских областей, которая должна стать мостом между Ближним Востоком, Турцией и Санджаком (юг Сербии). Этот проект фактически является частью более широкой стратегии «Аль-Каиды» и частично пересекается со сценарием БХ.

Очевидно, что попытки реализации подобных сценариев породят три главных конфликта: сербы – косовары и шире албанцы; сербы – боснийские мусульмане и македонцы – албанцы. Причём прежде всего речь идёт не о межнациональных конфликтах, а о межрелигиозных, когда православные народы вынуждены оказывать сопротивление экспансии радикального ислама.

Разрушив в начале 1990-х годов по жёсткому сценарию Югославию, Запад начал навязывать балканским странам так называемый европейский вектор развития

– Вы уже упоминали об уготованной Балканам роли в отношении миграции. А как сегодня в регионе справляются с потоком всех мыслимых и немыслимых мигрантов из Африки, Афганистана, с Ближнего Востока?

– С одной стороны, для Балкан миграция – привычная вещь. На протяжении всей истории людские волны прокатывались по Балканам и через них. А с другой – с 2015 года явление приобрело такие грандиозные масштабы, получило такие негативные последствия, с которыми балканские страны не в состоянии справиться даже на деньги ЕС. Дело в том, что этот миграционный поток может в корне изменить этнорелигиозную и политическую ситуацию в регионе.

– А кто они, эти мигранты, с социальной точки зрения?

– Подавляющее большинство мигрантов – мужчины в возрасте 27–30 лет, исповедующие ислам. Как правило, они не стеснены в деньгах. По всем признакам они могут формировать «спящие» террористические ячейки и активно включаться в реализацию сценариев – в строительство «балканского халифата» или всебалканского албанского государства.

Маршрут подавляющего большинства беженцев пролегает через Турцию, оттуда они морем попадают в Грецию, затем пересекают границу Македонии, далее движутся в сторону сербской границы, переходят её и направляются в небольшой пограничный город Прешево, 90 процентов населения которого – албанцы. Часть беженцев остаётся в Македонии, часть, перейдя границу, оседает на юге Сербии в районах с мусульманским большинством. Кто-то проникает в глубинные районы Сербии.

Основная же масса движется дальше в Европу. Важно, что под видом мигрантов в страны ЕС устремляются косовские албанцы, которые расширяют уже существующие и формируют новые криминальные сети.

– Есть еще проблема, сопровождающая миграцию. Это наркотрафик. Не являются ли нынешние Балканы ещё одним «окном в Европу» уже в этом смысле?

– Балканы – не просто наркотеррористическое «окно в Европу», это распахнутые настежь ворота. После оккупации НАТО в 1999 году Косово стало настоящим раем для наркоперевозчиков. По данным спецслужб, через руки албанских наркодилеров ежемесячно проходит от четырёх до шести тонн героина, произведённого из афганского сырья, а годовой доход преступных группировок от торговли зельем составляет несколько млрд долларов. И это официальные данные. Реальность намного страшнее. За поставки героина в Европу отвечают около 30 албанских наркокланов, каждый из которых контролирует свой участок наркотрафика.

В рамках «балканского маршрута» действуют пять основных каналов доставки наркотиков:

1. Албанский идёт через Албанию, Македонию, Косово и Метохию, Центральную Боснию и далее в Европу. Название этого канала транспортировки связано с тем, что он проходит преимущественно по территориям компактного проживания албанцев.

2. Зелёный («Зетра») начинается в Турции, проходит через населённую мусульманами Южную Болгарию, захватывает Македонию, использует как перевалочную базу Прешево в Южной Сербии и заканчивается в Боснии. «Зетра» (Турция – Босния), будучи одним из главных направлений криминального транзита, исторически является также магистральным путём проникновения ислама в Европу.

3. Маршрут «Д», или путь через Дубровник. Проходит через пограничный переход «Дебели брег».

4. Маршрут «Р», или путь через Риеку, используется только при наличии надёжных логистических центров в Хорватии и для прямых поставок наркотиков и оружия. Надо сказать, что албанские каналы криминальных связей, проходящие через Хорватию, а также Словению, существуют уже несколько десятилетий.

5. Северный маршрут обеспечивает поставку наркотиков с территории Балкан через Чехию в скандинавские страны.

Важнейшим фактором процветания наркоторговли является прямой интерес крупных компаний, разного рода структур и ряда семей/кланов мирового истеблишмента. Торговля наркотиками в мировом масштабе невозможна без поддержки банков, спецслужб, разведывательных структур как государственных, так и частных крупных корпораций. Поэтому военные базы США в Косово, на которые ежедневно прилетают по нескольку транспортных самолётов, уверена, включены в наркотрафик. На мулах и ослах невозможно доставлять тонны афганского героина в Европу. Сначала это всё доставляется в Косово, а потом уже по албанской цепочке во все европейские города.

– До сих пор мы вели речь о западных Балканах, но есть ещё Болгария. Она рядом с этими конфликтными зонами. В чём состоят болгарская специфика, особенности болгарской внешней политики?

– В политическом и социально-экономическом смыслах ситуация в Болгарии ничуть не лучше, чем на постъюгославском пространстве. Характеристику суверенной внешней политики страны можно выразить двумя словами: её нет. Болгария проводит линию, согласованную с Вашингтоном и Брюсселем, причём в первую очередь именно с Вашингтоном.

В этом вопросе сошлюсь на мнение авторитетного болгарского историка, искреннего друга нашей страны Дарины Григоровой. Кстати, недавно в издательстве «Книжный мир» вышла её книга «Русский феникс: от имперского прошлого к евразийскому будущему», где она размышляет не только о причинах трагических событий ХХ века в истории России, но и о возможностях грядущих наших побед.

Что же касается внешней политики Болгарии, то, по словам Григоровой, она на протяжении последних десятилетий направлена на отрыв болгар от России. При этом болгарские политики не столь агрессивны в своей риторике и действиях, как поляки или прибалты, но линию на разрыв проводят очень последовательно. Показательно, что даже в оценке освобождения Болгарии в ходе русско-турецкой войны правительство страны занимается подменой понятий.

Никто не умаляет значения подвига простых солдат и офицеров, какой бы национальности они ни были, но все они освобождали Болгарию под русскими знамёнами. А значит, акцентирование внимания на перечислении воевавших народов, а не на роли России – это в современных условиях политический акт, который укладывается в общую линию на «выдавливание» России из региона.

В то же время нынешний президент Румен Радев, хотя и не является русофилом, таких в политическом истеблишменте страны вообще нет, выступает за прагматику в мировой политике и публично неоднократно заявлял о необходимости разморозки болгаро-российских отношений. Однако президент – это представительная фигура. Болгария – парламентская республика, где главная роль принадлежит премьеру. Бойко Борисов играет в стиле Меркель – изменчивый и ненадёжный, не делает резких заявлений, но действует по американским лекалам. В Болгарии три американские базы (авиабазы Безмер и Граф-Игнатьево, полигон Ново-Село) – это и определяет внешнюю политику Софии.

– Между Россией и Балканами существуют глубокие исторические и культурные связи. Но насколько они прочны сегодня? Одни аналитики утверждают, что Балканы постепенно удаляются от России, другие – что это Россия уделяет мало внимания Балканам. А кто-то даже говорит, что Россия, наоборот, излишне вмешивается в дела балканских стран. А что вы скажете по этому поводу?

– Последнее утверждение ложное. Скажу так: чем меньше внимания Россия уделяет Балканам, тем больше они отдаляются от нас. Сотрудничество, как и несотрудничество, приносит свои плоды. И неважно, идёт речь о Греции, Болгарии или Сербии.

Напомню, что Россия никогда в истории Балкан не привносила в регион конфронтацию, а всегда старалась её ликвидировать и помочь балканским народам отстаивать национальные интересы, сохранять культурные и религиозные традиции.

Беседовал Александр ФРОЛОВ

Босния и Герцеговина. Евросоюз. США. РФ > Армия, полиция. Внешэкономсвязи, политика > redstar.ru, 18 мая 2018 > № 2613039 Елена Пономарева


Босния и Герцеговина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 мая 2018 > № 2592452

Российское наступление на Боснию и Герцеговину

Дженана Друшко (Dženana Karup Druško), Avangarda, Босния и Герцеговина

Ключевую роль для безопасности Боснии и Герцеговины, точнее, для поддержания мира и стабильности, сыграл бы План действий по членству (ПДЧ) Боснии и Герцеговины в НАТО. Это несколько дней назад подтвердил и Денис Звиздич, председатель Совета министров Боснии и Герцеговины. Однако в рамках своей предвыборной кампании Младен Иванич лоббирует в западных посольствах, а также с помощью Игоря Црнатко (министра иностранных дел Боснии и Герцеговины) отсрочку решения НАТО о ПДЧ для Боснии и Герцеговины. В противном случае избрание Иванича — под вопросом. В такой момент визит Валентины Матвиенко и та поддержка, которую она получила от Иванича, подтверждает, что он тоже (вероятно, несколько иначе, чем Додик) имеет отношение к тем усилиям, которые предпринимает Россия, чтобы предотвратить вступление Боснии и Герцеговины в НАТО. Решение о ПДЧ должны принять члены альянса, но что будет, если Германия и Франция, которые, по сведениям из посвященных источников, наиболее скептически относятся к приему Боснии и Герцеговины в НАТО, действительно его заблокируют, а на выборах победит Милорад Додик?

После Черногории и Македонии Босния и Герцеговина оказалась в центре внимания просербских, пророссийских, а теперь и непосредственно российских сил, которые, провоцируя проблемы на Балканах, вызывают кризис, чтобы таким образом усилить российское влияние в регионе и помешать балканским странам продолжать путь евроатлантической интеграции. В Македонии этой цели добиваются с помощью дипломатических угроз (в прошлом месяце посол Российской Федерации в Македонии «дипломатично» пригрозил, что Македония, став членом НАТО, может стать российской мишенью, поскольку вступление Македонии в альянс, по мысли дипломата, может «серьезным образом навредить региональной безопасности»). В Черногории Россия добивалась своего с помощью своих агентов, участвовавших в попытке государственного переворота и устранения Мило Джукановича. В Боснии и Герцеговине, судя по выступлению Валентины Матвиенко, Россия решила действовать открыто. Это подтверждают все заявления, сделанные председателем Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации во время визита в Боснию и Герцеговину. Матвиенко, злоупотребив государственными институтами, не скрывала целей российской политики в Боснии и Герцеговине. А они заключаются в уничтожении аппарата Верховного представителя (OHR), расширении роли энтитетов, реформе Конституционного суда и Прокуратуры, открытой поддержке Республики Сербской и Милорада Додика, а также в препятствовании Боснии и Герцеговине на ее пути к евроатлантической интеграции.

Интересно, что Огнен Тадич, который в конце прошлого года покинул партию SDS и основал «Народную партию», заявил, что Матвиенко приехала по его приглашению. Примечательно также, что Младен Иванич поддержал ее заявления, а Милорад Додик даже наградил. Ясно, что визит Матвиенко был хорошо спланированной и организованной акцией, нацеленной на поддержку просербской (пророссийской) политики, которую в равной степени поддерживаю все лидеры из Республики Сербской. Кто извлечет максимальную пользу из визита Матвиенко, покажут выборы, но, как кажется, Россия так или иначе будет в выигрыше.

Шахматная доска

В последние годы Россия ведет гибридную войну, которая охватила многие страны, и с помощью которой Россия стремится распространить свое влияние, чтобы навязать себя на международной арене в качестве крупного игрока. Путин не скрывает, что хочет вернуть России прежний статус мировой державы на шахматной доске, которым она обладала во времена холодной войны и Варшавского договора. Эта гибридная война предполагает вмешательство России в избирательные процессы в некоторых странах. Такое вмешательство стало возможно благодаря достижениям нашей цифровой эры. Скандал вокруг российского вмешательства в выборы в США и Франции на многое пролил свет, как и судебное разбирательство в Черногории, которое последовало за попыткой государственного переворота во время парламентских выборов 2016 года, а также после событий в македонском Собрании.

Черногория (пока) сумела защититься, и победа Мило Джукановича стала вторым поражением пророссийских сил в этой стране. Уход Николы Груевского, пророссийского игрока, с поста премьер-министра и приход на это место Зорана Заева, который всецело поддерживает вступление Македонии в НАТО, явился еще одним серьезным провалом РФ на Балканах. Но есть ли у этих стран, а также у Боснии и Герцеговины, силы, чтобы без поддержки Запада противостоять все более настойчивым попыткам России доминировать на Балканах при открытой поддержке от Сербии и Республики Сербской? Ведь благодаря им Москва оказывает большое влияние на Балканах, подбираясь к самым границам НАТО.

Могут ли Македония, а особенно Босния и Герцеговина, не вступая в НАТО, противостоять российскому натиску? Речь идет не только о политическом, но и об экономическом влиянии, которое Россия распространила в последние годы на Балканах. Даже Хорватия подпала под это влияние, что ясно подтвердил скандал вокруг фирмы «Агрокор».

Если по результатам следующих выборов в Боснии и Герцеговине в Президиум БиГ войдут Милорад Додик и Драган Чович, то, учитывая политику, которую они проводят сейчас, возникнет угроза того, что Босния и Герцеговина превратится в российскую губернию. Предостережения, высказываемые некоторыми авторитетными зарубежными аналитиками в связи с действиями, которые предпринимает Россия на Балканах, вызвали беспокойство у ряда европейских стран. Кроме того, обеспокоенность все более заметна и в США. Эксперты предупреждают, что Македония, Босния и Герцеговина, Черногория, а также Сербия должны как можно скорее войти в европейскую семью, но из-за проблем, которые становятся все очевиднее в Европе, в некоторых странах общественность высказывается против европейской интеграции.

Готова ли Европа отказаться от нынешней политики Брюсселя, который сделал Александра Вучича региональным лидером, позволив ему на протяжении многих лет сидеть на двух стульях (брюссельском и московском), а на самом деле превратить Сербию в главный фактор нестабильности на Балканах? Пока продолжаются переговоры о Косово, которые координирует Брюссель, проблемы во всех остальных государствах только усугубляются, а отношения в регионе осложняются. Это подтверждают и недавние разногласия между Белградом и Загребом. Риторика на Балканах становится все острее. Сербия вооружается с помощью России, а Милорад Додик превращает полицию Республики Сербской в настоящие вооруженные силы, которые обучают российские инструкторы. В такой обстановке нечего удивляться тому, что все чаще в серьезных анализах говорится о возможности новых конфликтов на Балканах. Россия, которая во всем этом участвовала по неофициальным и дипломатическим каналам, судя по выступлению Валентины Матвиенко, решила напрямую вмешаться в предстоящие в Боснии и Герцеговине выборы. Россия явно извлекла уроки из поражения в Македонии и Черногории, и на этот раз точно не собирается доверять все тайным агентам.

Извинение Човича и награда от Додика

Политический скандал, который спровоцировала Валентина Матвиенко своими заявлениями, сделанными во время визита в Боснию и Герцеговину, является не только прямым вмешательством во внутренние дела БиГ и ее внешнюю политику. Матвиенко также отправила откровенное послание Западу о том, насколько окрепла позиция России на Балканах. С трибуны в государственном парламенте Боснии и Герцеговины Матвиенко очень агрессивно раскритиковала политику Соединенных Штатов. Матвиенко утверждала, что Черногория насильно вошла в НАТО, хотя 50 процентов ее граждан были против. Кроме того, председатель Совета Федерации РФ косвенно запретила делать то же самое Македонии. Таким образом, Матвиенко из Сараево ясно дала понять, что Россия не позволит пройти Боснии и Герцеговине по пути евроатлантической интеграции.

За этим последовала резкая реакция некоторых политиков, заявления от аппарата Верховного представителя и посольства США в Сараево, сообщение о том, что Матвиенко входит в американский и европейский черный список из-за участия в аннексии Крыма. Однако также последовало заявление Драгана Човича, члена Президиума Боснии и Герцеговины, который извинился перед Матвиенко за «реакцию общественности»! Додик, в свою очередь, после скандала в Парламенте БиГ наградил российскую гостью в Баня-Лука якобы за «выдающиеся заслуги в развитии и укреплении сотрудничества и политических отношений между Республикой Сербской и Россией, а также за огромный вклад в борьбу за физическое и духовное существование и развитие Республики Сербской».

Напомним, что Додик наградил также Александра Залдостанова, лидера «Ночных волков», который тоже значится в американском черном списке из-за формирования полувоенных группировок на Украине во время конфликта в этой стране. Ясно, что Милорад Додик собирает вокруг себя ярких представителей американского санкционного списка, которые необходимы ему для достижения заветной цели. А она заключается в дальнейшем разложении Боснии и Герцеговины и обструкции евроатлантической интеграции. После выступления Матвиенко маски оказались сброшены: Россия напрямую включается в выборы в Боснии и Герцеговине, точнее в кампанию Милорада Додика в Боснии и Герцеговине, поддерживая коалицию Додик — Чович.

Россия и прежде пользовалась безусловной поддержкой Милорада Додика, и «ворота» в Республику Сербскую для нее всегда были распахнуты настежь. Но если Додик войдет в состав Президиума Боснии и Герцеговины, то Россия может рассчитывать на еще большее влияние, поскольку Президиум Боснии и Герцеговины отвечает за внешнюю политику государства, за все международные договоренности и за политику в области безопасности. В компетенции Президиума Боснии и Герцеговины находятся вооруженные силы, а также разведывательные службы, которые не без оснований вот уже год подвергаются обвинениям, сфабрикованным в Баня-Лука и Белграде. Дело в том, что спецслужбы Боснии и Герцеговины являются серьезным препятствием для российской подрывной работы и расшатывания безопасности страны. Напомним, что такому же удару подверглись Вооруженные силы, и Додик тогда не скрывал: он поступает так потому, что ему нужен полный контроль над ними.

В случае поддержки, которую Додику мог бы оказать Чович (сейчас она совершенно очевидна), хорватский член Президиума Боснии и Герцеговины, страну ожидает тяжелый период, возможно, более тяжелый, чем период 90-х годы, кульминировавший кровавой войной и страшнейшими преступлениями после Второй мировой войны в Европе.

Додик испытывает терпение западноевропейских политиков

Додик уже давно проводит свою пророссийскую политику, определяя границы и испытывая терпение западноевропейских политиков, которые реагируют вяло и не слишком беспокоятся из-за референдума в Республике Сербской, парада Вооруженных сил на праздновании Дня Республики Сербской, отрицания вердиктов Гаагского трибунала, касающихся военных преступлений и геноцида в Боснии и Герцеговине. Также европейских политиков не заботит то, что в Республике Сербской награждают осужденных военных преступников, не выполняются решения Конституционного суда, устраиваются «гуляния» русских казаков (во время прошлых выборов в Баня-Лука), а также звучат заявления о том, что Республика Сербская — отдельное государство. По Боснии и Герцеговине проезжают российские «байкеры», а власти Республики Сербии заявляют, что не признают государство Боснию и Герцеговину, но при этом Додик выдвигает свою кандидатуру на членство в Президиуме БиГ. В Республике Сербской звучит подстрекательская риторика, напоминающая риторику 90-х, и националистические высказывания, которые полны ненависти и способствуют новому, еще более глубокому, расколу общества в Боснии и Герцеговине. В Республике Сербской вооружается полиция, и делаются заявления, которые серьезным образом нарушают мир и безопасность в стране. И только Соединенные Штаты внесли Додика в санкционный список, а вот Европейский Союз, хотя это было бы ожидаемо, не предпринял аналогичных мер.

Европа занята своими проблемами, а США сосредоточены на горячих точках в других регионах мира. Все это создало на Балканах благоприятные условия для появления политиков вроде Милорада Додика, а также Александра Вучича, а также их ретроградской деятельности. Определенно, ситуацию не улучшает и та поддержка, которую Брюссель оказывает Вучичу, тем самым помогая таким персонам (под покровительством Вучича), как Додик или лидер черногорской оппозиции. Они воображают себя серьезными игроками на Балканах, которые могут разыгрывать шахматную партию с Путиным, хотя это было бы невозможно, если бы Сербия не была самым крепким оплотом российского влияния на Балканах.

Младен Иванич — еще один член Президиума Боснии и Герцеговины, который поддержал выступление Матвиенко, уточнив, что у России есть «право и даже обязательство высказывать свое мнение, когда речь идет о применении Дейтонских соглашений». Вероятно, он подразумевал то, что подчеркнула Матвиенко, прежде чем делать свои заявления: Россия является подписантом Дейтонских соглашений. Если принять аргументы Иванича и Матвиенко, тогда нужно пригласить и остальных подписантов Дейтонских договоренностей, чтобы они тоже высказали свое мнение о Боснии и Герцеговине. Речь идет о США, Франции, Великобритании, Германии и представителе Европейского Союза. Нужно напомнить, что никто из них не подвергает сомнениям суверенитет Боснии и Герцеговины и ее территориальную целостность, а также ее евроатлантическую ориентацию.

Кстати, это довольно часто повторяют и глава делегации ЕС в Боснии и Герцеговине Вигемарк, и Кормак, посол Соединенных Штатов в Боснии и Герцеговине. Американское посольство отметило это и теперь, выразив поддержку суверенной Боснии и Герцеговине. Кроме того, оно прокомментировало слова Мативенко, назвав их «лживыми, необоснованными» и не заслуживающими пристального внимания. Посольство США повторило: «Гражданам Боснии и Герцеговины известно, что Соединенные Штаты являются их подлинными друзьями и союзниками, и что США поддерживаю суверенную и многонациональную Боснию и Герцеговину, место которой — в Европейском Союзе». Однако, учитывая все более жесткие и конкретные действия, которые предпринимает Россия (теперь уже даже открыто), ясно, что и остальные подписанты Дейтонских соглашений должны предпринять конкретные шаги, если они хотят сохранить и в дальнейшем применять Дейтонские договоренности. Они должны сделать это, если не хотят, чтобы соглашения подстраивали под себя Милорад Додик и другие ретроградные лидеры Боснии и Герцеговины, а также всего региона в целом, желающие перекроить БиГ.

Обструкция вступления Боснии и Герцеговины в НАТО

Для начала ключевую роль для безопасности Боснии и Герцеговины, точнее для поддержания мира и стабильности, сыграл бы План действий по членству (ПДЧ) Боснии и Герцеговины в НАТО. Это несколько дней назад подтвердил и Денис Звиздич, председатель Совета министров Боснии и Герцеговины. Однако в рамках своей предвыборной кампании Младен Иванич лоббирует в западных посольствах, а также с помощью Игоря Црнатко (министра иностранных дел Боснии и Герцеговины) отсрочку решения НАТО о ПДЧ для Боснии и Герцеговины. В противном случае избрание Иванича — под вопросом.

14 лет назад Македония подписала ПДЧ и теперь спешно работает над своим вступлением в НАТО. Если Босния и Герцеговина в этом году не подпишет ПДЧ, то, по прогнозам спецслужб, она уже не сможет это сделать еще лет семь-восемь. В таком случае ничто не помешает России превратить Боснию и Герцеговину в свою губернию. Судьба БиГ сегодня — в руках Германии и Франции, которые все еще сомневаются, поддержать ли Боснию и Герцеговину в деле подписания ПДЧ. К сожалению, ясно, что Россия пользуется в Европе большим влиянием, чем может показаться на первый взгляд, или могут признать некоторые европейские страны.

Особенно беспокоит работа российских дипломатических и разведывательных служб в Боснии и Герцеговине, в особенности если учесть, что Россия может беспрепятственно отправлять снаряжение и людей на аэродром Баня-Лука, избегая любого контроля со стороны соответствующих институтов Боснии и Герцеговины. Россия явно не хочет повторить ошибки, совершенные во время переворота в Черногории. Более того, сейчас у РФ есть прямой и ничем не осложненный доступ к Республике Сербской, защищенный даже от контроля западных спецслужб. Так что в Боснии и Герцеговине Россия может организовать даже более опасные вещи, чем попытка государственного переворота в Черногории.

В такой момент визит Валентины Матвиенко и та поддержка, которую она получила от Иванича, подтверждает, что он тоже (вероятно, несколько иначе, чем Додик) имеет отношение к тем усилиям, которые предпринимает Россия, чтобы предотвратить вступление Боснии и Герцеговины в НАТО. Решение о ПДЧ должны принять члены альянса, но что будет, если Германия и Франция, которые, по сведениям из посвященных источников, наиболее скептически относятся к приему Боснии и Герцеговины в НАТО, действительно его заблокируют, а на выборах победит Милорад Додик?

Босния и Герцеговина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 2 мая 2018 > № 2592452


Босния и Герцеговина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 апреля 2018 > № 2583457

Цель России — оставить Боснию и Герцеговину слабым государством

Недим Побрич (Nedim Pobrić), Faktor, Босния и Герцеговина

О целях России в Боснии и Герцеговине порталу Faktor рассказал Сеад Турчало (Sead Turčalo), профессор геополитики и международной безопасности с факультета политических наук университета Сараево.

Сеад Турчало отметил: «Ясно, что Россия хочет, чтобы Босния и Герцеговина осталась слабой страной, в которой главную роль играют энтитеты, поэтому Россия помогает разрушать устоявшуюся систему государственного правосудия. Этим пользуется глава Республики Сербской. Одной из главнейших целей является изменение положения Конституционного суда так, чтобы этот центральный судебный орган перестал быть одним из ключевых механизмов, который может предотвратить дестабилизацию хрупкого государственно-правового порядка в Боснии и Герцеговине. Матвиенко откровенно заявила о сопротивлении НАТО, то есть сопротивлении ориентации Боснии и Герцеговины на Запад».

Российское влияние в Боснии и Герцеговине существует уже давно, но до вчерашнего выступления Матвиенко это влияние не демонстрировалось столь откровенными заявлениями российских официальных представителей.

«До сих пор это влияние демонстрировалось с помощью общественных деятелей и политических лидеров Республики Сербской и Сербии, которые так или иначе выполняли свою часть требуемой работы. Насколько вредно это влияние, стало понятно в Совете Безопасности ООН два раза подряд. Сначала, когда на резолюцию Великобритании о Сребренице РФ наложила вето, и потом, когда обсуждалось продолжение мандата международных миротворческих сил EUFOR. Тогда Россия дала понять, что она против интеграции Боснии и Герцеговины в ЕС, и уж тем более в структуры НАТО», — пояснил профессор международных отношений.

С другой стороны, сильное влияние России снова подогревает заинтересованность Запада к Боснии и Герцеговине. Евросоюз, США и НАТО активизируются в этом регионе.

«Своей новой Стратегией Евросоюз хочет исправить некоторые прежние ошибки, а также продемонстрировать декларативное желание с помощью новой „морковки" ослабить российское влияние в регионе. Это вредное влияние России неким образом простимулирует и заставит действовать и других игроков. Разумеется, самостоятельно им не справиться: им нужны партнеры в Боснии и Герцеговине, которые проявят безусловную волю к реформам», — отметил Турчало.

Он пояснил, что Россия успешно использует существующие замороженные конфликты в регионе, в том числе в Боснии и Герцеговине и Косово, и для достижения российских геополитических целей достаточно лишь сохранить статус-кво в Боснии и Герцеговине.

«России достаточно осложнять и пресекать любые попытки провести какие-то позитивные реформы. Если долгое время поддерживать такой статус-кво, когда вместо прогресса — только ослабляющиеся институты, то государство начинает разрушаться. То есть Россия может только поддерживать статус-кво, и ее цели будут достигнуты», — заявил профессор из Сараево.

Часть выступления Валентины Матвиенко, в которой она заявила, что для России дейтонское конституционное устройство является альфой и омегой, и что нет необходимости в изменении существующей конституционно-правовой системы, противоречит, как отмечает Турчало, всей остальной речи.

«Официальный представитель России сказала, что ее страна всецело поддерживает Дейтонские договоренности, а потом сделала несколько заявлений, полностью противоречащих сказанному ранее. Я имею в виду, например, ее комментарии по поводу того, каким должно быть наше государственное правосудие, как должен поступать Аппарат Верховного представителя (OHR). OHR — только часть целого пакета, и все это просто нельзя проигнорировать. Россия и ее игроки, предпринимающие ключевые шаги, активно и скоординированно ведут своего рода шахматную партию в нашем регионе», — заключил Турчало.

Босния и Герцеговина. Россия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 26 апреля 2018 > № 2583457


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 27 марта 2018 > № 2551238

ArcelorMittal реконструирует доменную печь в Боснии

Корпорация ArcelorMittal инвестирует $47 млн. в капитальный ремонт доменной печи на своем заводе в Боснии, расположенном в г. Зеница. Работы должны стартовать в ближайшие дни и завершиться к концу июня.

Как сообщает ArcelorMittal, ремонт станет крупнейшим модернизационным проектом на боснийском предприятии с 1989 г. Его проведение продлит срок эксплуатации печи еще на 15-20 лет.

В ходе ремонта компания планирует установить новые системы газоочистки, что позволит значительно сократить выбросы вредных веществ и пыли. В настоящее время сложная экологическая обстановка в Зенице вызывает серьезную тревогу у экологических активистов, которые давно критиковали ArcelorMittal за невнимание к этим вопросам.

Группа ArcelorMittal приобрела 51% акций боснийского предприятия в 2004 г. В прошлом году на нем было выплавлено 756 тыс. т стали.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalinfo.ru, 27 марта 2018 > № 2551238


Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 февраля 2018 > № 2507477

Политика России: все сербы на Балканах должны жить в одном государстве

Менсур Осмович (Mensur Osmović), Dnevna Gazeta, Босния и Герцеговина

«Новая стратегия Европейского Союза в отношении Западных Балкан усилила напряженность в регионе, прежде всего в Сербии. Эта страна ожидала, что будут установлены точные сроки ее вступления в ЕС, и рассчитывала, что это будет в 2025 году, однако… Европейский Союз, как было сказано позавчера, хочет расширяться за счет Западных Балкан, но также хочет от всех стран этого региона выполнения условий.

Подчеркивается, что действительно речь часто шла о 2025 годе, но «это не крайний срок, а перспектива».

Все это немедленно активизировало дискуссию в Сербии о том, что Евразийский экономический союз открыт для вступления этой страны. В этом путинском союзе Белград видит также Республику Сербскую, и понятно, что это спровоцирует новые политические потрясения в Боснии и Герцеговине.

В общем, разворачивается ожесточенная борьба между Европейским Союзом и Россией за Западные Балканы и полный контроль над этой частью Европы. За политическое, экономическое и финансовое влияние также борются Китай и Турция.

Недавно НАТО сформулировало четкую позицию: Западные Балканы имеют стратегическое значение для альянса.

Где во всем этом место Боснии и Герцеговины, и что будет с нашей страной?

Как нам заявили в сараевских дипломатических кругах, совершенно ясно, что Босния и Герцеговина будет страдать от потрясений, пока официальный Белград не признает Косово, пока не признает территориальную целостность и суверенитет Боснии и Герцеговины. И в Европейском Союзе это понимают.

Позавчера была представлена новая стратегия ЕС для Западных Балкан, а вчера в Сербии обсуждали заявление российского президента Владимира Путина, сделанное месяц назад. Он сказал, что переговоры Евразийского экономического союза и Сербии проходят хорошо, и до 2025 года Сербия может стать членом этого союза.

Для Белграда это означает и вступление Республики Сербской (части Боснии и Герцеговины) в связи с заявлением Путина о том, что самое лучшее решение — это позволить сербам из Республики Сербской самоопределиться так же, как американцы позволили создание независимого государства Косово.

Президент России подчеркнул, что Евразийский экономический союз и китайский проект «Один пояс, один путь» могут эффективно друг друга дополнять.

Интересно и еще более символично заявление Сергея Железняка, высокопоставленного представителя путинской партии «Единая Россия». Он сказал, что все, что делает Россия, на самом деле является ответом на «постоянно растущее давление на Белград и Баня-Лука, которых принуждают отказаться от политических, военных и экономических связей с Россией».

По мнению некоторых российских политических аналитиков, за всем этим кроется план и желание Москвы поддержать «объединение всех сербов на Балканах в одном государстве, если власти Сербии того хотят».

Разумеется, свою непосредственную роль тут играют и Соединенные Штаты, и, как нам сообщают наши источники из зарубежного дипломатического сообщества в Сараево, стоит ожидать, что Вашингтон приложит все усилия, чтобы «наконец завершить незаконченное дело в Боснии и Герцеговине».

О каких действиях может идти речь, они не говорят, отмечая только, что шаги могут быть «резкими, эффектными и эффективными».

Не стоит забывать, что недавно в американском Конгрессе прозвучало предложение немедленно провести «Дейтон-2» по Боснии и Герцеговине. Российский министр иностранных дел Сергей Лавров на это ответил, что Москва против, поскольку «Босния и Герцеговина не выдержит, если мы опять начнем ломать ее государственное устройство».

Как на все это отреагирует высшее руководство Боснии и Герцеговины, которое, кстати, к власти привели лидеры ЕС и США, а теперь испытывают их терпение, станет яснее весной, когда ожидаются драматические изменения в Боснии и Герцеговине, задуманные и подготовленные международным сообществом.

Президент Союза независимых социал-демократов (SNSD) и Республики Сербской Милорад Додик (Milorad Dodik) полностью полагается на Россию, которая оказывает ему поддержку во всех начинаниях, а также заручился поддержкой Драгана Човича (Dragan Čović), президента Хорватского демократического содружества (HDZ) и член Президиума Боснии и Герцеговины. Судя по всему, эти двое уже мнят себя будущими членами Президиума Боснии и Герцеговины.

Президент Партии демократического действия (SDA) и член Президиума Боснии и Герцеговины Бакир Изетбегович (Bakir Izetbegović) еще не определился, но, как говорят в народе, сердцем он с Турцией, которая перешла на сторону России.

Босния и Герцеговина > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 23 февраля 2018 > № 2507477


Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 21 февраля 2018 > № 2505892

Red Rock Resources скоро запустит ферросилициевое предприятие в Боснии

Компания Red Rock Resources сообщила о росте курса ее акций после того, как она заявила, что полностью выплатила долг в размере €4,3 млн ($5,3 млн) компании Steelmin Ltd. Red Rock также заявила, что заем был использован на финансирование модернизации и перезапуска завода по выпуску ферросилиция в Боснии. В Steelmin прогнозируют начало производства на предприятии в апреле. Red Rock владеет 22%-й долей в Steelmin.

Босния и Герцеговина > Металлургия, горнодобыча > metalbulletin.ru, 21 февраля 2018 > № 2505892


Босния и Герцеговина. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 9 февраля 2018 > № 2490907

Присоединение Боснии и Герцеговины к ВТО отвечает российским интересам

7 февраля в Женеве российская делегация приняла участие в заседании Рабочей группы по присоединению Боснии и Герцеговины к ВТО, а также провела двусторонние переговоры по доступу на рынки товаров и услуг и системным вопросам с делегацией Боснии и Герцеговины (БиГ).

Обсуждая условия присоединения БиГ к ВТО, Российская Федерация, в том числе, добивается отмены имеющихся ограничений для российских операторов, не отвечающих букве и духу Организации. Это, прежде всего, касается некоторых требований общенационального и регионального законодательства БиГ в сфере торговли нефтепродуктами. Мы надеемся на скорейшее внесение нашими боснийскими коллегами поправок в нормативные акты, которые обеспечили бы единообразное применение правил ВТО на всей территории страны.

Переговоры по условиям присоединения Боснии к ВТО будут продолжены.

Босния и Герцеговина. Россия. Весь мир > Внешэкономсвязи, политика > economy.gov.ru, 9 февраля 2018 > № 2490907


Босния и Герцеговина. Россия > Агропром > fruitnews.ru, 26 января 2018 > № 2490062

Россельхознадзор запретил ввоз яблок из Боснии и Герцеговины

Россельхознадзор с 22 января 2018 года ввел временные ограничения на ввоз яблок из Боснии и Герцеговины, в том числе через третьи страны. Решение останется в силе до проведения двухсторонних переговоров на экспертном уровне с компетентной службой Боснии и Герцеговины.

Боснийская продукция, отгруженная до 22 января подвергается углубленному карантинному фитосанитарному контролю с полной выгрузкой из транспортных средств.

В Россельхознадзоре заявили, что решение об ограничении поставок было принято после того, как в ходе контроля партии из 18,925 тонн яблок из Боснии и Герцеговины инспекторы службы заметили этикетки и следы перемаркировки яблок, говорящие о том что продукция была выращена в Польше. При этом партия прибыла в сопровождении фитосанитарного сертификата № 213417 от 10.01.2017, выданного Национальной организацией по карантину и защите растений Боснии и Герцеговины.

"Данные факты свидетельствуют о неисполнении Боснией и Герцеговиной своих обязательств, согласно статье IV Международной конвенции по карантину и защите растений (Рим, 1951, в редакции 1997), требований, установленных Международным стандартом по фитосанитарным мерам ISPM № 12 «Руководство по фитосанитарным сертификатам» (Рим, 2011 г.), требований Положения о порядке осуществления карантинного фитосанитарного контроля (надзора) на таможенной границе Евразийского экономического союза, утвержденного решением Комиссии Таможенного союза от 18.06.2010 № 318", - говорится в сообщении ведомства.

Босния и Герцеговина. Россия > Агропром > fruitnews.ru, 26 января 2018 > № 2490062


Босния и Герцеговина. Евросоюз. Россия > Агропром > agronews.ru, 24 января 2018 > № 2467610

Какие страны поставляют в Россию яблоки?

Санкционные фрукты не дают покоя Россельхознадзору. 22 января ведомство ввело временные ограничения на ввоз яблок из Боснии и Герцеговины. Сколько яблок мы потеряем и в каких странах сейчас закупаем эти фрукты?

Несмотря на то, что Россия в последние годы активно вкладывается в сельское хозяйство и наращивает валовый сбор многих культур, плодово-ягодную отрасль уже который год обделяют вниманием. Объемы сбора многих видов фруктов и ягод у нас в статистике урожая даже не фигурируют. С яблоками, которые мы все потребляем регулярно, все не намного лучше.

В целом по России промышленное производство яблок в 2017 году оценивается «АБ-Центром» в 800-850 тысяч тонн. Если все собранные яблоки пустить только на внутреннее потребление, то на каждого россиянина получится всего по 5,8 кг за целый год. При том, что даже по Минздраву официальная годовая норма потребления на человека составляет 50 кг яблок. А если учесть, что около трети от валового сбора фруктов и ягод уходит на переработку (по данным Росстата), то российских яблок на одного россиянина станет еще меньше.

Нехватку собственной продукции Россия компенсирует импортом. И хотя в последние годы на фоне эмбарго и падения курса рубля мы регулярно сокращали закупки из-за рубежа, мы по-прежнему уверенно держимся в лидерах среди импортеров яблок.

По данным Комтрейд ООН, в 2016 году Россия находилась на третьем месте среди крупнейших покупателей яблок с долей в 6%. Впереди нас только Германия с долей 8,2% и Великобритания с долей в 7,2%. В 2013 году, до введения эмбарго, мы находились на первом месте с долей в 7,9%.

По данным Федеральной таможенной службы, ежегодно Россия ввозит не намного меньше яблок, чем производит сама. В 2016 году мы закупили 678,6 тысячи тонн свежих яблок, а за 11 месяцев 2017 года – 622,2 тысячи тонн.

Но продовольственное эмбарго и падение рубля на этом рынке сказались. В 2013 году мы импортировали почти в два с половиной раза больше – 1,4 млн тонн.

Снижение отчасти происходит и потому, что яблок мы все же стали выращивать больше сами. Так, например, по подсчетам Росстата, общее производство семечковых, львиную долю которых составляют как раз яблоки, выросло в 2016 году на 15%. Кроме того, независимые эксперты подсчитали, что за прошлый год доля импортной продукции на прилавках впервые за долгие годы, наконец, уступила место нашим российским яблокам.

Босния и Герцеговина. Евросоюз. Россия > Агропром > agronews.ru, 24 января 2018 > № 2467610


Босния и Герцеговина. Евросоюз. Россия > Агропром > agronews.ru, 22 января 2018 > № 2467652

Россельхознадзор вводит ограничения на ввоз яблок из Боснии и Герцеговины.

Россельхознадзор вводит с 22 января временные ограничения на ввоз яблок из Боснии и Герцеговины, в том числе через третьи страны, из-за подозрений в реэкспорте фруктов из Польши. Запрет будет действовать до проведения двухсторонних переговоров на экспертном уровне с компетентной службой этой страны. Об этом говорится в пресс-релизе российского ведомства.

В Россельхознадзоре сообщили, что в ходе проверки партии свежих боснийских яблок на коробках была обнаружена маркировочная этикетка и следы перемаркировки, свидетельствующие о том, что местом происхождения партии яблок является Польша, данная продукция которой является санкционной.

В ведомстве подчеркивают, что таким образом, указанная в фитосанитарном сертификате информация о происхождении яблок является недостоверной, а фитосанитарный сертификат недействительным.

«Партии яблок, отгруженные до указанной даты (22 января — прим. ТАСС), будут подвергаться углубленному карантинному фитосанитарному контролю с полной выгрузкой из транспортных средств», — добавили в ведомстве.

Как сообщили ТАСС в Россельхознадзоре, яблоки занимают первое место в структуре импорта из Боснии и Герцеговины в Россию — в 2017 году ввоз этих фруктов составил около 13 тыс. т, что на 8,6% больше показателя за 2016 году.

В 2014 года Евросоюз ввел санкции в отношении России в связи с событиями на Украине и воссоединением Крыма с Россией и неоднократно расширял и продлевал их. В свою очередь, Россия в августе 2014 года ввела ответные ограничения на импорт продовольственных товаров из ЕС, США, Канады, Австралии и Норвегии. Запрет касается ввоза сельскохозяйственной продукции.

Босния и Герцеговина. Евросоюз. Россия > Агропром > agronews.ru, 22 января 2018 > № 2467652


Босния и Герцеговина > Армия, полиция > inosmi.ru, 7 декабря 2017 > № 2434281

Война в Боснии и Герцеговине — международный конфликт

Avangarda, Босния и Герцеговина

«С самого начала, согласно первоначальной идее, целью реабилитации военных преступников и коллаборационистов времен Второй мировой войны было реабилитировать события 90-х, а главное — реабилитировать националистическую идеологию, ее протагонистов и массовых убийц, совершавших свои преступления в войнах, которые Сербия вела против своих соседей в недавнем прошлом. Сегодня этих преступников реабилитируют не во имя исторической правды и не ради них самих, а для того, чтобы идеология продолжила свое существование, как и великосербский преступный проект. Отмечу, что сейчас мы можем говорить о нем, имея на то исторические и юридические основания, как о проекте, который направлен на геноцид. Исторический ревизионизм на примере Второй мировой войны был всего лишь увертюрой к реабилитации 90-х».

Историк Миливой Бешлин рассказывает о пагубных идеях, которыми одержимо сербское общество, и утверждает, что «народы не могут совершать геноцид, а идеология может». Также историк рассуждает о вызовах для общества, не имеющего демократической основы, о стремлении к гегемонии, которое откровенно навязывается посредством пропаганды в государственных СМИ, и об опасности, всегда угрожавшей Балканам из-за агрессивной демонстрации силы.

«С самого начала, согласно первоначальной идее, целью реабилитации военных преступников и коллаборационистов времен Второй мировой войны было реабилитировать события 90-х, а главное — реабилитировать националистическую идеологию, ее протагонистов и массовых убийц, совершавших свои преступления в войнах, которые Сербия вела против своих соседей в недавнем прошлом. Сегодня этих преступников реабилитируют не во имя исторической правды и не ради них самих, а для того, чтобы идеология продолжила свое существование, как и великосербский преступный проект. Отмечу, что сейчас мы можем говорить о нем, имея на то исторические и юридические основания, как о проекте, который направлен на геноцид. Исторический ревизионизм на примере Второй мировой войны был всего лишь увертюрой к реабилитации 90-х. Когда я говорил об этом несколько лет назад, никто еще не верил мне, что дело до этого дойдет, и что будет реабилитация „нынешних" преступников, протагонистов „нашей давней современности", которая никак не оставляет нас даже по прошествии двух десятилетий после завершения войн. И она так и останется с нами, пока идеологическая матрица, которая привела к этим войнам, остается доминирующей идеологической концепцией и тем, что легитимизирует интеллектуальную и политическую элиту побежденной Сербии», — утверждает Бешлин.

Avangarda: Какие явные формы великосербской идеологии вы бы выделили?

Миливой Бешлин: Прежде всего речь идет о реабилитации движения четников, направленной на последующую реабилитацию вдохновителей и участников войн 90-х. То есть все, кто считается носителем этой идеологии (не только в теоретическом, но и в практическом смысле), сначала героизировались, вносились в мартиролог, свойственный всем видам национализма, поскольку все эти люди воспринимаются как жертвы, погибшие за нацию. А теперь их реабилитировали и, даже более того, прославляют, объявив героями.

Я говорю о Радоване Караджиче, Ратко Младиче и даже Слободане Милошевиче — дальше просто некуда. А до них реабилитировали Драголюба Михайловича и Милана Недича. Общество даже опережает судебные процессы, реабилитирующие фигуры Второй мировой войны. Сегодня многих поражает процесс реабилитации Милана Недича, однако общество реабилитировало его задолго до того, как начался этот гротескный и однобокий судебный процесс.

— Как сейчас живется странам, на которых лежит тяжкий груз вроде геноцида в Сребренице?

— Эти общества живут с клеймом, с грузом тяжких преступлений. Реакция самого общества, его большинства, двояка и соответствует течениям в интеллектуальной и политической элите. Во-первых, что-то замалчивается, осуждаются книги вроде «Магнум Кримен» в Боснии и Герцеговине, чтобы в итоге мы признали виновных героями. Сегодня подобных желаний никто не скрывает, хотя еще несколько лет назад это не афишировалось, не транслировалось государственными СМИ, не проговаривалось членами правительства. А теперь, например, нормально, что министр говорит о Ратко Младиче как о герое, что о нем в том же духе говорят и пишут в СМИ, которые принадлежат государству. Нормально, что режимные издания распространяют плакаты с лицом Младича и надписью «Сербский герой». Подобная медиа-картина сродни ядерным отходам, которые постоянно отравляют людей. Чтобы было ясно: речь идет исключительно о СМИ, которые находятся под жестким государственным контролем. Тогда о какой так называемой проевропейской политике тут можно говорить?

Но хотели того сербские националисты или нет, Сребреница глубоко укоренилась в сербской идентичности. Не так, как у немцев, через катарсис, а через порицание (мы наблюдаем этот процесс). Вы помните реакцию в тот день, когда Ратко Младичу был вынесен приговор? Истерика и, как сказал писатель Томислав Маркович, реакция, от которой кровь стынет в жилах. Нас всех, кто заявил об этом публично, заклеймили. Хуже всех пришлось коллеге Милошу Чиричу, который написал протестный текст о самой молодой жертве геноцида в Сребренице — Фатиме, ребенке, и о матери, годами скорбящей после убийства.

Сребреница и впредь будет неотъемлемой частью сербской идентичности, упрочиваясь в ней посредством литературы, изобразительного искусства, кино, театра, и освободиться будет невозможно. Бессмысленно надеяться на это, ведь кости жертв — я, правда, не хочу быть слишком циничным — в итоге всегда «всплывают». Вспомните рефрижераторы с албанскими жертвами, детьми, брошенными в озеро в Восточной Сербии… От этого не скрыться… Как бы сказал Негош: «Кровь людская — корм небезопасный, в нос теперь она вам шибанула, переполнен ваш бурдюк грехами».

— «Сербы проиграли войну, это ясно, но они потеряли еще и душу, лишились чести и вообще всего, потому что после утраты души и чести уже ничего не остается. Все потеряно. К этому привел сербский национализм, это невероятное безумное стремление к созданию великой Сербии», — написал Богдан Богданович. Очевидны ли сегодня масштабы этих потерь?

— Ситуация ясна: сербский национализм потерпел сокрушительное историческое поражение, однако печально то, что речь идет о нашем общем поражении, то есть всего общества, поскольку мы не сумели победить эту преступную гидру. Многие в событиях не участвовали, но и не оказали никакого активного и эффективного противодействия им.

Общество обнищало, и сегодня Сербия является наименее развитым государством в нашем регионе по всем параметрам: и по зарплатам, и по экономическому росту. У нас самые плохие транспортные коммуникации, и лидируем мы только по желанию молодежи как можно быстрее уехать куда-нибудь. В современной истории еще не бывало другого такого случая, чтобы первое лицо Сербии публично заявило, что наша цель — «побыстрее догнать Черногорию по доходам».

То есть Сербия пережила слом, поражение, которое мы наблюдаем, исторический раскол в экономике, политике, культуре, нравственности и государственном устройстве. Но поражение, как утверждает чешский философ Карел Косик, или чему-то научит и, таким образом, обретет смысл, или станет потерянным шансом. Боюсь, что наше общество не извлечет никаких уроков из своего поражения.

— Подтверждают ли подобные поражения, что сербский национализм на самом деле непобедим? Ведь у него есть почти неисчерпаемые человеческие ресурсы, пропаганда, мифология, стойкость. Он оказался сильнее всех?

— В качестве концепции национализм внутри нашего общества, конечно, непобедим. Однако вспомним, что писал и говорил Слободан Йованович: у сербов нет традиции, нет консерватизма в традиционном, европейском, понимании. Есть только национализм, и это единственная сербская традиция. Он и есть доминирующий идеологический конструкт. Коммунисты пытались его одолеть, оттесняли и компрометировали его, напоминая о коллаборационизме, преступлениях, движении четников. Однако он возродился в качестве легитимизирующей основы и идеологической платформы и вновь утвердился в 70-х годах. Тогда его протагонисты уже ожидали смерти Тито, чтобы насильственно «переустроить» Югославию сообразно своим идеям и планам.

В 90-х это почти получилось, и они верили, что цель близка, но потом потерпели поражение, крах. Вместо того чтобы пересмотреть свои взгляды, провести самоанализ, они принялись за реабилитацию во времена Воислава Коштуницы и Бориса Тадича. Мировой экономический кризис повлиял на развитие националистических движений по всей Европе. При этом европейский национализм становится все более радикальным, а любой национализм достигнув крайности перерождается в фашизм.

Определенная консолидация и укрепление путинской России способствовали тому, что сербский национализм воспрянул, став лидирующей, объединяющей и доминирующей тенденцией в обществе. Мы видим, что никто, из претендующих на роль серьезной политической силы, не может выйти за эти рамки. Позволить себе это могут разве что какие-то мелкие партии, заранее обрекающие себя на удел маргинала.

Мы видим, что и оппозиция Вучичу концентрируется, прежде всего, вправо от него или в некоем правом центре. Еще одна проблема в том, что доминантный сербский национализм способен нанести Балканам больший ущерб, чем какой-нибудь другой, и даже готов стать инструментом кремлевской политики, направленной на дестабилизацию Европы.

— Националисты не признают, что их мечты разбиты. Так они остались бы без идентичности?

— Именно так. Что будет с идеей, и что будет с ними как с протагонистами этой идеи? Националисты в Сербии никогда не пересматривали цели развязанных ими войн, которые заключались в имперских претензиях. Националисты никогда не ставили под сомнение свои методы, то есть войны, насилие и преступления. И единственную причину поражения они видели в заговоре сильных держав и надеялись, что возьмут реванш, когда ситуация в мире изменится. Сейчас, когда случился мировой кризис, «Брексит», когда ЕС переживает кризис, а в США у власти Трамп и так далее, они убедили себя, что наконец подошел подходящий момент. Предыдущая война в умах еще не закончилась, а все уже как будто позабыли агрессию против Боснии и Герцеговины, геноцид, этнические чистки, изнасилования… Мы не должны заблуждаться: в приговорах международных судов война в Боснии и Герцеговине признана международным конфликтом, в котором участвовала Сербия и Хорватия. И еще это называется агрессией.

— В условиях, когда новую власть ревизионизм не интересует, на историографию, как вы заявили в одном из интервью, оказывается меньше давления.

— Пик ревизионизма пришелся на период до 2012 года. Еще при Милошевиче в 90-х были заложены основы сербского националистического ревизионизма. Он обострился во времена Воислава Коштуницы, когда были приняты первые ревизионистские законы для кодификации и закрепления националистских идей. Эту тенденцию подхватила Демократическая партия во времена Тадича, когда все три ветви власти слаженно работали над закреплением и реализации ревизионистской политики прошлого. Тогда же был принят вопиющий закон о реабилитации, начали выноситься первые политико-идеологические вердикты. Уровень гротеска и фальсификации истории в этих решениях суда (даже не вердиктах) просто зашкаливает.

Кроме того, во времена правительства Демократической партии и Сербской прогрессивной партии были сформированы две специальные комиссии: одна — для поисков останков Драголюба Михайловича, которая завершила свою работу с позором. Вторая комиссия была создана якобы для поисков останков жертв коммунистического террора. И та, и другая финансировалась из бюджета. На первый взгляд, режим Вучича менее заинтересован во всем этом и меньше склонен к манипулированию. У него есть свои «четники» и свои «партизаны», которые играют свои роли, а сам лидер воздерживается от заявлений. Он только сказал, что закон о реабилитации плох, потому что принимался во времена «желтых». Остается вопрос, почему Вучич не изменил или не отклонил этот закон, воспользовавшись своим почти шестидесятипроцентным большинством в парламенте

— Сейчас происходит перераспределение сил, что националисты всегда воспринимали как шанс. Действительно ли сербская политическая элита отреагировала на новые условия, ожидала ли она их и верит ли, что подошел идеальный момент, сопоставимый со смертью Тито?

— Заметьте, что сербские и хорватские националисты всегда были готовы грызться и воевать, но при этом также договариваться о Боснии и Герцеговине. Сегодня побежденные и разочарованные сербские националисты склоняются к русофильству, тем самым создавая иллюзию, что они сильнее, чем есть самом деле. Кроме того, так они скрывают масштабы собственного поражения. Главная проблема в том, что они никогда не пересматривали свои великодержавные цели, а также методы (преступления и войны). Поэтому официальная версия звучит так: «Они защищали народ, но потерпели поражение из-за неблагоприятных международных условий».

И тогда началась стадия закрепления национализма, чтобы в будущем перекроить границы, когда ситуация в мире снова изменится. Агрессивная российская политика на Балканах, несомненно, подкрепляет эти реваншистские тенденции сербского националистического проекта. После «Брексита», Трампа, кризиса европейской идеи и роста популизма и национализма по всей Европе, сербские националисты уверовали, что ситуация в мире меняется в их пользу. После этого криминальный и сепаратистский режим Милорада Додика в Баня-Луке при молчаливой поддержке Белграда начал, не стесняясь, отрицать преступления, продвигая политику геноцида и добиваясь развала Боснии и Герцеговины как признанного на международном уровне государства. Конечно, если бы Додик и Сербия всерьез взялись за перекраивание Балкан, они вскоре пожалели бы, но и мы все дорого за это поплатились бы. Я надеюсь, что они не настолько глупы. И опять-таки по опыту мы знаем, что националистическая идеология крайне иррациональна. Так что я бы такого развития события не ожидал. Историография хороша тем, что смотришь назад, а не вперед.

Босния и Герцеговина > Армия, полиция > inosmi.ru, 7 декабря 2017 > № 2434281


Босния и Герцеговина. Хорватия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 30 ноября 2017 > № 2426755

Подлинная история войны в Боснии и Герцеговине не интересовала ни Загреб, ни Сараево, ни Мостар, ни Гаагу

До истины было слишком далеко, и Праляк не хотел с этим смиряться

Снежана Павич (Snježana Pavić), Jutarnji.hr, Хорватия

Самоубийство генерала Слободана Праляка в зале суда в Гааге, совершенное после того, как был вынесен приговор — 20 лет заключения за военные преступления — стало главной новостью, которая в среду пришла из Гаагского суда. Ни вердикт Международного трибунала по бывшей Югославии, ни новость о подтверждении наказания всем шестерым военным лидерам Герцег-Босны не получили такой огласки, как весть о последнем отчаянном поступке Слободана Праляка. Он самым радикальным из всех возможных образом выразил свой протест против того, что считал самой страшной несправедливостью.

Праляк был убежден, что защитить себя в Гааге — дело всей его жизни, поэтому вкладывал в это все силы и энергию. Некоторые процессы продолжаются по 15 лет, как сказал генерал в начале процесса в 2006 году, но главное, чтобы в конце была найдена истина.

А по его мнению, истина не могла быть черно-белой правдой гаагского обвинения, которое в обвинительных актах о сербах преподносило их исключительно как преступников, всех остальных — только как их жертву, а в обвинительных актах о хорватах (или боснийцах) искажало истину и создавало новую, диаметрально противоположную «правду», подкреплявшую все другие обвинения. Так, в обвинительном заключении о Герцег-Босне есть только плохие хорваты, которые мечтали о Бановине и отправились туда, чтобы без всякой причины громить, убивать и изгонять мусульман еще в декабре 1991 года, когда война в Боснии и Герцеговине еще даже не началась.

Праляк своими силами боролся с однобокой, черно-белой трактовкой хорватско-боснийского конфликта и роли Хорватии в войне в Боснии и Герцеговине. Если Хорватия была агрессором в Боснии и Герцеговине, то почему тогда Хорватский совет обороны (ХСО) сдавал города и селения в центральной Боснии один за другим?

Что это за агрессор, который сам сдает позиции вместо того, чтобы захватывать? В первых гаагских обвинительных актах ХСО обвинялся в преследованиях населения в таких регионах, как, например, Травник и Зенице, откуда, вообще-то, хорватов изгоняли. Если Хорватия была агрессором, то почему боснийские беженцы бежали в Хорватию, а не в Сербию? И почему в хорватских госпиталях лечились и гражданские, и военные? Почему там даже обучались некоторые специальные подразделения Вооруженных сил Боснии и Герцеговины? А ведь стенограммы разговоров Турджмана проливают на все свет: если бы он действительно хотел разделить Боснию, то почему так боялся за Жепче?

Из Загреба, Риеки или Вараждина правда о войне в Боснии и Герцеговине кажется очень простой. И так же просто наши депутаты сформулировали правду о нашей войне и изложили ее в Декларации о гражданской войне.

Для одних Хорватия, вне всяких сомнений, была в Боснии и Герцеговине агрессором, а для других, тоже мыслящих безапелляционно, хорваты всегда являются только жертвами, а тот, кто вменяет им преступления, может быть только врагом и предателем.

Праляк не принадлежал ни к одному из этих лагерей. Он неустанно издавал книги, публикуя, в том числе, те документы, которые стали доступны в ходе судебного процесса и которые опровергали черно-белые упрощенные тезисы о роли Хорватии в войне, высказываемые как только упомянут Лор, Госпич, Жепче и Нови Травник. Однако книги, которые издавал Праляк, никого не интересовали. Когда хорватской общественности еще было интересно, что именно произошло в Боснии и Герцеговине, ХСО и Хорватский демократический союз Боснии и Герцеговины были настроены враждебно к журналистам, которых они не контролировали, поэтому информация была недоступна. А когда она раскрылась, ею уже больше никто не интересовался.

Праляк не отрицал преступлений и не боялся заключения. Он знал, что ему предъявят обвинения, и он читал книги, годами собирал документы.

Сколько жертв среди мирного населения допустимо для американских войск в Ираке, и считаются ли они сопутствующими? И сколько сопутствующих жертв допускается в Боснии и Герцеговине? Сколько грабежей и разрушений приемлемо после урагана в Новом Орлеане, а сколько — в Боснии и Герцеговине?

Праляк не хотел говорить того, что всем нам известно (кто был настоящим командиром, и как Тута (Младен Налетилич — прим. ред.) держал его под дулом пистолета). Конечно, слушали не Петковича и Праляка, а Тута. Но, так или иначе, Праляка такие оправдания не интересовали.

Он обращался к судьям как к образованным людям, готовым согласиться с тем, что натура человека неоднородна, сложна и противоречива, что многое не является тем, чем кажется. И если что-то видится вам простым, будьте уверены — вы ошибаетесь. Да, хорваты совершали преступления, но в контексте, и этот контекст не так прост, каким его хотят видеть.

Однако до правдивой истории войны и до истины было слишком далеко. К ней не приблизился ни Загреб, ни Сараево, ни Мостар, ни Гаага. Праляк не хотел и не мог с этим смириться.

Босния и Герцеговина. Хорватия > Внешэкономсвязи, политика > inosmi.ru, 30 ноября 2017 > № 2426755


Босния и Герцеговина > Армия, полиция > un.org, 7 ноября 2017 > № 2382799

В Совете Безопасности ООН обсудили ситуацию в Боснии и Герцеговине

Сегодня в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке Высокий представитель по Боснии и Герцеговине Валентин Инцко рассказал членам Совета Безопасности о ситуации в стране и шагах по ее интеграции в Европейский союз. Он напомнил, что Босния и Герцеговина готовится к всеобщим выборам. На этом же заседании представитель России заявил, что Валентин Инцко «скатывается в неприкрытую сербофобию».

Валентин Инцко доложил о ходе подготовки к всеобщим выборам в Боснии и Герцеговине, которые должны состояться в октябре 2018 года. По его словам, в ходе предвыборной кампании в речах политиков все чаще звучит «риторика раскола».

«Политические лидеры страны уже переключили свое внимание с экономических реформ на вызывающую рознь националистическую проблематику, которая, впрочем, никогда не уходила полностью на задний план. Войдя в режим предвыборной кампании, политические партии ужесточили и без того поляризованные позиции по нескольким спорным вопросам», - Валентин Инцко в своем докладе Совбезу.

В начале 2016 года Босния и Герцеговина подала заявку на вступление в Европейский союз. Власти приступили к реализации программы реформ. В то же время некоторые должностные лица из правящей партии в Республике Сербской продолжали выступать за отделение Республики и раздел Боснии и Герцеговины, оспаривая Общее рамочное соглашение о мире.

Недавно, по словам Высокого представителя, лидеры ЕС выразили сожаление по поводу того, что «разобщительная риторика, уходящая корнями в прошлое, и поспешное погружение в предвыборные заботы» замедлили темп реформ в Боснии и Герцеговине.

Валентин Инцко сообщил, что в октябре этого года Народная скупщина Республики Сербской приняла резолюцию о защите конституционного порядка и провозглашении военного нейтралитета Республики Сербской. Высокий представитель подчеркнул, что Рамочное соглашение о мире, включая конституцию, имеет преимущественную силу над любым актом, принимаемым Народной скупщиной Республики Сербской, и что внешняя политика является исключительной прерогативой общегосударственных учреждений.

Заместитель Постоянного представителя Российской Федерации Владимир Сафронков раскритиковал представленный членам Совета Безопасности доклад и обвинил Высокого представителя в предвзятости.

«На наш взгляд, это самый необъективный доклад Инцко из всех, представленных им в Совет Безопасности с 2009 года. Нынешний документ в меньшей степени говорит о реализации мирного соглашения, но представляет собой «нарезку» выпадов в адрес Республики Сербской, подобранных тенденциозно и предвзято, которые, к сожалению, уже подхвачены в этом зале некоторыми делегациями», - заявил представитель России

Он сказал, что Валентин Инцко «скатывается в неприкрытую сербофобию, свою повседневную деятельность свел к выяснению отношений с Баня-Лукой и лоббированию евроатлантической интеграции БиГ вопреки содержанию своего мандата».

«Скажем прямо: следует заниматься не антагонизацией, а добросовестным выполнением своих обязанностей. Такой подход предполагает поощрение процессов национального примирения, внутриполитического взаимоуважительного диалога, компромисса и консенсуса. И, разумеется, уважительного учета мнений всех сторон», - подчеркнул заместитель Постоянного представителя Российской Федерации при ООН.

На этом заседании Владимир Сафронков выразил признательность властям Республики Сербской за открытие памятной доски, посвященной Виталию Чуркину, который сначала в качестве Спецпредставителя Президента России, а затем и на посту Постпреда России при ООН «внес огромный вклад в стабилизацию обстановки в регионе».

Босния и Герцеговина > Армия, полиция > un.org, 7 ноября 2017 > № 2382799


Далее...